может сказать, когда начнется и когда кончится ураган. Но человек не кит и не дельфин, которые хватают нозд¬ рями воздух и не знают, зюйд-ост это или норд-ост. Взгля¬ ните-ка в подветренную сторону, сэр! Видите, вон там по¬ лоса чистого неба сверкает ниже мглы? Поверьте слову старого моряка, капитан Барнстейбл: когда с неба идет та¬ кой свет, это что-нибудь да значит! Кроме того, солнце село в темные тучи, а луна взошла маленькая, сухая и ветреная. Барнстейбл слушал его со вниманием и растущей тре¬ вогой, ибо прекрасно знал, что рулевой обладает редким чутьем и почти безошибочно предсказывает погоду, хотя частенько примешивает к делу всякие суеверные приметы. Усевшись снова на место, лейтенант пробормотал: — Пусть себе дует! Гриффит достоин и большего ри¬ ска, а если батарею не • удастся обмануть, ее можно и взять! Больше о погоде не вспоминали. Диллон, с тех пор как он спустился в шлюпку, не произнес ни слова, а рулевой догадывался, что командир не желает, чтобы его тревожи¬ ли. Около часа они шли с большой скоростью: мускулистые гребцы гнали вельбот вдоль самого края полосы прибоя, ни на минуту не прекращая усилий и, казалось, нисколько не уставая. Время от времени Барнстейбл бросал опытный взгляд моряка на маленькие бухточки, мимо которых они проходили, замечая пятна песчаных пляжей, разбросан¬ ные то здесь, то там вдоль скалистого берега. На одну бух¬ ту, более глубокую, чем остальные, где было слышно, как, журча, сбегает пресная вода, встречаясь с приливом, он указал рулевому выразительным жестом как на место, ко¬ торое следовало особенно запомнить. Том, поняв этот знак как предназначенный для него одного, тотчас запечатлел в памяти это место с той отчетливостью, которая свой¬ ственна людям, привыкшим находить путь на суше или на море по приметам и ориентирам. Вскоре после этой краткой и безмолвной беседы между лейтенантом и руле¬ вым шлюпка развернулась и была направлена к берегу, чтобы врезаться носом в песок. Но вдруг лейтенант при¬ казал гребцам остановиться. — Тихо! — сказал он. — Я слышу шум весел. Гребцы разом перестали грести, внимательно прислу¬ шиваясь к шуму, который встревожил их командира. — Смотрите, сэр, — сказал рулевой, указывая на

восток. — Это шлюпка. Вот она в полосе света, мористее нас. Сейчас она скрылась между волнами... Ага! Вот она опять! — Клянусь небом, — воскликнул Барнстейбл, — это шум весел военной шлюпки! Я вижу лопасти весел... вот они снова опустились! Ни рыбак, ни контрабандист не гребут с такой правильностью. Том, прислушиваясь, наклонил голову почти к самой воде, а затем выпрямился и уверенно сказал: — Это «Тигр»! Я знаю плеск его весел, как своих соб¬ ственных. Мистер Мерри обучил своих «тигров» резать воду на новый манер: они погружают и выносят весла с разворотом в уключинах, лопастями плашмя. Могу по¬ клясться, это их гребок! — Дайте-ка подзорную трубу! — нетерпеливо потребо¬ вал Барнстейбл. — Я постараюсь разглядеть шлюпку, ко¬ гда она снова поднимется в полосу света... Клянусь всеми звездами нашего флага, ты прав, Том! Но на корме сидит только один человек. Если глаза не обманывают меня, это проклятый лоцман. Он трусливо бежит отсюда, оставив Гриффита и Мануэля погибать в английских тюрьмах. К берегу! Немедленно! Приказание было тотчас выполнено, и через минуту кипевший нетерпением Барнстейбл, Диллон и рулевой уже стояли на песке. Вообразив, что лоцман бросил двух его товарищей на произвол судьбы, молодой моряк спешил отправить своего пленника, так как боялся, что с каждой минутой могут возникнуть новые препятствия на пути осуществления его планов. — Мистер Диллон, — сказал он, как только они выса¬ дились на берег, — я не требую от вас новых обязательств. Вы уже поручились мне честью... — Если клятва может подкрепить мое слово, — пере¬ бил его Диллон, — я готов поклясться. Клятвы излишни, достаточно и слова джентльмена. Я пошлю с вами моего рулевого, и вы либо вернетесь вме¬ сте с ним сами в течение двух часов, либо пришлете его с мистером Гриффитом и капитаном Мануэлем. Ступайте, сэр, вы условно свободны! Вот расселина, по которой легко карабкаться на скалы. Диллон еще раз поблагодарил своего великодушного победителя й начал с трудом взбираться на скалы. 623

