жественного обряда, я надеюсь, вы согласитесь поговорить со мной один час наедине. Мы с Хетти просто не знаем, что нам делать. — Это вполне естественно, все случилось так внезапно и так страшно... Но вот ковчег, и мы еще побеседуем, когда для этого представится более удобный случай. Глава XXIII Fla горной высоте грохочет гром, Но мир в долине, под горою. Коль ты вступил на лед — скользи по нем, Коль славы захотел — то будь героем... Томас Черчьярд1 Встреча Зверобоя с друзьями на барже была тревожна и печальна. Могиканин и его подруга сразу заметили по его обращению, что он не был счастливым беглецом. Не¬ сколько отрывочных слов объяснили им, что значит «от¬ пуск», о котором говорил их друг. Чингачгук призадумался; Уа-та-Уа, по своему обыкно¬ вению, старалась выразить Зверобою свое сочувствие раз¬ ными мелкими услугами, в которых обнаруживается жен¬ ское участие. Однако через несколько минут они уже выработали не¬ что вроде общего плана действий на предстоящий вечер, и неосведомленному наблюдателю могло со стороны пока¬ заться, будто на барже все идет обычным порядком. Су¬ мерки сгущались, и поэтому решили подвести ковчег к «замку» и поставить его на обычной стоянке. Решение это объяснялось отчасти тем, что все пироги уже опять были в руках их хозяев, но главным образом — чувством уверен¬ ности, которое возникло после сообщения Зверобоя. Он знал, как обстоят дела у гуронов, и был убежден, что этой ночью они не предпримут никаких военных действий; по¬ тери, которые они понесли, заставляли их до поры до вре¬ мени воздержаться от дальнейших враждебных попыток. Зверобой должен был передать осажденным предложение осаждающих, в этом и заключалась главная цель его при¬ 1 Перевод Л. Рубинштейна. 357

бытия в «замок». Если предложение будет принято, война тотчас же прекратится. Казалось в высшей степени неве- роятным, чтобы гуроны прибегли к насилию до возвращен ния своего посланца. Как только ковчег был установлен на своем обычном месте, обитатели «замка» обратились к своим повседнев¬ ным делам; поспешность в важных решениях столь же не¬ свойственна белым жителям пограничной области, как и их краснокожим соседям. Женщины занялись приготовле- нием вечерней трапезы; они были печальны и молчаливы, но, как всегда, с большим вниманием относились к удовле¬ творению важнейшей естественной потребности. Непоседа чинил свои мокасины при свете лучины, Чингачгук сидел в мрачной задумчивости, а Зверобой, в чьих движениях не чувствовалось ни хвастовства, ни озабо¬ ченности, рассматривал «оленебой» — карабин Хаттера, о котором мы уже упоминали и который впоследствии так прославился в руках человека, знакомившегося теперь впервые со всеми его достоинствами. Это ружье было на¬ много длиннее обычного и, очевидно, вышло из мастерской искусного мастера. Кое-где оно было украшено серебряной насечкой, но все же показалось бы довольно заурядной вещью большинству пограничных жителей. Главные пре¬ имущества этого ружья состояли в точности прицела, тща¬ тельной отделке частей и превосходном качестве металла. Охотник то и дело подносил*приклад к плечу; жмуря левый глаз, он смотрел на мушку и медленно поднимал кверху ду¬ ло, как бы целясь в дичь. При свете лучины, зажженной Непоседой, он проделывал все эти маневры с серьезностью и хладнокровием, которые показались бы трогательными любому зрителю, знавшему трагическое положение этого человека. — Славное ружьецо, Непоседа! — воскликнул наконец Зверобой. — Право, жаль, ~что оно попало в руки женщин« Охотники уже рассказывали мне о нем, и по всему, что я слышал, оно несет верную смерть, когда находится в на-< дежных руках. Взгляни-ка на этот замок — даже волчий капкан не снабжен такой точно работающей пружиной, ку¬ рок и собачка действуют разом, словно два учителя пения, запевающие псалом на молитвенном собрании. Я никогда не видел такого точного прицела, Непоседа, можешь быть в этом уверен. 358

