случаев бессмысленного вандализма, рост преступности в богатых, благополучных странах.

210 Липовецки ж. Эра пустоты. Эссе о современном индивидуализме.

М., 2001. С. 172.

Глава XI .

Экологический

императив

236

«…природа уже не может быть понята

без общества, а общество без природы»

У. Бек

Картину глобального кризиса современной цивилизации дополняет глобальный экологический кризис, контуры которого четко

обозначились еще в конце 60­ начале 70 гг. прошлого века. Суть его

можно определить как кульминацию противостояния общества и

природы. Начало этого противостояния было заложено в далекой

древности, вместе с первыми попытками человечества трансформировать и усовершенствовать естественную среду и создать среду

искусственную, надприродную. Тем не менее, на протяжении тысячелетий конфликт проявлялся не часто и имел локальный характер, т.е. затрагивал отдельные общества, но не мир в целом. Человечество еще не отказалось полностью от стратегии, направленной на

интеграцию с природной средой, а техническая база была слишком

несовершенна, чтобы нанести серьезный ущерб биосфере.

Промышленная революция конца XIХ в. изменила ситуацию

в корне. Техническая мощь возросла настолько, что человечество

оказалось способным нанести природе сокрушительный удар. за

два столетия существования индустриальной цивилизации была

уничтожена 1/3 биосферы – биоты, почв, органических запасов в

недрах земли. Конфликт общества и природы превратился, по меткому выражению известного российского экономиста А. И. Неклессы, в своего рода «скрытую войну»211.

И эта «война» придает глобальному цивилизационному кризису иные, гораздо более крупные масштабы, вскрывает его глубинную суть, выводя за рамки чисто социальных проблем, показывает, какого опасного уровня достигло противостояние человечества

основному закону мироздания.

211 Неклесса А.И. «Эколар»: Комплементарная стратегия экологической ориентации развития для Африки и мира // Глобальное сообщество: Картография постсовременного мира. М., 2002. С. 300.

237

1.

ИТОГИ

«БОРЬБЫ»

С ПРИРОДОЙ

Главные, наиболее «грязные» отрасли индустрии (угольная, нефтедобывающая, сталелитейная, химическая и др.) еще в XIХ в.

стали источниками беспрецедентно высокого, токсичного загрязнения окружающей среды. Промышленные отходы начали распространяться по воздуху и воде из индустриальных центров на большие расстояния. И все­таки до ХХ столетия деградация природы

имела локальный характер.

Начиная с последней трети прошлого века она стала трансграничной и системной. Каждая страна вносит свой особый вклад в

создание экологических проблем, которые являются побочными

эффектами ее промышленной деятельности. И вместе с тем каждая

страна испытывает на себе последствия деградации среды, которая

происходит у ближайших соседей или на других континентах. И, наконец, все страны мира, вместе взятые, расплачиваются за деградацию так называемых «ничейных компонентов» природы, которыми пользуются все, ибо они необходимы для жизни, и которыми

никто не может распоряжаться по отдельности. Атмосфера, климатическая система, мировой океан – общее достояние человечества.

И ущерб, нанесенный этим компонентам в какой­либо отдельной

точке земного шара, может иметь совершенно непредсказуемые

последствия для всей планеты.

Список «горячих точек» на «экологическом фронте» становится все длиннее. Ускоряющимися темпами идет сокращение

сельхозугодий. Их стремительно пожирает «зеленая революция»

и бурно развивающаяся урбанизация. По оценкам экспертов

юНЭП, при сохранении нынешних темпов застройки к 2032 г. города и иные поселения захватят еще около 3% земной суши, в том

числе в Азии и Oкеании – более 5%212. Нарастает темп деградации

почв. С 1945 г. во всем мире «испорчено» более 15% пригодных

212 ㌳e State of the Environment: Past, Present, Future? AAAS. Atlas of Population and Environment. 2000. P.2.

238

для сельского хозяйства земель. Это означает, что более 1 млрд. человек могут лишиться средств к существованию213. Стремительно

исчезают многие виды животных и растений, продолжается варварская вырубка лесов, отравление почвы и мирового океана химикатами, иссякают ресурсы пресной воды. Расчеты показывают, что при современном темпе роста населения земли к 2050 г. нехватку воды будут испытывать до 4 млрд. человек, к 2025 г., когда

население достигнет (по среднему сценарию) 7,8 млрд. человек, в

ситуации «водного стресса» окажется 31% человечества. Обычно

за этой статистикой следует печальное упоминание о том, что решение этой проблемы потребует колоссальных технических и финансовых затрат, не уточняя, разумеется, что идти на такие затраты

никто не собирается.

Вспомним также об ограниченности ресурсов основных на

сегодняшний день источников энергии: угля, нефти и газа. По

оценкам специалистов на начало века, при нынешних нормах

потребления извлекаемых мировых запасов угля хватит лет на

100­220, природного газа – на 30­ 57 лет, нефти – на 15­43 года.

Надежды на технический прогресс и качественный прорыв в области освоения новых и альтернативных источников энергии

пока не оправдались, и человечество оказалось перед дилеммой: либо в течение трех­четырех десятилетий найти замену исчерпывающимся ресурсам, либо вымирать от голода, жажды и нехватки

энергии.

Ситуация осложняется тем, что экологический кризис неразрывно связан с целым комплексом демографических проблем. Чем

быстрее растет население, тем больше усиливается загрязнение

природы и увеличивается объем потребления. Ситуация с перенаселением планеты остается весьма тревожной, чтобы не сказать

критической. Эксперты ООН просчитали три основных сценария

демографической динамики до 2150 г. Средний сценарий исходит

из предположения, что в основных регионах планеты к 2050 г.

или несколько позднее фертильность – один из ключевых факторов рождаемости – стабилизируется на уровне воспроизводства.

Сценарий, прямо скажем, маловероятный. И хотя тенденции к

снижению мировой нормы фертильности достаточно очевидны, 213 Глобальная экономическая перспектив. Обзор ГЭП­2000. НьюЙорк 2000. С. 4.

239

переоценивать ее значение не стоит. По расчетам группы С.П. Капицы, критическая развилка, где весьма вероятен зашкаливающий

скачок роста населения, приходится на 2025­2030 гг. Правда, выкладки этой группы подвергаются обоснованной критике специалистов, и все­таки отрицать их полностью нельзя. Речь может идти

лишь о коррекции сроков и масштабов.

Между тем, по оценкам экспертов ООН, потребность человечества в продовольствии растет и к 2050 г. может увеличиться по

сравнению с 1990 г. вдвое, в энергоресурсах – в 2,6 раза, пресной

воде – в 1,5 раза214. Но изуродованная, до предела использованная, оскудевшая природа вряд ли сможет эти потребности удовлетворить. Нехватка продовольствия, которая уже сейчас ощущается достаточно остро в странах «юга», грозит крупными социальными

и политическими потрясениями.

Важнейшим фактором экологического кризиса остается загрязнение атмосферы, хотя остроту этой проблемы в 70­х. гг. прошлого

века удалось некоторым образом смягчить. Оно охватывает относительно локализованные ареалы, но в целом имеет трансграничный характер, а отдельные его виды приобретают планетарные масштабы и ведут к нарушению теплового баланса всей земной экосистемы. Выбросы в атмосферу углекислого газа, метана и окиси азота усиливают парниковый эффект. Тема глобального потепления

так подробно освещается в научной литературе и прессе, что мы ее

касаться не будем. Приведем лишь один прогноз: к 2100 г. средняя

температура земной поверхности в разных широтах может повысится еще от 1, 4 до 5, 8 градусов цельсия со всеми вытекающими