— Следуй за этим джентльменом и исполняй его ука¬ зания, — сказал Барнстейбл рулевому. Том, издавна привыкший к полному повиновению, взял в руки гарпун и спокойно направился за Диллоном, но вдруг почувствовал руку лейтенанта на своем плече. — Ты видел место, где с песчаного холмика стекал ру^ чеек? — тихо спросил его Барнстейбл. Том молча кивнул. — Ты найдешь нас там, за полосой прибоя: не годится слишком доверять врагу. Рулевой многозначительно поднял гарпун, показывая, какая участь ждет пленника, если он изменит своему сло¬ ву, и, упираясь в землю древком гарпуна, быстро поднялся по расселине. Вскоре он уже шагал рядом со своим спут¬ ником. Глава XXII Ш с л л о у. Симой Тенъ! Фальстаф. Черт возьми, хорошо бы сейчас посидеть в тени. Думается мне, из него выйдет хладнокровный солдат. Шекспир, «Генрих IV» Барнстейбл постоял на берегу, пока не стихли шаги Диллона и рулевого, а затем отдал приказание снова отой¬ ти от берега. И, пока матросы неторопливо гребли к тому месту, где он намерен был ожидать возвращения Тома, у лейтенанта впервые возйикли серьезные сомнения в честности пленника. Теперь, когда Диллон был уже вне его власти, Барнстейбл начал живо припоминать различ¬ ные черточки его поведения, которые вполне оправдывали эти мысли, а к тому времени, как моряки достигли места, куда должен был явиться рулевой, и отдали в море неболь¬ шой якорь, опасения перешли в тревогу. Но здесь мы оста¬ вим лейтенанта со всеми его размышлениями на указан¬ ную неприятную тему и последуем за Диллоном и его бес¬ страшным и ничего не подозревающим провожатым на их пути в монастырь Святой Руфи. Мгла, о которой упомянул Том во время своей беседы с командиром о погоде, все ниже опускалась на землю, принимая вид густого тумана, который нависал вялыми 624

клубами, почти не волнуемыми легким ветерком. От этого еще усиливался ночной мрак, и человеку, менее, чем Дил¬ лон, знакомому с окружающей местностью, было бы труд¬ но найти тропинку, ведущую к жилищу полковника Го¬ варда. После недолгих розысков тропинка была найдена, и Диллон быстрыми шагами двинулся вперед. — Да, да, — сказал Том, которому не стоило ни ма¬ лейшего труда поспевать за Диллоном, — вы, сухопутные люди, нащупав фарватер, легко находите курс и опреде¬ ляете расстояние. Однажды судно, на котором я служил, ушло, оставив меня в Бостоне, и я должен был сам доби¬ раться до Плимута. Это каких-нибудь пятнадцать миль. Простояв неделю на якоре, я не нашел в Бостоне ни одной подходящей посудины и вынужден был отправиться су¬ шей. И еще чуть ли не целую неделю я потратил на по¬ иски какой-нибудь сухопутной лохани, на борту которой я мог бы отработать стоимость переезда. Денег у бедного Тома Коффина тогда было не больше, чем сейчас, и не больше, чем будет, если только не попадется ему рыба покрупнее. Однако, видно, только лошади, да рогатый скот, да ослы тянут ваши береговые калоши. Пришлось мне за¬ платить недельное жалованье за место, и ел я только ба¬ наны да хлеб с сыром все то время, пока не снялся с якоря в Бостоне и не отдал его в Плимуте. — Да, конечно, хозяин телеги не должен был так при¬ жимать человека в твоем положении, — сказал Диллон дружеским тоном, с явной готовностью продолжать беседу. — Я был на положении каютного пассажира, — про¬ должал рулевой, — потому что, кроме животных, о которых я упомянул, там работал только , один человек. Он сидел на носу и правил, да и у него дела-то было немного: плыть пришлось меж каменных стен и оград; что же касается расчета пути, то там через каждые полмили были постав¬ лены торчком камни, и на них все было указано. Да и бе¬ реговых знаков там такое множество, что можно вести судно закрыв глаза, и то не собьешься с курса. — Тебе, должно быть, казалось, что ты очутился со¬ всем в новом мире? — заметил Диллон. — Мне это было все равно, как если бы меня занесло у чужую страну, хотя, можно сказать, я сам из тех мест, так как родился я возле тех берегов. Мне часто доводи¬ лось слышать от сухопутных людей, будто на свете земли и воды поровну, но я всегда считал это подлой ложыо, 21 Фенимор Купер. Том IV 625