Когнитивные ожидания способны меняться в связи с разочаровани-

ем, они мотивируют к обучению,- поэтому и назваются когнитивными, а

не просто «ориентированными на факты». Нормативные же ожидания

должны оставаться неизменными - они обладают механизмом символи-

ческой нейтрализации, защиты от риска разочарования. Им всегда гаран-

тирован «успех»: «Нормы суть контрфактически стабилизированные ожи-

дания поведения. Их смысл имплицирует безусловность значения по-

стольку, поскольку они переживаются и институционализируются незави-

367 Luhmann N. Rechtssoziologie, Opladen, 1980. C. 38.

368 Там же. С. 38.

208

симо от фактического исполнения или неисполнения норм. Символ «дол-

женствование» выражает в первую очередь ожидание подобного контр-

фактического значения, причем под вопрос не ставится качество ожида-

ний».369 Различение бытия и долженствования, истины и права не явля-

ются заданными – это достижения социальной эволюции, резюмирует Лу-

ман.

Санкция есть способ реабилитации неисполненных ожиданий, когда

исчерпаны возможности самоутверждения ожидания: «Разочарованный

штрафует того, кто его разочаровал, взглядом, жестами словами или де-

лами, - чтобы побудить его к ожидаемому поведению, или чтобы проде-

монстрировать преодоление разочарования в своих ожиданиях».370 Санк-

ция - наиболее убедительный, но далеко не единственный способ избе-

жания разочарования. Разочарованный может «спасти норму» - проде-

монстрировать ее реализацию другими средствами. Он может проигнори-

ровать разочарование, убеждая себя в случайности или иррелевантности

нарушения нормы, или компенсировать его собственным страданием, ви-

дя в нем искупление нарушения, либо, напротив, оскорблением и скан-

далом, эмоциональными угрозами, «восстанавливающими» значимость

норм. В любом случае разочарованный, если он не хочет отказаться от

своих ожиданий, должен сделать разочарование темой своего поведения

и продемонстрировать дальнейшую действенность ожиданий. Ему требу-

ются объяснения, оправдания, извинения или отговорки - и во многих

случаях этого оказывается достаточно.

Санкция имеет то преимущество, что позволяет наиболее убеди-

тельно документировать для третьих лиц успешное преодоление ожида-

ния. Она может быть повторена или усилена. Санкция легко институцио-

нализируется и обладает наиболее экспрессивной формой преодоления

разочарования: она гарантирует, что такое преодоление останется в си-

ле, позволяет генерализовать принятие решения и поэтому эффективна в

сложных обществах. Только в этом смысле, отмечает Луман, может быть

верным определение права как способа применения санкций.

369 Там же. С. 43.

370 Там же. С. 60.

209

Луман подчеркивает, сколь велико значение нормативных ожида-

ний, защищенных от фактичности, для возникновения комплексности со-

циальной системы. Их контрфактичность позволяет создавать «перепро-

изводство» ожиданий, вариативность и переизбыток возможностей, бла-

годаря которым возникает селективность правообразования. Нормы поз-

воляют создавать собственный системный порядок «независимо» от того, что происходит в реальности. Они обладают свойством заполнять «ды-

ры», дисконтинуальности, обусловленные контингентностью объективных

процессов или отсутствием информации о них. Иначе механизмы двойной

контингентности в обществе никогда не стабилизировались бы в устойчи-

вые социальные структуры.

Впрочем, правообразование и институционализация нормативных

ожиданий предполагают еще и другие важные элементы. Социальные от-

ношения даже в небольших группах базируются не только на ожиданиях, но и на представлениях об ожиданиях окружающих, т.е. ожиданиях ожи-

даниях. Они возможны только тогда, когда каждый предполагает, что все

остальные с ситуацией согласны: «Действующие также ожидают нечто от

ожидающих и без ожидания соответствующих действий от ожидающих не

могут ожидать, какие действия ожидающие ожидают от них».371 При этом

действующие не могут претендовать на постоянное актуальное внимание

и интерес ожидающих. Чтобы актуализировать интерес незаинтересован-

ных лиц, им потребовалось бы подавать экспрессивные сигналы. Поэтому

фоновым режимом всяких действий является не актуальное, а потенци-

альное присутствие и участие в них третьих лиц (в этом и заключается

роль судьи – незаинтересованного третьего). Луман замечает по этому

поводу: «Человек выступает третьим не в специально созданной для это-

го роли - как занимающийся наблюдением наблюдатель, а как тот, кого

возможно получить для совместного актуального сопереживания, соуча-

стия, суждения, содействия, осуждения. Он выступает третьим не в си-

мультанной актуальности своих ожиданий и действий, а в горизонте ожи-

дания тех, кто актуально ориентирован на возможных сопереживаю-

щих».372

371 Там же. С. 60.

372 Там же. С. 66.

210

По тем же причинам (ограниченности актуального внимания) не-

возможно рассчитывать на фактический консенсус и общность убеждений

членов сообщества, в чем некоторые теоретики пытаются искать основа-

ния права. Роль институционализации норм, согласно Луману, заключа-

ется как раз в том, что актуальный консенсус в ожиданиях ожиданий

конкретно не востребуется, а молчаливо – автоматически и фиктивно -

предполагается всеми участниками. Кто желает участвовать в коллектив-

ном предприятии, должен принять предполагаемое всеми определение

ситуации и демонстрировать участие в общем условном консенсусе. «По-

скольку не все могут говорить одновременно, управление выпадает на

долю одного или нескольких участников, которые оказываются в центре

совместного внимания и могут вести свою коммуникацию во всеуслыша-

ние. Вначале может любой протестовать; но никто не может беспрерывно

эксплицитно протестовать против имплицитного».373 Очень скоро проте-

стующий наткнется на границы терпения. Нормативная институционали-

зация заключается не в социальном принуждении, а в обеспечении усло-

вий продолжения социальных интеракций, в распределении рисков и по-

веденческих нагрузок, которые позволяют сохранить и стабилизировать

определенную социальную редукцию и тем самым дают данной норматив-

ной проекции больше шансов, чем другим. Институты гарантируют не-

определенность, анонимность, непредсказуемость и отсутствие вопросов

со стороны релевантных третьих лиц, они опираются на нейтрализацию

возможностей того, что некто третий мог бы ожидать иного.

Для становления права важна также возможность идентификации и

смыслового оформления комплексов ожиданий. Эти комплексы образуют

предметные взаимосвязи, необходимые для возникновения консенсуса

третьих лиц. Поскольку сознание людей закрыто друг для друга, их сов-

местные ожидания возможны только на основе существования в пред-

ставлении единого общезначимого мира. В рамках этого мира образуются

смысловые интенции, доставляющие членам социума общие ориентации

для интеракций, общезначимые представления об ожиданиях. Общезна-

чимые ожидания, как и иные когнитивные образования, образуются пу-

тем абстрагирования и генерализации представлений. Генерализация

373 Там же. С. 68.

211

предполагает, что существуют правила производства типов абстрагиро-

ванных ожиданий, которые могут ранжироваться по степени конкретно-

сти. Если интегрировать и нормировать конкретные ожидания, жизнь

окажется полной разочарований и не поддающейся развитию. Если же