— Да, старый Том не раз хвалил мне это ружье, хоть сам он и не был мастак по огнестрельной части, — ответил Марч, продевая ремешки из оленьей кожи в дырочки мока¬ сина с хладнокровием профессионального башмачника. — Он был неважный стрелок, в этом надо признаться, но у него были свои хорошие стороны, так же как и дурные. Одно время я надеялся, что Джудит придет счастливая мысль подарить мне «оленебой». Правда твоя, Непоседа; никогда нельзя заранее ска¬ зать, что сделает молодая женщина. Может быть, ты, чего доброго, еще получишь это ружьецо. Все же эта штучка так близка к совершенству, что жаль будет, если она не достигнет его полностью. Что ты хочешь этим сказать? Уж не думаешь ли ты, что на моем плече это ружье будет выглядеть хуже, чем на плече у всякого другого? г— О том, как оно будет выглядеть, я ничего не скажу. Оба вы недурны собой и можете, как это говорится, соста¬ вить красивую парочку. Но все дело в том, как ты будешь с ним обращаться. В иных руках это ружье может за один день убить больше дичи, чем в твоих за целую неделю, Гарри. Я видел тебя на работе; помнишь того оленя, в кото¬ рого ты стрелял недавно? — Теперь не такое время года, чтобы охотиться на оле¬ ней. А кто же станет стрелять дичь, когда для этого еще не наступило подходящее время! Я просто хотел пугнуть эту тварь, и, думаю, ты признаешь, что это мне, во всяком слу¬ чае, удалось. 5— Ладно, ладно, будь по-твоему. Но это замечательное оружие, и если оно достанется человеку с твердой рукой и быстрым глазом, то сделает его королем лесов. •— Тогда возьмите его, Зверобой, и будьте королем ле¬ сов, — сказала Джудит, которая слушала разговор, не сво¬ дя глаз с честной физиономии охотника. — Лучших рук для него не отыщешь, и я надеюсь, что ружье останется в них пятьдесят лет кряду. — Джудит, неужели вы говорите серьезно? — восклик¬ нул Зверобой, удивившись до такой степени, что он даже позабыл свою обычную сдержанность. — Это истинно коро¬ левский подарок, и принять его может только настоящий король. 359

— За всю мою жизнь я не говорила так серьезно, Зве¬ робой, и прошу вас принять мой подарок. — Ладно, девушка, ладно; мы еще найдем время потолковать об этом... Ты не должен сердиться, Непоседа: Джудит — бойкая молодая женщина, и у нее есть смекалка. Она знает, что ружье ее отца гораздо больше просла¬ вится в моих руках, чем в твоих, и поэтому не горюй. В других делах, более для тебя подходящих, она, наверное, отдаст предпочтение тебе. Непоседа сердито проворчал что-то сквозь зубы; но он слишком торопился закончить свои приготовления и покинуть озеро, чтобы терять время на спор по такому по¬ воду. Вскоре был подан ужин; его съели в молчании, как всегда делают люди, для которых пища есть только средст¬ во для подкрепления сил. Впрочем, сейчас печаль и озабо¬ ченность усиливали общее нежелание начинать беседу, ибо Зверобой, в отличие от людей своего звания, не только любил сам поболтать за столом, но часто вызывал на ожив¬ ленный разговор и своих товарищей. Когда трапеза была окончена и незатейливая посуда убрана со стола, все собрались на платформе, чтобы вы¬ слушать рассказ Зверобоя о цели его посещения. Было очевидно, что он не спешит с этим делом, но Джудит очень волновалась и не могла согласиться на дальнейшую от¬ срочку. Из ковчега и хижины принесли стулья, и все шес¬ теро уселись кружком возле двери, следя за выражением лиц друг друга, насколько это было возможно при слабом свете звезд. Вдоль берегов, под холмами, как всегда, про¬ стирался мрак, но посреди озера, куда не достигали при¬ брежные тени, было немного светлее, и тысячи дрожащих звезд танцевали в прозрачной стихии, которую слегка вол^ новал ночной ветерок. — Ну, Зверобой, — начала Джудит, не в силах долее бороться со своим нетерпением, — ну, Зверобой, расскажи¬ те нам, что говорят гуроны и почему они отпустили вас на честное слово. Какой пароль они вам дали? — Отпуск, Джудит, отпуск! Это слово имеет такое же значение для пленника, отпущенного на волю, как для солдата, которому разрешили на некоторое время оста¬ вить знамя. В обоих случаях человек дает обещание вер¬ нуться обратнЪ. А пароль, я думаю, слово голландское и имеет какое-то отношение к гарнизонной службе. Конеч¬ 360