вождении юноши-гардемарина, пересевшего к нему из катера, чтобы помочь в этой рискованной экспедиции. — В крайнем случае нам придется воспользоваться веревочной лестницей, — сказал Барнстейбл, бросая взгляд на крутой склон, — но это отнюдь не означает, что на¬ верху, когда мы влезем туда, нас примут с распростерты¬ ми объятиями. — Мы под защитой пушек фрегата, — возразил юно¬ ша, — и вам следует помнить, сэр, что три весла и выстрел, повторенный на катере, вызовут залп этих пушек. — Да, в нас самих! Никогда не будьте таким дураком, мой милый, чтобы доверять дальней пальбе. От нее много дыма и грохота, но это весьма несовершенный способ швырять чугун. В таком деле, как наше, я скорее пред¬ почту положиться на Тома с его гарпуном, чем на лучший залп, когда-либо прогремевший со всех трех палуб девяно¬ стопушечного корабля. А ну, мистер Коффин \ соберись- ка с силами и погуляй по этой terra firma2. Моряк, носивший такое страшное имя, медленно поднялся с места рулевого вельбота и, казалось, рос, распрямляя все складки своего тела. Когда он выпрямил¬ ся, рост его составил около шести футов и примерно столько же дюймов, однако в вертикальном положении он сильно сутулился, потому что привык жить в низких ко¬ рабельных помещениях. Фигура его отличалась углова¬ тостью, так как сложён он был нескладно, но огромные жилистые руки свидетельствовали о гигантской силе. Островерхая шерстяная шапочка придавала грубым и резким чертам его лица, окаймленного черными бакенбар¬ дами с пробивающейся кое-где сединой, какую-то своеоб¬ разную торжественность и степенность. Одной рукой он сжимал сверкающий гарпун. Нижний конец его Том упер в землю, когда, подчиняясь приказу командира, покинул шлюпку, где, принимая во внимание его огромный рост, занимал удивительно мало места. Как только капитан Барнстейбл получил это подкреп¬ ление, он дал матросам, оставшимся в вельботе, несколько необходимых указаний о мерах предосторожности и стал с трудом карабкаться на скалу. Несмотря на природную смелость, из попыток Барнстейбла ничего бы не вышлог 1 Коффин — по-английски «гроб»* 2 Твердая земля (лат.)* 407

если бы ему время от времени не помогал рулевой. Неве¬ роятная сила и огромная длина рук и ног облегчали Тому задачу, неразрешимую для большинства смертных. Уже находясь в нескольких футах от вершины, они восполь¬ зовались выступом скалы, чтобы передохнуть и посовето¬ ваться о дальнейших действиях. — Неважное здесь место для отступления, если мы натолкнемся на неприятеля, — заметил Барнстейбл. — Где нам искать этого лоцмана, мистер Мерри, и как узнать его? И почему вы уверены, что он не предаст нас? — Вопрос, который следует ему задать, вы прочтете на этом клочке бумаги, — ответил юноша, протягивая Барнстейблу записку со словами пароля. — Нам указали скалу вон на том мысу, но он, наверно, видел наш вель¬ бот и направился за нами сюда. Что же касается ваших подозрений, то капитан Мансон, по-видимому, доверяет ему, ибо он усиленно разыскивает его, с тех пор как мы приблизились к берегу. — Да, — пробормотал лейтенант, — а теперь, когда мы уже на берегу, усиленно разыскивать его должен я. Не нравится мне такое плавание, когда приходится вплот¬ ную жаться к берегу, и не очень-то я доверяю перебежчи¬ кам. А ты что думаешь об этом, мистер Коффин? Старый моряк, услышав свое имя, бросил на команди¬ ра суровый взгляд и столь же сурово ответил: — Дайте мне морской простор, сэр, да хорошие пару¬ са, и не нужны мне никакие лоцманы! Я родился на борту судна, возившего табак, и по сей день если мне нужна земля, то разве какой-нибудь островок, где можно было бы выращивать овощи да вялить рыбу. От одного вида земли у меня, ей-богу, тревожно на душе, пока не подует ветер прямо от берега. — Ах, Том, до чего же ты разумный человек! — не то шутливо, не то серьезно сказал Барнстейбл. — Однако нам пора двигаться дальше. Солнце уже садится, и боже нас упаси — оставаться тут на якоре всю ночь! Схватившись рукой за выступ скалы над головой, Барнстейбл мощным рывком поднялся выше и, сделав два-три отчаянных прыжка, очутился на вершине утеса. Рулевой неторопливо помог гардемарину последовать за офицером и наконец с осторожностью, но без больших усилий взобрался наверх и сам. Когда наши смельчаки ступили на ровную землю над 403

