Поиск
«Как жизнь щедра!..»
Как жизнь щедра!
Но щедрость эту
Мы не используем порой.
Опять ромашковое лето
Без нас созрело за рекой.
Опять заречная тропинка
Травой колючей поросла.
Опять знакомая осинка
Меня напрасно прождала.
Мне утро,
Радугу рисуя,
Махнуло кистью дождевой.
Но заблудился не в лесу я,
В толпе шумливой, городской.
Окно зашторив от рассвета,
Смотрю я черно-белый сон.
А где-то рядом зреет лето,
Плывет кузнечиковый звон.
СОЛОВЕЙ В СВЕРДЛОВСКЕ
Сквозь шторы
Зари полоски
Врезаются в спящий дом.
Поет соловей в Свердловске,
Поет под твоим окном.
Замолкли другие птицы
В предутренней тишине.
Ты думаешь:
Песня снится
В цветном
Озвученном сне?
Сидит соловей на ветках
Повыше соседних птах.
Гостят соловьи так редко
В промышленных городах.
Но дымной облачной давке
Не скрыть зоревых лучей.
Опять
по моей заявке
Поет тебе соловей.
Спорхнул соловей с березки,
Видать, торопят дела…
Нам пел соловей в Свердловске,
А ты его проспала.
ЛЕТНОЕ НЕБО
Вот опять винты вертолетные
Поднимают вокруг пургу.
Небо ясное,
Небо летное,
И остаться я не могу.
Сотни раз вылетал я «Анами»,
Поднимался в «Илах» и «Ту».
Был изрыт неземными ямами
Путь в морозную высоту.
Но хожу до седин в мечтателях,
Что сулятся достать звезду.
Словно летчики-испытатели,
Я испытываю судьбу.
И гудят сильней расстояния,
И бежит болотная гладь.
Не писал я тебе завещание,
Просто нечего завещать,
Кроме хмурой тайги немереной
Да нетающей высоты.
Но другого меня, уверен я,
Полюбить не смогла бы ты…
И опять винты вертолетные
Поднимают вокруг пургу.
Небо ясное,
Небо летное,
И остаться я не могу.
«Стрелки лезут упрямо за полночь…»
Стрелки лезут
упрямо
за полночь,
Но всю ночь
по заре мы плывем.
Заполярные летние волны
Золотым отлипают огнем.
Тот огонь под винтами клокочет,
Обожжешься —
Лишь брызги задень.
Ах, вы, белые, белые ночи,
Превращенные в солнечный день!
И запомнить мне хочется это,
Чтоб навечно остались со мной —
День
длиною в полярное лето,
Ночь
в полярную зиму длиной.
Не забыл я о Севере прежнем,
Что в метель пеленал
Глыбы скал.
Даже Север становится нежным.
Где ж я нежность свою растерял?
Как вы трепетны, светлые краски!
Если б только ты рядом была,
То слова в себе,
Полные ласки,
Ночью солнечной
Сразу нашла!
Я спешу в безотчетной тревоге
Оглянуться опять и опять.
На ухабах таежной дороги,
Видно, нежность боюсь расплескать.
Стрелки лезут упрямо
за полночь,
Но к заре
по заре
мы плывем.
Заполярные летние волны
Отливают неярким огнем.
ТАНЦПЛОЩАДКА
Первым качканарцам
Танцплощадку у белой березки
В день один
Настелил Качканар.
Словно пели смолистые доски
Под ногами танцующих пар.
Каждый молод,
Но старый-престарый,
Вальс известный —
Не шейк и не твист! —
Под брезентовый плеск Качканара
Вдохновенно играл гармонист.
Кто задорно,
А кто осторожно —
Закружили ребята подруг.
Было сладко и было тревожно
От мужских обнимающих рук.
И была танцплощадка наградой
За ударные темпы труда,
И сюда приносили вы радость,
И беду приносили сюда.
Облака комариного роя,
Если ты не один,
Не страшны,
Танцевали земные герои,
По-земному светлы и грешны.
А вдали огонек папироски
Все кого-то манил без конца.
…Танцплощадку у белой березки
Заменяют ли залы Дворца!
ОСЕНЬЮ
У нас так много в городе сирени!
Вам нравится,
когда она цветет?
А я люблю сирень
порой осенней,
Когда уже зиме пришел черед.
Когда бросает клен или береза
Дырявую
безлиственную тень.
Но листья,
обожженные морозом,
Не отдает упрямая сирень.
Вокруг земля ночами —
в снежной пене,
Крепчает ветер:
— Листья оборву!
Мне все казалось:
Нет нежней сирени,
Но дольше всех
Хранит она листву.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: