к старому огцу... Скиннер 1 сделает такое, но не христиа¬ нин! Не один мистер Цезарь Томсон, как он сам себя вели¬ чал (немногочисленные знакомые называли его Цезарем Уортоном) так дурно думал о скиннерах. Обстановка, сложившаяся в окрестностях Нью-Йорка, вынуждала командиров американской армии — для выполнения неко¬ торых планов, а также чтобы досаждать неприятелю — принимать на службу людей заведомо преступных нравов. Естественным следствием господства военной силы, кото¬ рую гражданские власти не сдерживали, были притесне¬ ния и несправедливости. Но не такое было время, чтобы заниматься серьезным разбирательством всяческих зло¬ употреблений. Так выработался определенный порядок, в общем сводившийся к тому, что у своих же соотечествен¬ ников отнимали считавшиеся личными богатства, прикры¬ ваясь при этом патриотизмом и любовью к свободе. Незаконному распределению земных блат частенько попустительствовали военные власти, и не раз бывало, что какой-нибудь незначительный военный чиновник узаконивал самые беспардонные грабежи, а порой даже убийства. Не зевали и англичане, особенно там, где под маской верности короне представлялась возможность дать себе волю. Но эти мародеры вступали в ряды английской армии и действовали куда более организованно, чем скиннеры. Долгий опыт показал их вожакам все выгоды организо¬ ванных действий, и они не обманулись в расчете, если только предание не преувеличило их подвигов. Их отряд получил забавное название «ковбойского» 2 — видимо благодаря нежной любви его солдат к полезному живот¬ ному — корове. Впрочем, Цезарь был слишком предан английскому королю, чтобы объединять в своем представлении людей, получавших чины от Георга III, с воинами нерегулярной армии, чьи бесчинства ему не раз доводилось наблюдать 1 Скиннерами (от английского слова skinner — живодер) называли мародеров, которые под предлогом помощи американ¬ ской армии грабили мирное население нейтральной территории, главным образом — сторонников англичан. 2 Ковбоями (от английского слова cow-boy — коровий па¬ стух) тогда называли мародеров, которые, в отличие от скиннеров, орудовали на стороне англичан. 424

и от чьей алчности его самого не спасали ни бедность, ни положение невольника. Итак, Цезарь не выразил ков¬ боям вполне заслуженного осуждения, а сказал, что только скиннер способен выдать доброго сына, рисковав¬ шего жизнью, чтобы повидать отца. Глава II Познал он радость тихой жизни с ней, Но смолкло сердце, бившееся рядом, Навек ушла подруга юных дней, И стала дочь единственной отрадой. Томас Кэмпбелл, «Гертруда из Вайоминга» Отец мистера Уортона родился в Англии и был млад¬ шим сыном в семье, парламентские связи которой обес¬ печили ему место в колонии Нью-Йорк. Как и сотни других молодых англичан его круга, он навсегда обосно¬ вался в Америке. Он женился, а единственный отпрыск от этого союза был послан в Англию, чтобы воспользоваться преимуществами образования в тамошних учебных заве¬ дениях. Когда юноша закончил в метрополии универси¬ тет, родители дали ему возможность познакомиться с пре¬ лестями европейской жизни. Но через два года отец умер, оставив в наследство сыну почтенное имя и обшнрное поместье, и юноша вернулся на родину. В те дни, чтобы сделать карьеру, молодые люди из именитых английских семей вступали в армию или во флот. Большую часть высоких должностей в колониях занимали военные, и нередко можно было встретить в высших судебных органах война-ветерана, который мечу предпочел мантию судьи. Следуя этому обычаю, старший мистер Уортон пред¬ назначил и своего сына в армию, однако нерешительный характер молодого человека помешал отцу выполнить свое намерение. Юноша в течение целого года взвешивал и сравнивал превосходства одного рода войск над другими. Но тут умер отец. Беспечная жизнь, внимание, которым был окружен молодой владелец одного из самых больших поместий в колониях, отвлекли его от честолюбивых замыслов. Дело 425

