— Итак, капитан, расскажите о своем флоте. Который на севере, — добавил он, когда Ник приподнял брови. — О могучем флоте пиратов, к которому мы плывем.

— Макака, — из люка вышел Максл, позавтракав позже других. Он подошел ближе. — Почему ты беспокоишь нашего капитана своими вопросами?

От угрозы в голосе лед из тона Макаки не пропал.

— Я не верю, что наш капитан этим обеспокоен, Максл, — ответил он невинно. — Да, капитан? Мне просто было интересно, с каким могучим флотом мы объединимся. И почему тогда вы тут, капитан, в Проливе мертвеца? Тут мало сокровищ. Почему же вы так далеко от своей могучей армады?

Очевидно, что Макака хотел посеять раздор в рядах, как мог. Хоть он не перевел Урсо и Квиандро, было ясно, что два пирата знали тон Макаки, потому что просто страдальчески переглянулись и опустили головы над своей работой.

— Скажи, Макака, какое тебе дело? — спросил Ник. Его уверенность рядом с Макслом всегда росла.

Макака фыркнул.

— Конечно, мне есть дело. Я хочу знать, с чем связался.

— Я удивлен это слышать, — Ник шире расставил ноги и держал руки за спиной, пока говорил. Дрейк не двигался без цели, и он не давал себе проявлять эмоции, хотя Ник сжимался внутри от вопросов Макаки. — Потому что мой помощник говорит, Макака, что тревога тебе не присуща. Хм? Можно переживать за свои дела. За свои манеры. За свой… — Ник фыркнул, словно уловил гадкий запах, — внешний вид. Если бы ты больше переживал за что-нибудь из этого — а то и за все сразу — я мог бы увидеть улучшения, которые ожидаю от своих моряков.

— Выпрямись, — рявкнул Максл и ударил Макаку, чтобы исправить его позу. Он добавил удар по голове, чтобы сбить грязную широкополую шляпу пирата на палубу. — Выражай хоть немного уважения!

— Простите, — Макака звучал искренне смущенно, хотя бы жалел, что открыл глупо рот. Его глаза говорили о другом. Ник боялся ненависти в них. — Простите, капитан.

Ник шагнул вперед.

— Знаешь, Макака, — тихо сказал он, — если не хочешь продолжать со своими товарищами, можешь остаться в Галлине. Тебе не нужно говорить. Просто собери вещи и уходи.

— Капитан! — крикнула Чудо-ребенок из вороньего гнезда, пронзая воплем воздух. Она вернула почти весь голос, хотя еще порой звучала хрипло.

— Я слышу, — ответил Макака Нику.

Он все еще дулся, но Ник хотел убедиться, что пират его понял.

— Я не буду против, если ты пропадешь.

— Он понимает, капитан.

Максл коснулся его руки и попытался оттянуть Ника, но он зашел слишком далеко как Дрейк.

— Вообще-то, — прошипел он на ухо мужчине, — я был бы рад тебя не видеть, Макака.

— Капитан! — уже не Максл, а Чудо-ребенок заставила Ника обернуться. Как акробат, она спустилась ловко по веревочной лестнице, закружилась, держась за мачту, сделала тройное сальто и оказалась рядом с Ником. Раньше такое выступление вызвало бы аплодисменты зрителей. Но только Урсо захлопал, просияв, пока Макака не пронзил его взглядом, заставив вернуться к работе. Чудо-ребенок протянула подзорную трубу, которую использовала сама. — Думаю, вы хотите это увидеть.

Ник замешкался. Звучало жутко.

— Да? — когда Чудо-ребенок указала на северо-восток в сторону, куда они плыли, Ник прошел к перилам борта. В подзорную трубу он смотрел, зажмурив глаз, чтобы видеть в грязную линзу. Он разглядывал горизонт, искал то, что заметила актриса. — Хорошо, — он охнул, уловив то, что должен был увидеть.

— Что? — Максл смотрел в ту же сторону, но не мог сам разглядеть без помощи. Ник отдал трубу Макслу, ждал, пока тот посмотрит, а потом указал. — Мы не одни, — прошептал он.

Максл не сразу смог настроить трубу и увидеть то, что заметил Ник. Он выругался под нос и отдал инструмент.

— Блокада, — напряженно сказал он.

— Мы близко к суше? — синьора Артуро вышла на палубу, пыхтя от подъема по лестнице. Только они с Пульчинеллой не сменили платья на мужские штаны, и ей приходилось собирать юбку рукой, чтобы не упасть. Но она постаралась иглой и нитью, и ее костюм все же напоминал морской. — Надеюсь. Скажи, что это так, милый мальчик.

— Блокада? — Джакопо Коломбо работал на корме и пришел на шум.

— Блокада! — синьора Артуро схватилась за грудь, закричала и посмотрела в беззвучной молитве на небеса.

Шум вызвал еще нескольких из экипажа, включая Дарси. Что бы она ни делала под палубой, ее лицо было в саже. Она поднялась по лестнице, удивленно моргая, посмотрела на отца, потом на Ника для объяснений. Ник прижал подзорную трубу к глазу еще раз. Когда он посмотрел в первый раз, он увидел только два корабля вдали. Теперь он видел больше — четыре, шесть, восемь, может, двенадцать кораблей на горизонте. Знания Ника о кораблях можно было написать на пакетике чая, ему корабли казались одинаковыми, с тремя мачтами и зловещими пушками на борту.

— Это военные корабли, — сообщил Ник.

— Паруса видно? — спросил Максл, перебирая пальцами, словно сам хотел взять трубу. — Что на них?

Ник прищурился, чтобы разглядеть.

