может быть так зол, чтобы исказить божье слово! Этого никогда не бывает. — Бедной индейской девушке кажется, что у белых всяко бывает, ответила Уа-та-Уа. — Про одну и ту же вещь иной раз они говорят, что она белая, а иной раз — что черная. Почему же этого никогда не бывает? Хетти все больше и больше смущалась. Наконец, испу¬ гавшись, что жизнь ее отца и жизнь Непоседы подверг¬ нутся опасности из-за какой-то ошибки, которую она со¬ вершила, Хетти залилась слезами. Ирония и холодное равнодушие делаварки исчезли в один миг. Снова превра¬ тившись в нежную подругу, она крепко обняла огорчен-» ную девушку и постаралась утешить ее. — Перестань плакать, не плачь, — сказала она, выти¬ рая слезы Хетти, словно маленькому ребенку, и прижимая ее к своей горячей груди. — Ну о чем горевать! Не ты на-* писала эту книгу и не ты виновата, что бледнолицые злы. Есть злые краснокожие, есть злые белые. Не в цвете кожи все добро, и не в цвете кожи все зло. Вожди хорошо зна-» ют это. Хетти скоро оправилась, и мысли ее снова вернулись к главной цели ее посещения. Увидев, что вокруг нее по< прежнему стоят сумрачные вожди, девушка снова попытав лась убедить их. — Слушай, Уа-та-Уа, — сказала она, сдерживая ры-> дания и стараясь говорить внятно, — скажи вождям, что нам нет дела до того, как поступают дурные люди; слова Великого Духа — это слова Великого Духа, и никто не смеет поступать дурно только потому, что другой человек раньше него тоже поступил дурно. «Воздай добром за зло», говорит книга, и это закон для красного человека, так же как и для белого человека. — Ни у делаваров, ни у ирокезов никто не слыхал о подобном законе, — ответила Уа-та-Уа, стараясь ее уте¬ шить. — Не стоит говорить о нем вождям. Скажи им что- нибудь такое, чему они могут поверить. Впрочем, делаварка хотела было уже начать перево¬ дить, как прикосновение пальцев старого вождя заставило ее обернуться. Тут она заметила, что один из воинов, не¬ задолго перед тем отделившийся от кружка, возвращается в сопровождении Хаттера и Непоседы. Поняв, что их то¬ же подвергнут допросу, она смолкла с обычной безропот¬ 182

ной покорностью индейской женщины. Через несколько се¬ кунд пленники уже стояли лицом к лицу с вождями племени. — Дочь, ^ сказал старший вождь, обращаясь к моло¬ денькой делаварке, — спроси у Седой Бороды, зачем он пришел в наш лагерь. Уа-та-Уа задала этот вопрос на ломаном английском языке, но все-таки достаточно понятно. Хаттер был по на¬ туре слишком крут и упрям, чтобы уклоняться от ответст¬ венности за свои поступки. Кроме того, хорошо зная взгля¬ ды дикарей, он понимал, что ничего не добьется изворот¬ ливостью или малодушной боязнью их гнейа. Итак, не ко¬ леблясь, он признался во всём, сославшись в оправдание лишь на высокие премии, обещанные начальством за скальпы. Это чистосердечное заявление было встречено ирокезами с явным удовольствием, вызванным, впрочем, не столько моральным преимуществом, которое они таким образом получили, сколько доказательством, что им уда¬ лось взять в плен человека, способного возбудить их инте¬ рес и достойного стать жертвой их мстительности. Непо¬ седа, допрошенный в свою очередь, также во всем покаял¬ ся. При других обстоятельствах он скорее прибегнул бы к каким-нибудь уверткам, чем его более солидный' товарищ, но, понимая, что всякое запирательство теперь бесполезно, волей-неволей последовал примеру Хаттера. Выслушав их ответы, вожди молча удалились, считая для себя вопрос решенным. Хетти и делаварка остались теперь наедине с Хаттером и Непоседой. Никто, по-видимому, не стерег их, хотя в действительности все четверо находились под бдительным и непрерывным надзором. Индейцы заранее приняли необ¬ ходимые меры, чтобы помешать мужчинам завладеть ружьями, находившимися неподалеку, и этим как будто все ограничилось. Но оба пленника, хорошо зная индей¬ ские обычаи, понимали, как велика разница между види¬ мостью и действительностью. Не переставая думать о бег¬ стве, они понимали тщетность любой необдуманной попыт¬ ки. И Хаттер и Непоседа пробыли в лагере довольно долго и были достаточно наблюдательны, чтобы заметить, что Уа-та-Уа тоже пленница. Поэтому Хаттер говорил при ней гораздо откровеннее, чем в присутствии других индейцев. *=— Я не браню тебя, Хетти, за то что ты пришла сюда, намерения у тебя были хорошие, хотя и не совсем разум¬ 183

