Утром общество разделилось. Раненых американцев повезли к реке, чтобы отправить на судах из Пикскилла к верховьям Гудзона, в американские лазареты. Синглтона на носилках отправили в ту часть нагорья, где расположился штаб его отца и где капитан мог завер¬ шить свое лечение; карета мистера Уортона и следовав¬ ший за ней фургон с экономкой и кое-какими уцелевшими вещами поехали туда, где томился в неволе Генри Уортон, ожидавший приезда родных, чтобы предстать перед судом, на котором должна была решиться его судьба. Между проливом Лонг-Айленд и Гудзоном, на сорок миль вверх по течению, тянется полоса земли, покрытая высокими холмами и изрезанная долинами. Дальше мест¬ ность постепенно понижается, становится ровнее, мягче и переходит в прелестные равнины и луга Коннектикута. Но, если вы приближаетесь к Гудзону, пейзаж становится все более диким и замыкается суровой горной грядой. Здесь кончалась нейтральная территория. Королевские войска занимали две высоты, господствующие над южной частью текущей среди гор реки, а все остальные горные проходы были в руках американцев. Мы уже говорили, что континентальная армия часто выдвигала заставы далеко на юг, преграждая долины, и ее передовые отряды не раз занимали деревушку Уайт- Плейн. Но случалось также, что американцы перебрасы¬ вали свои передовые посты к северным границам этой об¬ ласти, и тогда, как мы видели, покинутая территория попадала в руки грабителей, которые бродили между двумя армиями, не служа ни в одной из них. Путешественники выбрали не большую дорогу, соеди¬ нявшую два главных города этого штата, а уединенную и мало кому известную тропу, которая поднималась в горы возле восточной границы, пересекала их и снова спуска¬ лась в долину в нескольких милях от Гудзона. Уставшие лошади мистера Уортона были не в силах втащить тяжелую колымагу на длинный и крутой подъем; поэтому двое драгун, по-прежнему сопровождавшие путе¬ шественников, раздобыли еще пару крестьянских лоша¬ дей, не посчитавшись с желаниями их владельцев. С по¬ мощью этого подкрепления карета с Цезарем на козлах снова двинулась в путь, медленно и с большим трудом взбираясь на гору. Чтобы немного развеять грусть на свежем воздухе, а также чтобы лошадям было полегче, 090

Френсис выскочила из кареты у подножия горы. Она увидела, что Кэти последовала ее примеру и тоже соби¬ рается взойти по крутой дороге пешком. Солнце еще не зашло, и драгуны сказали, что с вершины можно разгля¬ деть вдалеке цель их путешествия. Френсис пошла вперед легким шагом, свойственным молодости, а Кэти двигалась позади, немного поотстав от нее, и вскоре они потеряли из виду громоздкую карету, которая медленно ползла в гору, то и дело останавливаясь, чтобы дать передохнуть лошадям. — Ах, мисс Фании, в какое ужасное время мы жи¬ вем! — заметила Кэти, когда они обе остановились пере¬ вести дух.— Впрочем, я сразу поняла, что пас ждут боль¬ шие несчастья, как только увидела кровавые полосы в облаках. — Кровь льется на земле, Кэти, по вряд ли можно найти кровь в облаках. — Вы думаете, в облаках не бывает крови? Еще как бывает! —воскликнула Кэти.— Бывают и кометы с огнен¬ ными хвостами. Разве люди не видели на небе вооружен¬ ных воинов в тот год, когда началась война? А в ночь на¬ кануне битвы на равнине гром гремел совсем как пушеч¬ ная пальба. Ах, мисс Фанни, боюсь я, что ничего хоро¬ шего не выйдет из восстания против помазанника божия! — Конечно, сейчас происходят ужасные события,— ответила Френсис.— Они могут смутить самые смелые сердца. Но что же делать, Кэти? Храбрые и свободолюби¬ вые люди не могут подчиняться насилию, и я боюсь, что такие события неизбежны, когда идет война. — Если б я видела хоть что-нибудь, за что стоило бы сражаться,— продолжала Кэти, стараясь поспеть за своей молодой госпожой,— я бы не так огорчалась. Но сначала говорили, будто король хочет забрать весь чай для своей семьи, потом — будто ои потребовал, чтобы колонии от¬ давали ему все свои доходы. А это уж достаточный повод для войны, и я считаю, что никто — будь то король или сам бог — не имеет права забирать все доходы у другого. Теперь же говорят, будто все это враки, а дело в том, что Вашингтон хочет сам стать королем. Просто не знаешь, кого слушать и чему верить. — Не верьте никому — все это пустая болтовня. Я во¬ все не говорю, что сама понимаю все причины войны, Кэти, но мне кажется неестественным, чтобы такой стра¬ 691

