к берегу. Убедившись в этом, делавар вынырнул из воды и, заняв свое прежнее место, стал готовиться к решительным действиям. Человек с меньшей выдержкой, пожалуй, тут же и на¬ нес бы решительный удар, но Чингачгук знал, что на поро¬ гах осталось еще немало ирокезов, и как опытный воин не хотел подвергать себя напрасному риску. Он подождал, пока индеец, находившийся у носа пироги, не .столкнул лодку в более глубокое русло протоки, после чего все трое поплыли к восточному берегу. Но вместо того, чтобы по¬ мочь ирокезу, делавар и Джаспер, едва почувствовав уси¬ лившийся напор течения, стали всячески противиться продвижению лодки к левому берегу. Правда, они делали это не открыто, с инстинктивной осторожностью людей, еще не тронутых цивилизацией, так что ирокез, плывший впереди, думал, что борется с сильным течением. Под дей¬ ствием противоборствующих сил лодку, разумеется, сноси¬ ло быстриной, и через какую-нибудь минуту она очутилась в еще более глубоком месте ниже бродов. Только тут ирокез догадался, что какая-то непонятная сила тормозит движение пироги, и, оглянувшись назад, уви¬ дел, что его спутники вместо помощи оказывают ему сопро¬ тивление. Какое-то чутье — вернее, та вторая натура, которую родит в человеке долгая привычка, — подсказало молодому ирокезу, что он среди врагов. Рванувшись к делавару, он вцепился ему в горло, и оба индейца, бросив лодку на про¬ извол судьбы, схватились, как два тигра. Борясь не на жизнь, а на смерть в непроглядной тьме туманной ночи среди коварной стихии, готовой поглотить того, кто забудет о стерегущей его смертельной опасности, они уже не пом¬ нили ничего, кроме своей лютой ненависти и желания одо¬ леть заклятого врага. Лодка, отброшенная волнением, поднятым обоими про¬ тивниками, словно пушинка, подгоняемая дыханием ветер¬ ка, осталась в полном распоряжении Джаспера. Первым побуждением юноши было броситься на помощь делавару, но, прислушавшись к тяжелому дыханию двух индейцев, которые продолжали душить друг друга, он осо¬ бенно ясно понял необходимости завладеть пирогой и со всей возможной быстротою повернул к западному берегу. Добравшись до него, он вскоре нашел ожидавших его спут¬ ников и разыскал свое платье. Достаточно было нескольких 86

слов, чтобы объяснить им, в каком положении он оставил делавара и как удалось ему завладеть лодкой. Выслушав объяснения Джаспера, все затаив дыхание стали ловить малейший шорох, доносившийся по реке, в тщетной надежде узнать, чем кончилось ужасное единобор¬ ство. Но ничто не нарушало ночного безмолвия, кроме неугомонного клокотания бурливой реки: враг на том бере¬ гу умышленно притаился и не подавал признаков жизни. — Возьми это весло, Джаспер, — сказал Следопыт, по- видимому, спокойно, хотя спутникам показалось, что в его голосе звучат новые, меланхолические нотки. — Последу¬ ешь за нами в своей пироге. Нам больше небезопасно оста¬ ваться здесь. — А как же Змей? Судьба Великого Змея в руках его собственного бо¬ жества; будет он жить или умрет — зависит от воли прови¬ дения. Мы ничем ему не поможем, а рискуем слишком мно¬ гим, пребывая здесь в праздности, словно кумушки, сетую¬ щие на свои горести. Темнота — единственное наше спасе¬ ние... Долгий, громкий, пронзительный вопль на другом бере¬ гу прервал его. — Что это за дикий визг, мастер Следопыт? —? спросил Кэп. -т Так могут вопить только бесы, а не добрые христиа¬ не и не человеческие существа. — Они никакие на христиане, не выдают Себя за хри¬ стиан и не желают быть ими; напротив, назвав их бесами, вы попали в самую точку. Это крики ликования, они гово¬ рят о торжестве. Верно, мингам удалось завладеть телом Змея — живого или мертвого. — Что же нам делать? — воскликнул Джаспер;, совесть мучила его при мысли, что несчастье можно было пред¬ отвратить, если бы он не покинул товарища в беде. — Мне жаль, голубчик, но мы бессильны помочь Змею, и чем скорее оставим эти места, тем лучше. — Так и не сделав попытки его спасти? И не зная на¬ верное, жив он или мертв? — Джаспер прав, — нашла в себе силы сказать и Мэйбл, хотя голос ее звучал глухо и сдавленно. — Я не бо¬ юсь, дядюшка, и готова ждать, пока мы не узнаем, что сталось с нашим другом. — А ведь она дело говорит! — подхватил Кэп. — Мо¬ ряк ни за что не покипет друга в беде, и мне приятно слы¬ 87

