ибо я, бывало, несколько месяцев ходил до морю, не уби- рая парусов, и не видел даже кусочка земли или скалы, где бы чайка могла снести яйцо. Но должен признаться, что на пути от Бостона до Плимута мы не видели моря целых две вахты. Диллон прилежно поддерживал эту занимательную бе¬ седу, и к тому времени, как они подошли к стене, огра¬ ждавшей большой луг вокруг монастыря, рулевой был поглощен спором о том, что больше: Атлантический океан или Американский материк. Обойдя главный вход в здание через большие ворота и двор со стороны фасада, Диллон направился дальше вдоль стены, пока она после нескольких поворотов не при¬ вела их к калитке, которую, он знал, закрывали лишь то¬ гда, когда все уже удалялись на покой. Теперь их путь лежал позади главного здания, и вскоре они достигли группы скученных служебных построек. Рулевой шел за своим проводником, совершенно уверенный в его честно¬ сти, и эта уверенность еще более возросла после их непри¬ нужденной беседы во время пути от береговых утесов. Он не усмотрел ничего особенного и в том, что Диллон зашел в помещение, служившее казармой для солдат капитана Борроуклифа. Коротко поговорив о чем-то с сержантом и знаком предложив рулевому следовать за собой, Диллон покинул казарму. Миновав служебные постройки, он и Коффин вместе вступили в дом через ту самую дверь, от¬ куда, как мы уже рассказывали, накануне ночью вышли дамы проведать трех арестованных. Пройдя по двум-трем узким коридорам, Том, не одобрявший способов сухопут¬ ной навигации, очутился, следуя за своим проводником, в длинной, темной галерее, в конце которой за полуоткрытой дверью виднелось ярко освещенное и уютное помещение. Диллон быстро подошел к этой двери, отворил ее, и глазам рулевого представилась та же столовая, которую мы уже описывали, впервые знакомя читателя с полковником Го¬ вардом. Все оставалось прежним. Тот же яркий огонь весе¬ ло трещал в камине, те же свечи стояли на столах из по¬ лированного красного дерева и так же сверкали графины с живительной влагой. Разница заключалась лишь в числе пирующих. Хозяин дома и Борроуклиф сидели друг против друга, рассуждая о происшествиях дня и прилежно пере¬ двигая взад и вперед сверкающий сосуд с тем благородным напитком, который они оба так любили; эта последняя их 626

обязанность с каждой минутой становилась все легче. — Если бы только Кит вернулся с челом, увенчанным лавровым венком, я был бы счастливейшим старым дура¬ ком среди верноподданных его величества короля Англий¬ ского! — воскликнул полковник, сидевший спиной к отво¬ ренной двери. Капитан, который после победы над неприятелем мог наконец сложить с себя противоестественный обет не пить вина, провозгласил, держа в одной руке сосуд с южнобе¬ режной мадерой, а другой указывая на дверь: — А вот и сам кацик! Легок на помине! И чело его ожидает лаврового венка! Ха!.. А кто это сопровождает его высочество? Клянусь богом, сэр кацик, если вы будете путешествовать с личным эскортом из таких гренадеров, сам старый Фридрих Прусский1 позавидует вам! Целых шесть футов даже без сапог! И оружие не менее необыч¬ ное, чем тот, кто им снабжен. Полковник, не дослушав и половины восклицаний сво¬ его компаньона, обернулся и увидел того, кого так стре¬ мился, но совсем не ожидал увидеть так скоро. Старик засыпал его вопросами, на которые Диллон ввиду присут¬ ствия рулевого отвечал с благоразумной осторожностью. Том стоял с непоколебимым спокойствием, опираясь на гарпун и рассматривая с удивлением и некоторым презре¬ нием убранство покоев, великолепие которых превосходи¬ ло все виденное им до сих пор. Тем временем Борроуклиф, не обращая никакого внимания на разговор между хозяи¬ ном и Диллоном, до того их увлекший, что они отошли в дальний угол комнаты, и ничуть не стесняясь отсутствием собутыльника, бесцеремонно наливал себе бокал за бока¬ лом, словно был обязан теперь пить за двоих. И если он отрывал взгляд от рубиновых отблесков жидкости в бока¬ ле, то только, чтобы полюбоваться рослым рулевым, фигу¬ ра которого действительно не могла не обратить на себя внимание офицера, занимающегося вербовкой рекрутов. Однако капитана вскоре лишили этого двойного удоволь¬ ствия, пригласив принять участие в совете, который дер¬ жали его друзья. Полковник избавил Диллона от неприятной обязанно¬ сти повторять сочиненный им хитроумный рассказ и с жа¬ ром передал его Борроуклифу в таких словах, что преда¬ 1 Фридрих Прусский — король Пруссии Фридрих- Вильгельм I (1713—1740). 21* 627