мой, как наша, управляла другая страна, да еще такая да¬ лекая, как Англия. — То же самое говорил, бывало, Гарви своему покой¬ ному отцу,— заметила Кэти и, подойдя поближе к де¬ вушке, прибавила, понизив голос:— Сколько раз я слы¬ шала, как они разговаривали по ночам, когда все соседи спали. Уж они такое говорили, что вы бы своим ушам не поверили! Да, по правде сказать, Гарви был большой чу¬ дак, совсем как тот ветер, о котором говорится в священ¬ ной книге, что никто не мог сказать, откуда он налетел и куда умчится. Френсис внимательно посмотрела на свою собеседницу, как видно желая узнать еще что-нибудь о разносчике. — О жизни Гарви ходят темные слухи,— сказала она,— и я была бы очень огорчена, если бы они подтвер¬ дились. — Все это клевета, тут нет ни слова правды! — закри¬ чала Кэти сердито.— Гарви так же связан с сатаной, как вы или я. Й я уверена, что если б он продался дьяволу, то уж постарался бы сорвать с него побольше денег; хотя, коли говорить правду, он всегда был слишком прост и не¬ расчетлив. — Нет, нет,— возразила Френсис, улыбаясь,— у меня нет таких оскорбительных подозрений на его счет; но не продал ли он себя земному господину, и притом столь привязанному к своему острову, что не может быть спра¬ ведливым к нашей стране? — Его королевскому величеству? — спросила Кэти.— Но, мисс Фанни, ведь ваш собственный брат, тот, что си¬ дит в тюрьме, тоже служит королю Георгу. — Это верно,—согласилась Фрепсис,— но служит ему не тайно, а открыто, честно и смело. — Говорят, что и он шпион, а чем один шпион лучше другого? — Это неправда. Никогда мой брат не пойдет на об¬ ман. Он не способен совершить бесчестный поступок с низ¬ кой целью получить деньги или высокий чин. — Что ж тут такого? — сказала Кэти, немного сму¬ щенная горячностью Френсис.— Я считаю, что коли ты работаешь, то должен получать за это плату. Во всяком случае, Гарви не из тех, кто отказывается от заработан¬ ных денег. И, должпа вам сказать, мне думается, что ко¬ роль Георг и посейчас у него в долгу. 692

— Значит, вы говорите, что он связан с британской армией?—спросила Френсис.—Должна признаться, бы¬ вали минуты, когда я этому не верила. — Боже мой, мисс Фанни, Гарви странный человек — никому не понять, что у него на уме. Хотя я прожила у него в доме много лет, я никогда не могла разобрать, при¬ надлежит ли он к «верхним» или к «нижним» В ту пору, когда взяли в плен Бергойна, Гарви вернулся домой и пел долгие разговоры со старым хозяином, но хоть убойто меня, я не могла бы сказать, радуются они или огорча¬ ются. А в тот день, когда знаменитый британский гене¬ рал — право, я так расстроилась от всех этих бед и не¬ счастий, что его имя вылетело у меня из головы... — Андре,— подсказала Френсис. — Да, да, Эндрю... Когда его повесили на плоппди, старый хозяин чуть с ума не спятил — он не смыкал глаз ни днем, ни ночью, пока Гарви не возвратился домой. В тот раз он привез немало золотых гиней. Да только скиннеры все отобрали, и теперь он стал нищим или, вернее, жалким бедняком, что, впрочем, одно и то же. Френсис ничего не ответила на эти слова. Она продол¬ жала подниматься на гору, углубившись в свои мысли. История Андре напомнила ей о положении ее собствен¬ ного брата. Вскоре они одолели трудный подъем; дойдя до вер¬ шины, Френсис присела на камень, чтобы полюбоваться видом и отдохнуть. Внизу, у ее ног, открывалась глубокая лощина с редкими возделанными участками, погружен¬ ная в сумрак ноябрьского вечера. Напротив высилась гора, и на ее суровых склонах громоздились лишь дикие скалы да низкорослые дубы, которые свидетельствовали о том, какая скудная почва их взрастила. Чтобы судить о красоте этого края, его следует уви¬ деть сразу после осеннего листопада. Тогда он особенно хорош, ибо ни скудная листва, покрывающая летом де¬ ревья, пи зимние сугробы не прячут от глаз резких очер¬ таний гор. Эти уединенные места дики и мрачны; их свое¬ образная красота не меняется вплоть до марта, когда све¬ жая зелень смягчает, но не украшает пейзаж. 1 Сторонники американцев назывались партией «верхних», а сторонники англичан — партией «нижних». Эти названия произо¬ шли от расположения их войск по течению Гудзона. 693