утесами и начали с любопытством оглядываться, они уви¬ дели вспаханные поля, размежеванные, как обычно, из¬ городями и заборами. На целую милю вокруг не было видно ни одного человеческого жилья, кроме маленькой полуразвалившейся хижины, — люди старались селиться подальше от морских туманов и сырости. — Тут, кажется, и опасаться нечего и искать некого, — заметил Барнстейбл, осмотревшись кругом. — Пожалуй, мы напрасно высадились на берег, мистер Мерри!.. Что скажешь, Длинный Том? Ты что-нибудь видишь?.. — Лоцмана я не вижу, сэр, — ответил рулевой, — за¬ то тут есть кое-что другое, чем было бы неплохо пожи¬ виться. Вон под теми кустами, я приметил добрый кусок свежего мяса. Он составил бы двойной рацион для всего экипажа «Ариэля». Гардемарин рассмеялся, указывая Барнстейблу на при¬ влекший внимание рулевого предмет. Это был тучный бык, который жевал жвачку под изгородью в нескольких шагах от них. — У нас на борту есть немало голодных молодцов, — заметил гардемарин, — которые охотно поддержали бы предложение Длинного Тома, если бы время и обстоятель¬ ства позволили нам убить этого быка. — Да это минутное дело, мистер Мерри, — возразил рулевой и, не шевельнув и бровью, с силой вонзил гарпун в землю, а затем взял его наперевес. — Стоит капитану Барнстейблу сказать лишь слово, и я вмиг загарпуню бы¬ ка. Не раз загонял я это железо в китов... Правда, на них нет такого слоя жира, как на этой скотине. — Ты сейчас не на китобойном промысле, где годится в добычу все, что попадается на глаза, — возразил Барн¬ стейбл и сердито отвернулся от быка, словно не доверяя собственной воздержанности. —■ Но погодите! Я вижу, кто-то крадется вдоль изгороди. Будьте начеку, мистер Мерри! Может быть, в нас будут стрелять без всякого предупреждения. — Но не этот человек, — беспечно ответил юноша. — Он, подобно мне, молод и вряд ли рискнет схватиться с та¬ кой грозной силой, как наш отряд. — Вы правы, — согласился Барнстейбл и отнял руку от пистолета. — Он идет осторожно, словно чего-то боит¬ ся. Ростом этот человек мал, и, хотя одет он во что-т'о ко¬ ричневое, его одежда мало похожа на куртку. Может 409

быть, это все-таки тот, кого мы ищем? Остань¬ тесь здесь, а я пойду окликну его. Когда Барнстейбл быстрыми шагами на¬ правился к изгороди, отчасти скрывавшей не¬ знакомца, последний остановился и, каза¬ лось, колебался, идти ли ему вперед или назад. .Но, прежде чем он успел принять решение, энергичный моряк очу¬ тился уже в нескольких шагах от него. — Скажите, сэр, • обратился к нему Барн¬ стейбл, — какая вода в этой бухте? Услышав этот вопрос, маленький незнакомец вздрог¬ нул и невольно отпрянул в сторону, словно хотел скрыть свое лицо. — Я думаю, что это воды Северного моря, — едва слышным голосом ответил он. — Вот как? Сразу видно, что на своем коротком веку вы прилежно изучали географию, раз так хорошо осве¬ домлены, — сказал лейтенант. — Может быть, сэр, вы на¬ столько сведущи, что ответите мне, сколько времени мы проведем вместе, если я, желая насладиться вашей муд¬ ростью, возьму вас в плен? Юноша, которому были адресованы столь грозные сло¬ ва, отвернулся, ничего не ответив, и закрыл лицо руками, а воинственный моряк, решив, что произвел на собеседни¬ ка достаточно сильное впечатление, приготовился продол¬ жать допрос. Однако сильная дрожь, охватившая все тело незнакомца, так озадачила лейтенанта, что он был вынуж¬ ден еще немного помолчать, как вдруг, к крайнему изум¬ лению своему, заметил, что юноша дрожит не от страха, а от стараний сдержать овладевший им приступ смеха. Клянусь всеми китами в море, — вскричал Барн¬ стейбл, ваше веселье неуместно, юный джентльмен! 41.0

С меня хватит и того, что мне приказали стать на якорь в этой проклятой бухте, когда шторм на носу! Неужели в ту минуту, когда мне следует позаботиться о том, чтобы поскорее выйти в море и тем спасти душу и тело, я позво¬ лю смеяться над собой мальчишке, у которого не хватило бы силы носить бороду, вырасти она у него! Подожди, я познакомлюсь с тобой и твоими шутками поближе, когда притащу тебя в свою каюту! Ты будешь развлекать меня, чтобы я не спал до конца рейса. С этими словами командир шхуны приблизился к не¬ знакомцу, намереваясь схватить его, но юноша отпрянул, в сторону и, протянув руку, воскликнул голосом, в кото¬ ром теперь подлинный страх победил веселье: — Барнстейбл! Милый Барнстейбл! Неужели вы спо¬ собны обидеть меня? При этих словах изумленный моряк отступил на не¬ сколько шагов и, сорвав с головы фуражку, протер глаза. — Что я слышу? Что я вижу? — воскликнул он. — Там, в бухте, стоит «Ариэль», а подальше — фрегат. Мо¬ жет ли это быть Кэтрин Плауден? Его сомнения, если таковые у него еще оставались, вскоре совсем рассеялись, ибо незнакомец, вернее, незна¬ комка уселась на ближайший пригорок в позе, женская робость которой очаровательно противоречила мужскому наряду, и залилась веселым смехом. С этой минуты все мысли о полученном поручении, о лоцмане и даже об «Ариэле» вылетели из головы моря¬ ка. Подбежав к девушке, он тоже начал смеяться, хотя едва ли сам понимал почему. Когда развеселившаяся девушка немного овладела собой, она повернулась к молодому человеку, который, усевшись рядом с ней, добродушно ждал, когда она пере¬ станет над ним смеяться. — Простите меня, — сказала она. — Глупо и даже жестоко, что я до сих пор не объяснила вам причину моего неожиданного появления, а также этого странного маскарада. — Я обо всем догадываюсь! — воскликнул Барн¬ стейбл. — Вы узнали о нашем прибытии и спешите вы¬ полнить данное мне в Америке обещание. Больше я ни о чем не спрашиваю. Священник фрегата... — ...может и дальше читать свои проповеди, --- дого-< 411