гаю, что она не изменила своего решения и не хочет стать женой гурона. Чего же ты добиваешься? ^ Уа-та-Уа никогда не будет жить в вигваме ироке¬ за! — ответил Чингачгук резко. ^ У нее маленькие нож¬ ки, но они могут увести ее к деревням ее народа; у нее ма¬ ленькие ручки, но великая душа. Когда придет время, брат мой увидит, что мы можем сделать, чтобы не позволить ему умереть под томагавками мингов.: — Не действуй опрометчиво, делавар, сказал охот¬ ник серьезно. — Вероятно, ты поступишь по-своему, и, в общем, это правильно, потому что ты никогда не будешь счастлив, если ничего не попытаешься сделать. Но не дей¬ ствуй опрометчиво. Я знаю, что ты не покинешь озеро, по¬ ка не решится моя судьба. Но помни, Змей, ни одна из попыток, которые способны изобрести минги, не может смутить мой дух, как мысль, что ты и Уа-та-Уа попалив ру¬ ки врагов, стараясь сделать что-нибудь для моего спасения. Делавары осторожны. Зверобой не должен бояться, что они бросятся во вражеский лагерь с завязанными* гла¬ зами. На этом разговор и кончился. Хетти вскоре объявила, что завтрак готов, и все уселись вокруг простого, некра^ шеного стола. Джудит последняя заняла свое место. Она была бледна, молчалива, и по лицу ее легко было заметить, что она провела мучительную, бессонную ночь. Завтрак прошел в молчании. Женщины почти не при¬ касались к еде, но у мужчин аппетит был обычный. Когда встали из-за стола, оставалось еще несколько ча¬ сов до момента прощания пленника со своими друзьями. Горячее сочувствие Зверобою и желание быть поближе к нему заставило всех собраться на платформе, чтобы в последний раз поговорить с ним и выказать свое участие, предупреждая его малейшие желания. Сам Зверобой внешне был совершенно спокоен, разго¬ варивал весело и оживленно, хотя избегал всяких намеков на важные события, ожидавшие его в этот день. Только по тону, которым он говорил о смерти, можно было догадаться, что мысли его невольно возвращаются к этой тяжелой теме. ^ Ах, — сказал он вдруг, ^ сделайте мне одолжение, Джудит, сойдем на минутку в ковчег! Я хочу поговорить с вами. 402

Джудит повиновалась с радостью, которую едва могла скрыть. Пройдя за охотником в каюту, она опустилась на стул. Молодой человек сел на другой стул, взяв в руки стоявший в углу «оленебой», который она подарила ему накануне, и положил его себе на колени. Еще раз осмотрев с любовным вниманием дуло и затвор, он отложил карабин в сторону и обратился к предмету, ради которого и завел этот разговор. еэ Насколько я понимаю, Джудит, вы подарили мне это ружье, ^ сказал он. ^ Я согласен взять его, потому что молодой женщине ни к чему огнестрельное оружие. У этого карабина славное имя, и его по праву должен но¬ сить человек опытный, с твердой рукой, ^ ведь самую доб¬ рую славу легко потерять из-за беспечного и необдуманно¬ го поведения. ^ Ружье не может находиться в лучший руках, чем сейчас, Зверобой. Томас Хаттер редко давал из него про¬ мах, а у вас оно будет... «Верной смертью», *=* перебил охотник смеясь. — Я знавал когда-то охотника на бобров, у него было ружье, которому дали такое прозвище, но все это было лишь ба¬ хвальство, ибо я видел делаваров, которые на близком рас¬ стоянии посылали свои стрелы так же метко. Однако я не отрицаю моих способностей... ибо это способности, Джу¬ дит, а не натура... я не отрицаю моих способностей и, сле¬ довательно, готов признать, что ружье не может нахо¬ диться в лучших руках, чем сейчас. Но как долго оно в них останется? Говоря между нами, мне не хотелось бы, чтобы это слышали Змей и Уа-та-Уа, но вам можно сказать всю правду, потому что ваше сердце вряд ли будет так стра¬ дать от этой мысли, как сердца людей, знающих меня дольше и лучше. Итак, спрашиваю я: долго ли мне при¬ дется владеть этим ружьем? Это серьезный вопрос, над ко¬ торым стоит подумать, и, если случится то, что, по всей ве¬ роятности, должно случиться, «оленебой» останется без хо¬ зяина. Джудит слушала его с кажущейся невозмутимостью, хотя внутренняя борьба почти до конца истощила ее силы. Зная своеобразный нрав Зверобоя, она заставила себя со¬ хранять внешнее спокойствие, хотя, если бы его внимание не было приковано к ружью, человек с такой острой на¬ блюдательностью вряд ли мог не заметить душевной муки, 403

