Даже те, кто волею судьбы попадал сюда, постепенно уходили в дрему и становились похожими на местных.

Теперь обобщим портрет Малайзии и постараемся представить, что предсказали бы современные всеведущие аналитики о будущем такой страны – наспех сколоченной из разных территорий, разделенных огромным морским пространством, имеющей тяжелое и долгое колониальное прошлое, состоящей из феодальных уделов с разными политическими традициями, с беднейшим коренным и богатым пришлым населением, с царящим разбоем транснациональных компаний, с отсутствием государственного опыта, без демократических традиций. Приговор был бы однозначным: чудес не бывает, у такой страны нет никакой возможности подняться, во всяком случае, в ближайшие сто лет! Но чудо произошло. Главным творцом его стал Махатхир бин Мохамад. Но оно произошло чуть позже, поэтому не будем торопиться и поведаем обо всем последовательно.

Недолгую историю суверенной Малайзии можно разделить на три периода: домахатхировскую, махатхировскую и постмахатхировскую.

Через полтора месяца после того, как Сингапур вышел из состава Малайзии 30 сентября 1965 года, в родственной ей Индонезии китайская община под воздействием маоистов предприняла попытку государственного переворота.

Путч был жестко подавлен. А тем временем в самой Малайзии назревало нечто подобное, правда, в менее острой форме. Относительное национальное меньшинство – богатеющие китайцы – требовало все большей политической власти, а малайское большинство, обладающее несколько большей властью, но являющееся беднейшей частью населения, требовало для себя увеличения доли от экономического пирога. Конфликт интересов стал очевидным. От открытого противостояния китайскую общину сдерживала участь их «соплеменников» – участников недавних индонезийских событий. Но время шло, атмосфера в стране все более нагнеталась и достигла такого состояния, когда достаточно было одной искры, чтобы последовал взрыв. Такой повод нашелся: группа китайских парней 13 мая 1969 года избила нескольких малайцев. Это привело к ожесточенным и кровавым столкновениям двух ведущих общин (в этот период соотношение малайцев, с одной стороны, и китайцев с симпатизировавшими им индийцами – с другой, было примерно равным). Китайцы бросили в ход значительные финансовые средства для мобилизации своих рядов, а исламские муллы стали призывать в мечетях к газавату.

Как известно, «пролетариату терять нечего, кроме своих цепей», поэтому этническим китайцам сильно досталось. Малайцы заявили, что они больше не потерпят нищенского существования в своей собственной стране.

Эти события показали, что между тремя основными этническими общинами – «бумипутра»², китайцами и индийцами – существуют достаточно напряженные отношения. Как известно, между Китаем и Индией имеет место давнее соперничество, но их представители в других странах, особенно с молодой государственностью, как правило, объединяются по принципу «большей культурности» по отношению к «меньшей культурности» коренных наций.

Главное, в тот период в Малайзии наблюдалось огромное межобщинное экономическое неравенство: этнические китайцы обладали 33 % национального богатства страны, индийцы – около 8 %, иностранные компании – 56,6 % (с заметной долей региональных китайских компаний) и только 2,4 % (по некоторым данным, даже эта мизерная цифра была завышена) принадлежало самим малайцам.

Драматические события 1969 года поставили политическое руководство и элиту национальных общин перед фактом, что подобное положение далее не может сохраняться, так как это является постоянной почвой межэтнической конфронтации, опасной для всех.

В результате консультаций всех политических сил был создан Патриотический фронт в составе 13 партий, в том числе трех ведущих партии – ОМНО, КАМ и ИКМ.

После этого была срочно принята Новая экономическая программа по быстрому повышению жизненного уровня «бумипутра», названная «позитивной дискриминацией», т. е. более богатые нацменьшинства должны были делиться с бедным нацбольшинством. Этот «Малайзийский социальный контракт» также предусматривал увеличение расходов на образование, увеличение квот для малайцев при поступлении в вузы, повсеместное изучение малайского языка, раздачу пустующих земель малайским крестьянам, увеличение доли малайцев среди владельцев и менеджеров коммерческих и промышленных предприятий. Все этнические политэлиты признали ведущую роль малайских политиков по неписаному принципу «кетуанан мелаю»³. Был введен запрет на разжигание межнациональной розни и т. д. Этот уникальный контракт соблюдается до сих пор. Упомянутые меры сняли общественное напряжение и улучшили межнациональное согласие в стране.

Однако в целом до 1981 года экономика Малайзии плелась в хвосте многих азиатских государств, не говоря уже о европейских.

Прежде чем перейти к описанию впечатляющих свершений Махатхира, немного расскажем о нем самом одном из величайших реформаторов на стыке двух тысячелетий.

Махатхир бин Мохамад родился 20 декабря 1925 года в небольшом городке Алор-Сетар штата Кедах в Малайзии. Предки отца – школьного учителя – были давними выходцами из южной Индии – тамилами, а мать – урожденной малайкой. С раннего детства ему приходилось наблюдать, как этнические китайцы и индийцы – отцовские сородичи свысока относились к малайцам, и это усилило в нем материнские корни. Поэтому он всегда считал себя истинным малайцем.

По профессии он врач. Вместе с женой Сите Хасме Мохамед Али воспитывает семерых детей, двое из которых – приемные.

В 1946 году вступил в ОМНО, а в 1964 году стал депутатом парламента от ОМНО.

В 1969 году он опубликовал открытое письмо с жесткой критикой в адрес действующего премьер-министра страны Тенку Абдул Рахмана Путры за недостаточное внимание к жизненным нуждам коренного населения Малайзии. В результате был исключен из ОМНО и выведен из парламента.

Тогда Махатхир пишет книгу «Малайская дилемма», в которой излагает свои взгляды на развитие страны и малайского народа.

Книга резко осуждается консервативной верхушкой, и на нее налагается запрет. Однако молодое поколение ОМНО горячо воспринимает его идеи и приглашает Махатхира заново вступить в партию. В 1972 году он принимает это приглашение.

В 1974 году он вновь становится членом парламента, а также членом правительства в качестве министра образования. В 1976 году он уже заместитель председателя ОМНО и заместитель премьер-министра.

В связи с болезнью премьер-министр Датук Хуссейн Они в июле 1981 года ушел в отставку, и Махатхир бин Мохамад стал четвертым в истории Малайзии премьер-министром.

В Малайзии его почтительно называют Доктор М или просто зовут по имени – Махатхир, что, как и у нас в Казахстане, считается почетным.

Достигнув высшей власти, он сразу же приступил к реализации своей сокровенной идеи – превращению Малайзии в высокоразвитое и высокотехнологичное государство с независимой внешней политикой. С этой целью он внес новое дыхание в Новую экономическую политику (1971–1990), которую рассматривал как первую ступень развития. Разработал и осуществил вторую ступень – Национальную политику развития. И запустил третью ступень – Стратегическую программу на перспективу «Видение-2020».

Он стал решительным борцом за права коренного народа – малайцев, поэтому в его правительстве стали доминировать именно они.

Махатхир прекрасно понимал, что без решения малайского вопроса, без повышения роли малайцев в экономических и социальных структурах ни о какой стабильности, а тем более процветании Малайзии не может быть и речи.

Но для этого необходимо привить местному населению современные навыки труда и создать соответствующие условия. Махатхир начал с прямого обращения к представителям «бумипутра». Он сказал, что если они хотят завоевать себе место под солнцем, то должны упорно учиться и много трудиться, им надо избавиться от пассивности, научиться ценить деньги, собственность и время. И закончил общим призывом: «Малайзийцы могут и должны добиться всего того, чего добились другие нации!»