Рональд Рейган не хотел добиваться ратификации Конгрессом ОСВ-2. 12 ноября 1982 года после смерти Леонида Брежнева Генеральным секретарем ЦК КПСС стал председатель КГБ Юрий Андропов. Это еще больше настроило Рейгана против СССР, и он снова вышел на тропу, казалось бы, уже забываемой «холодной» войны.

Впрочем первые два года Рональд Рейган занимался в основном насущными проблемами экономики. Активную внешнюю политику, выразившуюся в резкой конфронтации с СССР, он начал в 1983 году, назвав Советский Союз «империей зла», ведь коммунистические вожди, возглавляющие тоталитарную империю, не верят в Бога и в христианские ценности и «олицетворяют зло в современном мире».

Зная об экономических трудностях Советского Союза, Рейган решил навязать ему непосильную гонку вооружений. 28 марта 1983 года он обнародовал Стратегическую оборонную инициативу (СОИ) – программу создания глобальной противоракетной обороны с использованием космических средств, которую тут же окрестили «программой звездных войн».

После этих речей Юрий Андропов сравнил «ярого антикоммуниста» Рональда Рейгана с Адольфом Гитлером, Рейган не остался в долгу и провел параллель между Андроповым и «великим инквизитором» Томасом Торквемадой⁴.

16 июня 1983 года Юрий Андропов сосредоточил в своих руках всю власть в СССР, став Председателем Президиума Верховного Совета.

В ночь с 31 августа на 1 сентября 1983 года русский летчик сбил южнокорейский авиалайнер с 269 пассажирами на борту, в их числе одного конгрессмена США и 60 других американцев.

В этой истории до сих пор многое неясно. Похоже, американцы использовали этот самолет для проверки систем воздушного слежения СССР, но советская сторона явно превысила «пределы допустимой самообороны». Рейган по этому случаю обрушился на своего потенциального врага. «Это – акт варварства со стороны общества, которое открыто пренебрегает правами личности, не считается с ценностью человеческой жизни и постоянно пытается захватить другие государства и управлять ими…

Вспомним Чехословакию, Венгрию, Польшу, отравленные газами деревни Афганистана. Если эта бессмысленная бойня и все поведение Советского Союза имеют целью запугать нас, то у них ничего не вышло».

19 октября 1983 года в маленьком островном государстве Гренада в Вест-Индии, с населением 90 тысяч человек, произошел государственный переворот. Был убит глава умеренного народно-революционного правительства Морис Бишоп. Власть захватили левые радикалы. Никакой угрозы для США это крошечное государство не представляло.

Однако Рейган такого случая упустить не мог, ему нужна была «маленькая победоносная война». Он срочно организовал обращение ряда Карибских государств об отправлении войск на Гренаду. Под дополнительным предлогом спасения американских студентов, находящихся на острове, президент США 24 октября снарядил 11 боевых кораблей, несколько десятков самолетов, воздушно-десантную дивизию и отправил на Гренаду. Операция готовилась в глубокой тайне даже от ближайших союзников. Но Маргарет Тэтчер – премьер-министр Великобритании по своим каналам узнала про нее около девяти вечера и тут же позвонила Рейгану. Он услышал рык разъяренной львицы. Она сказала, что Гренада – член Британского Содружества, и Соединенные Штаты не имеют никакого права вмешиваться в ее дела. Тэтчер потребовала отменить высадку десанта в Гренаде и срочно отозвать войска. До этого у этих двух консервативных государственных деятелей были теплые, дружеские и доверительные отношения.

Рейган впервые слукавил, он стал извиняться, сказал, что сам хотел ей позвонить, но теракт в Бейруте и эти события в Гренаде не дали ему возможности это сделать. А сейчас уже поздно что-либо изменить, операция началась.

За четыре дня американские солдаты лихо расправились с сотней кубинских специалистов и советников, крошечными вооруженными силами Гренады и, заодно разбомбив больницу, водрузили победный флаг.