с которой девушка выслушала, его последние слова. Тем не менее необычайное самообладание позволило ей продол¬ жать разговор, не обнаруживая своих чувств. — Что же вы мне прикажете делать с этим оружи¬ ем, — спросила она, — если случится то, чего вы, по-види¬ мому, ожидаете? — Именно об этом хотел я поговорить с вами, Джудит, именно об этом. Вот Чингачгук, правда, далек от совер¬ шенства по части обращения с ружьем, но все же он до¬ стоин уважения и постепенно овладевает этим искусством. Кроме того, он мой друг — быть может, самый близкий друг, потому что мы никогда не ссорились, хоть у нас и разные природные склонности. Так вот, мне бы хотелось оставить «оленебой» Змею, если что-нибудь помешает мне прославить своим искусством ваш драгоценный подарок, Джудит. — Оставьте его кому хотите, Зверобой: ружье ваше, и вы можете распоряжаться им как угодно. Если таково ва¬ ше желание, то Чингачгук получит его, в случае если вы пе вернетесь обратно. — А спросили вы мнения Хетти по этому поводу? Пра¬ во собственности переходит от родителей ко всем детям, а не к одному из них. — Если вы желаете руководствоваться велениями за¬ кона, Зверобой, то, боюсь, что ни одна из нас не имеет права на это ружье. Томас Хаттер не был отцом Хетти, так же как он не был и моим отцом. Мы только Джудит и Хет¬ ти, у нас нет другого имени. — Быть может, так говорит закон, в этом я мало смыс¬ лю. По вашим обычаям, все вещи принадлежат вам, и ни¬ кто здесь не станет спорить против этого. Если Хетти ска¬ жет, что она согласна, я окончательно успокоюсь на этот счет. Правда, Джудит, у вашей сестры нет ни вашей кра¬ соты, ни вашего ума, но мы должны оберегать права даже обиженпых богом людей. Девушка ничего не ответила, но, подойдя к окошку, подозвала к себе сестру. Простодушная, любящая Хетти с радостью согласилась уступить Зверобою право собствен¬ ности на драгоценное ружье. Охотник, по-видимому, по¬ чувствовал себя совершенно счастливым, по крайней мере до поры до времени; снова и снова рассматривал он цен¬ ный подарок и наконец выразил желание испытать на 404

практике все его достоинства, прежде чем сам он вернется на берег. Ни один мальчик не спешил испробовать новую трубу или новый лук со стрелами с таким восторгом, с ка¬ ким наивный лесной житель принялся испытывать свое новое ружье. Выйдя на платформу, он прежде всего отвел делавара в сторону и сказал ему, что это прославленное ружье станет его собственностью, если какая-нибудь беда случится со Зверобоем. — Это, Змей, для тебя лишнее основание быть осторож¬ ным и без нужды не подвергать себя опасности, — приба¬ вил охотник. — Для вашего племени обладание таким ру¬ жьем стоит хорошей победы. Минги позеленеют от зависти, и, что еще важнее, они уже не посмеют больше бродить без опаски вокруг деревни, где хранится это ружье; поэтому береги его, делавар, и помни, что на твоем попечении те¬ перь находится вещь, обладающая всеми достоинствами жи¬ вого существа без его недостатков. Уа-та-Уа должпа быть — и, без сомнения, будет — очень дорога тебе, но «оленебой» станет предметом любви и поклонения всего вашего народа. — Одно ружье стоит другого, Зверобой, — возразил индеец, несколько уязвленный тем, что друг оценил, его не¬ весту ниже, чем ружье. — Все они убивают, все сделаны из дерева и железа. Жена мила сердцу; ружье хорошо для стрельбы. — А что такое человек в лесу, если ему нечем стре¬ лять? В самом лучшем случае он становится жалким трап¬ пером, а не то ему приходится вязать веники и плести кор¬ зины. Такой человек умеет сеять хлеб, но никогда не узнает вкуса дичи и не отличит медвежьей ветчины от ка¬ баньей... Ну ладно, друг! Подобный случай, быть может, никогда не представится нам, и я непременно хочу испы¬ тать это знаменитое ружье. Принеси-ка сюда твой кара¬ бин, а я испробую «оленебой», чтобы мы могли узнать все его скрытые достоинства. Это предложение, отвлекшее присутствующих от тя¬ желых мыслей, было принято всеми с удовольствием. Де¬ вушки с готовностью вынесли на платформу весь запас огнестрельного оружия, принадлежавшего Хаттеру. Арсе¬ нал старика был довольно богат: в нем имелось несколько ружей, всегда заряженных на тот случай, если бы при¬ шлось внезапно пустить их в ход. Оставалось только 405