шать, что то же правило существует и у пресноводных жи¬ телей. — Вздор, вздор! — воскликнул проводник, решитель¬ ным рывком выводя пирогу в фарватер. — Вы не боитесь, оттого что не знаете... Если вам дорога жизнь, думайте, как бы скорее добраться до крепости, а делавара оставьте на волю провидения. Горе мне со Змеем: повадился олень бе¬ гать на солонцы, тут-то его и подстережет охотник. Глава VII И эго Ярроу? И о ней, О пенистой стремнине, Мечту хранил я столько дней, Погибшую отныне. Глухая тишина вокруг, Как много в ней печали. О, хоть бы менестреля вдруг Здесь песни прозвучали! Вордсворт, «На посещение Ярроу» Эта ночь была исполнена величия, и, когда пирога, то¬ ропясь покинуть негостеприимный берег, вышла на бы¬ стрину и стремительно понеслась по течению, Мэйбл с при¬ сущей ей впечатлительностью восторженно-бескорыстной натуры почувствовала, как кровь горячее заструилась в ее жилах и прилила к щекам. Облака рассеялись, и ночь стала прозрачнее, но лес, нависший над рекой, рдел ее берега та¬ кой непроницаемой темнотой, что лодка плыла как бы в поясе мрака, скрывавшем ее от посторонних глаз. И все же на душе у путников было неспокойно; даже Джаспер, тре¬ вожась за девушку, невольно вздрагивал при каждом подо¬ зрительном шорохе в лесу и то и дело озирался, плывя в своей пироге рядом с остальными. К веслам оба гребца при¬ бегали редко и, окуная их в воду, избегали малейшего всплеска, так как всякий шум в бездыханной тишине этого места и часа мог выдать их присутствие сторожким ушам ирокезов. Все эти обстоятельства только усиливали необычайную романтичность ночного приключения, самого волнующе¬ го, какое выпало на долю Мэйбл за ее недолгую жизнь. 88

Энергичная девушка, привыкшая полагаться на себя и гор¬ дившаяся тем, что она дочь солдата, не испытывала особен¬ ного страха; однако сердце ее билось учащенно, прекрас¬ ные голубые глаза светились решимостью, хотя за темнотой никто этого разглядеть не мог, а разгоряченные чувства с особенной остротой воспринимали великолепие и необы¬ чайность этой ночи. — Мэйбл, — тихонько окликнул ее Джаспер, когда обе лодки так сошлись корма с кормой, что юный матрос удер¬ живал их одной рукою. — Скажите, Мэйбл, вам не страш¬ но, вы верите в нашу готовность сделать все для вашей за¬ щиты? — Вы знаете, Джаспер, я дочь солдата, мне было бы стыдно сказать, что я боюсь. — Положитесь на меня — на всех нас. Ваш дядя, Сле¬ допыт, делавар, будь он здесь с нами, и я — мы не посмот¬ рим ни на какую опасность и никому вас не дадим в обиду. — Я верю вам, Джаспер,— сказала девушка, опустив руку в воду и рассеянно перебирая в ней пальцами. — Я знаю, как любит меня дядюшка — первая его мысль все¬ гда обо мне и лишь потом о себе* и я верю, что все вы, друзья моего отца, с радостью поможете его дочери. Но я не такая слабенькая и глупая девчонка, за какую вы меня принимаете. Хоть я и горожанка и, как все городские, склонна видеть опасность там, где ее нет и в помине, обе¬ щаю вам, Джаспер, — никашхе мои пустые страхи не поме¬ шают вам выполнить ваш долг. — Сержантова дочка права, и она достойна такого отца, как честный Томас Дунхем, — отозвался Следопыт. — Эх, красавица вы моя, и не счесть, сколько раз мы с вашим батюшкой ходили в расположение противника, бывали и на флангах и в тылу, а ночи-то были потемнее этой, и мы каждую минуту рисковали попасть в засаду. Я стоял с ним рядом, когда его ранило в плечо, и вы услышите от него при встрече, каково нам было переправляться через реку, унося от неприятеля наши екальпы. — Он все, все рассказал мне, — ответила Мэйбл с го¬ рячностью, быть может даже излишней в их теперешнем положении. — У меня есть письма, где он об этом пишет, и я от всего сердца вам благодарна. Господь воздаст вам, Следопыт; и нет такой вещи, которой не сделала бы дочь, чтобы вознаградить спасителя ее отца. — Да, таковы все вы, милые, чистые создания! Я зна¬ 89