тельство его родственника показалось законным, хитроум¬ ным поступком и даже подвигом во имя короля. Отсюда следовало, что Тома нужно арестовать, а отряд Барнстейб¬ ла захватить в плен, после, чего его люди должны были разделить участь своих товарищей. Впалые глаза Диллона потупились перед устремленным на ч него проницательным взглядом Борроуклифа, слушавшего похвалы, расточаемые полковником, изобретательности своего родственника. Но сомнения капитана быстро исчезли, когда он обернулся, чтобы еще раз взглянуть на ничего не подозревавшего Тома. Тот продолжал разглядывать комнату, уверенный, по простоте души, что переговоры, свидетелем которых ему довелось быть, служили лишь подготовкой к тому, чтобы разрешить ему повидать мистера Гриффита. — Дрилл, — громко позвал Борроуклиф, — иди сюда и слушай мои распоряжения! (При этих неожиданных сло¬ вах рулевой быстро обернулся и впервые убедился в том, что позади него в коридоре стоит сержант, а за ним — два ряда вооруженных рекрутов.) Отведи этого человека в ка¬ раульную, накорми его да смотри, чтобы он не умер от жажды! В этом приказании не было ничего опасного, и Том по знаку капитана последовал было за солдатами, как вдруг в коридоре их настиг окрик: «Стой!» — Я передумал, Дрилл, — сказал Борроуклиф тоном, в котором уже не было ничего командирского. — Проводи этого джентльмена в мою комнату да смотри, чтобы он ни в чем не терпел недостатка. Сержант знаком, который был хорошо известен офице¬ ру, ответил, что понял его. Борроуклиф вернулся к бутыл¬ ке, а рулевой после этого вторичного упоминания об ожи¬ давшем его удовольствии весело последовал за сержантом. К радости сгоравшего от нетерпения Тома, комната капитана находилась недалеко, и обещанное угощение не заставило себя ждать. Комната выходила в небольшой ко¬ ридор, соединявшийся с главной галереей. Обед рулевого состоял из любимого блюда английских островов: ростби¬ фа в большом количестве, но без гарнира. Это блюдо все¬ гда было в запасе на кухне полковника Говарда. Правиль¬ но поняв приказ капитана произвести атаку на крепость, содержавшую мозг рулевого, сержант собственноручно приготовил величаемую им грогом адскую смесь, способ¬ ную свалить с ног даже то животное, над которым так ста¬ 628.

рательно трудились челюсти Тома, будь этот бык жив и полон сил. Однако расчеты на ослабление разума рулевого под действием ямайского рома не оправдались. Том с огромным удовольствием, но ничуть не пьянея, опорожнял стакан за стаканом, в то время как глаза сержанта, кото¬ рый считал своим долгом поддержать компанию, уже по¬ дозрительно заблестели. К счастью для него, раздался стук в дверь, возвестивший о появлении капитана, который из¬ бавил его от позора, что его перепьет рекрут. Войдя в комнату, Борроуклиф приказал сержанту уйти, добавив: — Мистер Диллон даст тебе приказания, которые ты должен в точности выполнить. Дрилл, который еще достаточно соображал, для того чтобы опасаться недовольства командира, если бы тот рас¬ познал его состояние, поспешил удалиться, и рулевой остался наедине с капитаном. Энергия, с какой Том напа¬ дал на ростбиф, теперь заметно ослабела, сменившись без¬ мятежным довольством, которое обычно сохраняется еще долго после того, как утолен гОлод. Пренебрегая стульями, он сидел на одном из сундуков Борроуклифа и, поставив тарелку на колени, складным ножом отрезал кусок за ку¬ ском с той тщательностью, с какой, вероятно, женщина- вампир из «Тысячи и одной ночи» собирала рисинки на острие шила. Капитан придвинул себе табурет и со снисхо¬ дительной фамильярностью, естественной при разнице в их положении, повел такой разговор: — Надеюсь, вам пришлось по вкусу наше угощение, мистер... Не имею удовольствия знать, как вас зовут. — Том, —'ответил рулевой, не отрывая глаз от тарел¬ ки.— Товарищи на корабле зовут меня Длинным Томом. — Вы, по-видимому, плавали с разумными и способ¬ ными моряками, если они так хорошо разбираются в дол¬ готе, — ответил капитан. — Но у вас, наверно, есть и фа¬ милия?.. — Коффин, — ответил рулевой. — В спешке, когда тре¬ буется убрать или поставить паруса, меня зовут Томом; в хорошую погоду, когда, задумают обернуть старого мор¬ ского волка вокруг пальца, — Длинным Томом; если же хотят именовать меня так, чтобы не откликнулся никто другой из моей родни, меня называют Длинным Томом Коффином, потому что, я думаю, самый высокий из них не больше сажени. 629