ные, — начал отец, сев рядом с дочерью и взяв ее за ру¬ ку. — Но проповедью и библией не своротишь индейца с его пути. Дал тебе Зверобой какое-нибудь поручение к нам? Есть ли у него план, чтобы освободить нас? — В этом все дело, — вмешался Непоседа. — Если ты поможешь нам, девушка, отойти хоть на полмили, хоть на четверть мили от лагеря, я ручаюсь за остальное. Быть мо¬ жет, старику потребуется немножко больше, но для чело- века моего роста и моих лет этого вполне достаточно. Хетти печально поглядывала то на одного, то на друго¬ го, но не могла ответить на вопрос беспечного Непоседы. — Отец, — сказала она, — ни Зверобой, ни Джудит не знали о моем уходе, пока я не покинула ковчег. Они боят¬ ся, что ирокезы построят плот и подплывут к замку, поэто¬ му они больше думают о защите, чем о том, как бы помочь вам. — Нет, нет, нет! — торопливо, но вполголоса сказала Уа-та-Уа, опустив лицо к земле, чтобы наблюдавшие ис¬ подтишка индейцы не заметили движения ее губ. — Нет, нет, нет, Зверобой не такой человек! Он не думает только о том, чтобы защитить себя, когда его друг в опасности. Хо¬ чет помочь другу и всех собрать в хижине. — Это звучит недурно, старый Том, — вполголоса ска¬ зал Непоседа, смеясь и подмигивая. —* Дай мне в друзья сообразительную скво, и я справлюсь с самим дьяволом, не говоря уже об ирокезах. — Не говори громко, — сказала Уа-та-Уа: — кое-кто из ирокезов знает язык ингизов и почти все его понимают. — Значит, ты наш друг, молодка? — спросил Хаттер с внезапно пробудившимся интересом. — Если так, то мо¬ жешь рассчитывать на хорошую награду. И нет ничего легче, как отправить тебя обратно к твоему племени, если только нам с тобой удастся добраться до замка. Верни нам ковчег и пироги, и мы будем владеть озером назло дика¬ рям всей Канады. Нас оттуда можно выбить только артил¬ лерией. — А если вы снова сойдете на берег за скальпами? — ответила Уа-та-Уа с холодной иронией, которая, видимо, была ей свойственна в большей степени, чем многим пред¬ ставительницам ее пола. — Ну-ну, ведь это была ошибка. Немного толку в жа¬ лобах и еще того меньше в насмешках. 184

— Отец, — сказала Хетти, — Джудит собирается от¬ крыть большой сундук; она надеется отыскать там вещи, в обмен за них дикари отпустят вас на волю. Мрачная тень пробежала по лицу Хаттера, и он про¬ бормотал чуть слышно несколько слов, выражавших край¬ нее неудовольствие. — А почему бы и не открыть сундук? — вмешалась Уа-та-Уа. — Жизнь дороже старого сундука. Скальпы до¬ роже старого сундука. Если не позволишь дочке открыть его, Уа-та-Уа не поможет тебе убежать. — Вы сами не знаете, о чем просите, глупые девчон¬ ки, а раз не знаете, то и не говорите... Мне не очень нра¬ вится спокойствие дикарей, Непоседа! Очевидно, они за¬ мышляют что-то важное. Если вы хотите что-нибудь пред¬ принять, то надо делать это поскорее. Как ты думаешь, можно ли положиться па эту молодую женщину? — Слушайте, — сказала Уа-та-Уа быстро и с серьез¬ ностью, доказывавшей, как искренни были ее чувства, — Уа-та-Уа не ирокезка, она делаварка, у нее делаварское сердце, делаварские чувства. Она тоже в плену. Один пленник помогает другому пленнику. Теперь не надо боль¬ ше говорить. Дочка, оставайся с отцом. Уа-та-Уа пойдет искать друга, потом скажет, что надо делать. Это было произнесено тихим голосом, но отчетливо и внушительно. Затем девушка встала и спокойно направилась в свой шалаш, как бы потеряв всякий интерес к тому, что делали бледнолицые. Глава XII Отцом все время бредит, обвиняет Весь свет во лжи, себя колотит в грудь, Без основанья злится и лепечет Бессмыслицу. В ее речах сумбур, Но кто услышит, для того находка. Шекспир, «Гамлет» 1 Мы оставили обитателей «замка» и ковчега погружен¬ ными в сон. Правда, раза два в течение ночи то Зверобой, то делавар поднимались и осматривали неподвижное озеро, 1 Перевод Б. Пастернака. 185