«Освобожденные» студенты иронично заметили, что в настоящей опасности они оказались только тогда, когда высадившиеся на остров «родные» морские пехотинцы открыли беспорядочную пальбу.

Американцы потеряли 19 человек убитыми и более ста ранеными.

В американской прессе стали восторженно говорить «о славной победе». Изголодавшаяся после Вьетнама по таким сообщениям американская общественность с восторгом встретила эту весть. «Наконец, в Белом Доме появился настоящий мужчина», – торжествовали американцы, и популярность Рейгана резко возросла. Дополнительно к этому в 1983 и 1984 годах экономика пошла вверх, и в ноябре 1984 года Рейган переизбрался на пост президента, получив 59 % голосов избирателей.

Рейган понимал, что его благополучному переизбранию помогла военная труба, но теперь ему хотелось оставить после себя добрую память миротворца – ему нужна была оливковая ветвь.

До сих пор президент обменивался редкими письмами с вождями Советского Союза, в которых обе стороны обвиняли друг друга в агрессивности, но ни с кем из них не встречался.

11 марта 1985 года в четыре часа утра в нарушение всех инструкций помощники Рейгана разбудили его и сообщили новость: умер Константин Черненко. Он тут же сказал Нэнси: «Как я могу о чем-нибудь говорить с русскими, если они мрут прямо на глазах».

Также ему сообщили, что новым руководителем Советского Союза станет Михаил Горбачев.

Маргарет Тэтчер рассказывала ему о нем как об относительно молодом и необычном советском руководителе. Это говорило о том, что у Рейгана появился шанс начать новую политику в отношении СССР.

Понимая все это, вице-президент Джордж Буш предложил Рейгану поехать на похороны Константина Черненко, чтобы установить контакт с новым лидером. Но он отказался и направил его самого и госсекретаря Джорджа Шульца. Даже при таких обстоятельствах Рейган не хотел делать первого шага.

После похорон Черненко, как и ожидалось, Генеральным секретарем ЦК КПСС стал Михаил Горбачев. Лидеры двух супердержав, предводители двух противостоящих коалиций, понимали, их переговоры, а следовательно, соперничество неизбежно, поэтому внимательно присматривались друг к другу.

Рональд Рейган и Михаил Горбачев во многом были разными. Они представляли полярные миры, привыкшие считать друг друга самым опасным врагом: демократию и тоталитаризм; открытое общество и закрытое; свободу слова и жесткую цензуру; рынок и план. Они представляли разные поколения – 1911 и 1933 годы рождений, у Рейгана был пятилетний опыт управления государством, а у Горбачева – легкомысленная уверенность, что нет ничего проще, чем править.

Но в чем-то они были и похожи. Оба вышли из социальных низов, обоих вели за руку по карьерной лестнице весьма амбициозные женщины, оба считали себя реформаторами. Они осторожно зондируют почву, пишут друг другу письма, демонстрирующие уверенность каждого в себе. Наконец, 19 ноября 1985 года состоялась их первая встреча в Женеве. За столом переговоров они публично обменялись традиционными обвинениями в гегемонизме, затем в сопровождении переводчиков прогулялись и продолжили беседу у камина.

Во время этого разговора президент и генсек договорились о новых встречах – сначала в Вашингтоне, затем в Москве. Когда они позже объявили об этом, обе делегации были крайне удивлены.

Сейчас мы ступаем на зыбкую почву предположений о том, какое у них могло сложиться впечатление друг о друге. При всей сложности этого вопроса, нам могут помочь последующие исторические события, которые стали следствием этих впечатлений.

Убежденный в своей неотразимости Михаил Горбачев, похоже, решил, что «завоевал» Рональда Рейгана и потому сможет навязать ему свою волю. Президенту, надо полагать, не трудно было «прочитать» подобные мысли генсека, и он старался их укрепить.

Рейган вспомнил характеристику Маргарет Тэтчер и понял, что она права. Этого «самовлюбленного человека с путаными идеями», весьма падкого на лесть, можно хорошо использовать.