решила любовь, и, когда мистер Уортои стал супругом, он уже не думал о том, чтобы стать военным. Много лет жил он счастливо в своей семье, пользуясь уважением сооте¬ чественников как человек честный и положительный, од¬ нако всем его радостям вдруг пришел конец. Его единст¬ венный сын, молодой человек, представленный нами в первой главе, вступил в английскую армию и незадолго до начала военных действий вернулся на родину вместе с войсками пополнения, которые военное министерство Англии сочло нужным отправить в восставшие районы Северной Америки. Дочери мистера Уортона были еще совсем молоденькими девушками и жили тогда в Нью- Йорке, ибо только город мог придать необходимый лоск их воспитанию. Его жена прихварывала, и ее здоровье с каждым годом ухудшалось; едва она успела прижать сына к груди, радуясь, что вся семья в сборе, как вспыхнула революция, охватив своим пламенем всю страну от Джорд¬ жии до Массачусетса. Болезненная женщина не вынесла потрясения и умерла, когда узнала, что сын уходит в бой и ему предстоит сражаться на Юге с ее же родными. На всем континенте не было другого места, где бы английские нравы и аристократические понятия о чи¬ стоте крови и происхождения не укоренились так прочно, как в районах, примыкавших к Нью-Йорку. Правда, обы¬ чаи первых поселенцев — голландцев — несколько смеша¬ лись с обычаями англичан, но преобладали последние. Преданность Великобритании стала еще крепче благодаря частым бракам английских офицеров с девушками из бо гатых и могущественных местных семей, влияние которых к началу военных действий чуть было не толкнуло коло¬ нию на сторону короля. Впрочем, кое-кто из предста¬ вителей этих видных семей поддерживал дело народа; упорство правительства было сломлено, и с помощью кон¬ федеративной армии 1 была создана независимая респуб¬ ликанская форма правления. Только город Нью-Йорк и граничившие с ним терри¬ тории не признавали новую республику, но и там престиж королевской власти держался лишь силою оружия. При таком положении вещей сторонники короля действовали (По-разному — в зависимости от их места в обществе и I 1 Конфедеративная армия — армия федерации шта¬ тов Северной Америки. 426

личных склонностей. Одни с оружием в руках, не жалея сил, мужественно защищали законные, как они считали, нрава короля и пытались спасти от конфискации свое имущество. Другие уезжали из Америки, чтобы укрыться от превратностей и бедствий войны в стране, которую они напыщенно называли отчизной, надеясь, однако, через несколько месяцев вернуться назад. Третьи, наиболее осторожные, остались дома, не отваживаясь покинуть спои обширные владения, а может быть, из привязанности к местам, где прошла их юность. К числу таких людей принадлежал и мистер Уортон. Этот джентльмен огра¬ дил себя от возможных случайностей, тайно поместив все свои наличные деньги в Английский банк; он принял ре¬ шение не уезжать из страны и строжайше соблюдать нейтралитет, рассчитывая таким образом сохранить свои владения, чья бы сторона ни взяла верх. Казалось, он был всецело поглощен воспитанием своих дочерей, однако родственник, занимавший важный пост при новом прави¬ тельстве, намекнул ему, что в глазах соотечественников его пребывание в Нью-Йорке, ставшем лагерем англичан* равносильно пребыванию в столице Англии. Мистер Уор¬ тон вскоре и сам понял, что в тех условиях это было непростительной ошибкой, и решил ее исправить, немедля покинув город. В Вест-Честере у него было большое по¬ местье, куда он в течение многих лет уезжал на жаркие месяцы; дом содержался в полном порядке, и в нем всегда можно было найти приют. Старшая дочь мистера Уортона уже выезжала, но младшей, Френсис, нужно было еще года два подготовки, чтобы появиться в обществе в пол¬ ном блеске; во всяком случае, так полагала мисс Джеинет Пейтон. Эта леди, младшая сестра покойной супруги ми¬ стера Уортона, покинула отчий дом в Вирджинии и со свойственными ее полу преданностью и любовью взяла на себя заботу об осиротевших племянницах, а потому их отец считался с ее мнением. Итак, он последовал ее со¬ вету и, принеся в жертву родительские чувства для блага сноих детей, оставил их в городе. Мистер Уортон отправился в свою усадьбу «Белые акации» с разбитым сердцем — ведь он оставлял тех, кого доверила ему обожаемая жена,—но он должен был внять голосу благоразумия, настойчиво призывавшему его не забывать о своем имуществе. Дочери остались с теткой в великолепном городском доме. Полк, в котором служил 427