— Цветок, — сказал он, увидев силуэт на парусе. Небольшой корабль плыл туда-сюда перед длинным рядом других кораблей, будто патрулировал воды. — Ирис.

— Герб Ириса, — сказал Джакопо без эмоций, — это национальный символ Пэйс Д’Азур, — Дарси невольно зашипела.

В спокойные полтора дня Ник почти забыл о знакомом страхе — покалывании на спине, дрожи, жаре под руками и стуке сердца, мешающем дышать, словно он забывал, как это делать. Все это вернулось. Он не был рад. Но его ответа ждал экипаж.

— Что ж, — он изогнул губы, стараясь изобразить ироничную улыбку. — Мои старые друзья из Пэйс Д’Азур. Какая радость.

Он отдал трубу Макслу, который снова посмотрел с ней на горизонт.

— Вот, что я вижу, — сообщил он радостно. Он опустил подзорную трубу и схватил Дарси за ладони, поднял их на уровень лица, пока ее пальцы не соприкоснулись. Как скульптор, он сделал из них полукруг. — Это гавань Галлины, да? — он стал пальцами пронзать воздух между запястьями Дарси. — Пэйс Д’Азур ставит корабли, чтобы управлять городом. Но, — добавил он после мига колебаний, — это не выглядит как осада. Другие корабли выплывают.

— Так они управляют портом, но не мешают, — сказал Ник, обдумывая эту новость.

— Может, они ищут украденные товары, — встревоженно сказал синьор Артуро. «Слезы Корфу» был почти без вещей, когда Ник захватил его. В оловянном горшке была скромная сумма золота, которую Ник и Максл нашли в добыче пиратов. Они, наверное, хотели заработать, продав Артуро в рабство. — Что-нибудь ценное.

— Или кого-то, — сухо сказала Дарси, но Ник заметил, что ее глаза были огромными.

— Да. Ну, — Ник громко заговорил скучающим голосом Дрейка. — Повезло, что нам нечего прятать, да? — он повернулся к Макслу и спросил тише. — Где-то еще можно найти провизию? — мужчина опустил подзорную трубу и покачал головой. — Мы должны остановиться?

— Если мы видим их, — выдохнул Максл ему на ухо, Ник ощущал его щетину, — то они видят нас.

— За работу, — сообщил всем Ник. Дарси все еще смотрела на него с вопросами в глазах, но при всех она их не озвучила. — Милая леди из камбуза, попрошу пройти со мной на минутку, — Ник тут же взял синьору Артуро под руку и отвел ее от Макаки и его товарищей. Она заворковала и склонилась ближе к Нику, пока они не отошли подальше. Он заговорил как Ник, а не как Дрейк. — Мне нужно, чтобы вы без вопросов замаскировали старика и девушку. Они должны быть скрыты.

— Но почему? — синьора закрыла рот руками, зная, что проигнорировала просьбу не задавать вопросы.

Было сложно кратко приказывать женщины.

— Госпожа, — сказал он. — Сделайте вид, что это пьеса вашего мужа, что Дарси и Джакопо — Инжиния и старик, отец и дочь, и их преследуют за преступление, которого они не совершали, — Ник не дал Артуро информации о Коломбо. Для них пара была просто беглецами, которых Ник спас в бою. Может, он немного приукрасил, но синьора слушала внимательно, увлеченная историей. — Вы — Занна, дочь Муро, Госпожа охоты, пришли к ним в час беды. Что вы сделаете?

— О, я скрою их по правилам охоты! — синьора уже вжилась в роль. — Я нарядилась во что-нибудь красивое и белое с высоким воротником, который обрамлял бы мое лицо в свете рамы. Она — звезда шоу, Занна, да? И, конечно, я была бы такой красивой, что их гадкий преследователь забыл бы об охоте, я соблазнила бы его женскими чарами. Он не заподозрил бы ничего, ведь я и лесные звери скрыли бы пару под ветками и листьями, а моя красивая песня усыпила бы их, — она так хорошо представила видение в голове, что вздохнула, очарованная.

— Да-а, — Ник вмешался, пока она не отвлеклась. — Но вы будете в своем костюме пиратши, и вы на корабле, где нет веток и листьев или лесных зверей. И, прошу, не пойте. Можете?

Синьора Артуро фыркнула.

— Могу ли я! Конечно, могу. Хотя нужна опытная актриса, чтобы передать сложность персонажа Занны. Она не из мира людей. Дрожащее сердце скрыто в бесстрастном теле полубогини… — пока его госпожа описывала роль, Ник повернулся. Джакопо и Дарси смотрели на море в сторону блокады. Он помахал им подойти, пока вел Синьору к люку. — Какой хороший сюжет. Нужно сказать Арманду сочинить новую пьесу, когда мы вернемся, — говорила она, когда Коломбо подошли к ним. — «Воля Занны: трагедия в трех актах». Нет, в пяти. Трех не хватит, — она улыбнулась, взяла Джакопо за руку. — Идем, белочка, — сказала она ему и обратилась к Дарси. — И ты, орешек. Занна вас заберет.

Дарси посмотрела на Ника со смятением и ужасом, когда ее потянули под палубу. Он шагнул к люку, опустился рядом перед тем, как она спустилась.

— Все будет хорошо, — сказал он ей и Джакопо. — Просто слушайтесь синьоры. Вы мне доверяете?

— Конечно, — сказал Джакопо.

Дарси не была убеждена. Она спускалась последней, прикусила губу и кивнула.

— Делай, что должен, — шепнула она, спустившись.

— Идемте. Скорее. Времени мало, — сказала синьора, уводя их дальше. Ник выпрямился и вздохнул, не ощущая себя нахально, как должен был. Может, Дрейк не зря презирал мир. Забота о людях вела только к тревоге и усталости.