Поэтому он весьма похвально отозвался о Горбачеве, жесткий тон сменил на мягкий, но целей своих не изменил. Рейган понял, что Горбачев хочет быстрых и масштабных решений в вопросе сокращения вооружений, поэтому он, напротив, стал на позицию малых и поэтапных шагов. В конце мая 1986 года президент объявил о том, что США не считают более возможным придерживаться не ратифицированного Конгрессом договора ОСВ-2.

Горбачев стал настойчиво добиваться новой встречи в верхах.

Она состоялась 11–12 октября 1986 года в столице Исландии Рейкьявике.

На этой встрече Горбачев неожиданно предложил целый пакет крупных мер: 50-процентное сокращение стратегического наступательного вооружения в течение первых пяти лет, полную ликвидацию советских и американских ракет средней дальности в Европе, резкое сокращение обычных вооружений, а также необходимость строго соблюдать бессрочный договор по ПРО. Это было то, чего давно добивалась американская дипломатия.

На другой день Горбачев пошел еще дальше и предложил полностью избавиться от ядерного оружия. И неожиданно для американской делегации, да и для самого себя, Рейган вдруг сказал: «Да». Взглянув на помрачневшего госсекретаря Джорджа Шульца, сидевшего рядом, Рейган понял, что он совершил большую ошибку.

Полная ликвидация ядерного оружия при преимуществе в обычных вооружениях была выгодна Советскому Союзу. (И конечно, от этого выиграл бы и весь мир.) Рейган не мог отказаться от своего слова и должен был подписать договор.

Когда уже казалось, что сейчас свершится великое историческое действо, Горбачев вдруг изрек: «Но все это, конечно же, зависит от того, откажетесь ли вы от СОИ». Рейган резко заявил: «Я же говорил, и говорил уже тысячу раз, что СОИ – это не предмет для торга».

Договор сорвался, и находившаяся в огромном напряжении американская делегация облегченно вздохнула.

Уже выходя из здания, Рейган снисходительно бросил: «Мы с вами упустили исторический шанс», на что Горбачев предложил вернуться и подписать договор без условия о СОИ. Но Рейган ответил: «Ну, что вы, так не делается».

СОИ была колоссальным блефом Америки. Эта программа являлась неосуществимой из-за астрономических расходов, и у советской стороны был дешевый и примитивный «асимметричный ответ» – выпустить на орбиты спутников СОИ тонны мелких металлических игл, которые вывели бы всю напичканную электроникой систему из строя.

А если, несмотря ни на что, американцы взялись бы за претворение СОИ, то великие потрясения ждали бы не только СССР, но и США, так как их экономика не вынесла бы такого груза.

Позже были заключены договоры о ракетах средней дальности, но их масштаб был уже не тот, да и время стало играть против СССР.

В начале июня 1987 года Рейган с женой вылетели в Западный Берлин, и 12 июня он, стоя у Бранденбургских ворот, произнес продолжительную и эмоциональную речь, в которой произнес слова, ставшие известными всему миру: «Генеральный секретарь Горбачев, если вы стремитесь к миру, к процветанию Советского Союза и Восточной Европы, к либерализации, приезжайте сюда, к этим воротам.

Откройте их, господин Горбачев! Снесите эту стену!»

Призыв был услышан: 9 ноября 1989 года Берлинская стена пала, и мир стал стремительно меняться.

29 мая 1988 года Рейган впервые прилетел в Советский Союз, как всегда, с ним была Нэнси. Он провел переговоры с Горбачевым, прошелся с женой по Красной площади и побывал в Большом театре. Рейгану не верилось, что он в Москве – столице той «империи зла», с которой он воевал большую часть своей жизни. «Холодная» война закончилась.

К концу своего президентского срока он приложил немало усилий и добился того, чтобы в ноябре 1988 года следующим, сорок первым, президентом США избрали его партийного соратника и вице-президента Джорджа Буша.

20 января 1989 года он вместе с Нэнси на вертолете покинул Белый Дом.

Эту историю можно считать двуединым воплощением американской мечты и мечты о счастливой любви.

Нэнси женила на себе Рональда и всю жизнь любила его, а он отвечал взаимностью. Это были на редкость близкие и доверительные отношения. Нэнси всю свою жизнь посвятила Рональду, все время упорно толкала его вперед к самой высокой цели.

Вмешательство жен в деятельность государственных мужей всегда справедливо осуждается, но, видимо, бывают очень редкие исключения, когда это вмешательство благотворно и приносит огромные плоды.

Нэнси – именно тот случай. Она вникала буквально во все его дела. И в политике она научилась разбираться не хуже своего мужа. Многие сотрудники и посетители, не имея возможности подробно изложить свои идеи Рейгану, рассказывали о них миссис Рейган, и она давала им точные оценки. Если это было ценно и интересно, она передавала суть этих разговоров мужу.

Она прекрасно знала психологию чиновников, предстающих перед своим шефом в парадном обличье, а за его дверью открывающих свою истинную суть. Нэнси все это тонко подмечала и о сотрудниках мужа имела достаточно верное представление, особенно когда дело касалось их верности Рейгану. И если в ком-то она начинала сомневаться, тот, как правило, отстранялся. За вмешательство в кадровые дела многие ее не любили, но они никогда не устраивали бунта, так как были вынуждены признавать ее правоту.

Нэнси никогда не отчаивалась, в самые тяжелые времена она будила надежду в Рональде и вела его вперед. Самым большим ее разочарованием был проигрыш на предварительных выборах Джеральду Форду в 1976 году. Она плакала навзрыд, но, успокоившись и утерев слезы, вновь смотрела вдаль. Радовалась, как ребенок, когда Рейган одержал победу на президентских выборах в 1980 году.

Она с любовью и тщанием провела обстоятельный ремонт в Белом Доме и расставила новую мебель. Всем этим Нэнси давала понять, что они поселились сюда надолго, на восемь лет. И эта ее уверенность передавалась другим.

У Рейгана с супругой, как и во многих семьях великих государственных деятелей, были непростые отношения с детьми. Чтобы эти сложности не мешали работать Рейгану, Нэнси не вселила детей в Белый Дом. Они могли приходить к родителям, когда им захочется, но жили отдельно.

Кроме всего прочего, она играла роль громоотвода, все сотрудники президентской администрации, министры, конгрессмены, журналисты, близкие и дети во всех ошибках Рейгана обвиняли ее, а он оставался непогрешим.

Эта самоотверженная любовь и готовность помочь в любую минуту окрыляла Рейгана, и не будет преувеличением сказать, что своими достижениями он во многом обязан Нэнси, впрочем, как и неизбежными ошибками.

В Рейгане не было никакого высокомерия, он со всеми обращался приветливо и просто, будь то его охранник или королева Великобритании Елизавета II. Став богатым человеком, сохранил привычку к бережливости, коренящуюся в бедном детстве.

Рейган был храбрым человеком. 31 марта 1981 года, когда президент выходил из отеля «Хилтон», на него совершил покушение некий Джон Хинкли⁵. Пуля поразила легкое и остановилась в двух сантиметрах от сердца. И даже в этой ситуации он не теряет чувство юмора, оправдывается перед женой: «Дорогая, я забыл пригнуть голову». Врачу, собирающемуся оперировать, говорит: «Надеюсь, вы республиканец». На что получает ответ: «Господин президент, сегодня мы все республиканцы».

Президент с огромной благодарностью говорит о начальнике своей охраны Джерри Парре, который, особо не церемонясь с ним, силой втолкнул его в автомобиль, и о другом охраннике, Тиме Маккарти, раскинувшем пошире руки, чтобы заслонить его своим телом от пуль.

Рейган с нежностью упоминает о безымянной медицинской сестре, мягко взявшей его за руку и тем самым успокоившей его.

Благодаря людей, спасших его, он не испытывает ненависти к покушавшемуся на его жизнь, напротив, он просит Господа направить злоумышленника на путь истинный. Позже выяснится, что Джон Хинкли был душевнобольным, и его поместят в психиатрическую лечебницу.