А на пятый день, с самого утра, волк поднялся на дрожащие лапы, обошел каждого, заглянул благодарно в глаза, а Алексею лизнул руку, и нетвердой походкой направился в кусты. Парень хотел было задержать его, мол, слаб еще, но Охотник удержал:

– Пусть идет. И так нянчились с ним, как с дитем малым.

– Он прав, – поддержал его Ратибор. – Волки – вольный народ, гордый, не любят они нежностей да долгих прощаний.

Алексей еще какое-то время смотрел вслед зверю. Стало немного грустно на душе. Привык он к нему, что ли?

– Не горюй, ученик, – подбодрил его Охотник, шутливо ткнув кулаком в плечо. – Не помрет он.

– Нам тоже пора идти, – сказал вдруг Ратибор.

– Как так? – удивился Охотник.

– Ну, ученик же выучился у тебя всему, так?

– Так.

– А раз так – делать нам больше здесь нечего. Спасибо за хлеб-соль, откланяться позволь.

– Ну, коли так, – Охотник метнулся в землянку и выскочил оттуда с большим кабаньим окороком, который прокоптил накануне. – Это вам на дорожку.

– Возьмем, а как же? – степенно сказал Ратибор. – Константин любит дичину.

– Поклон ему от меня земной.

– И поклон передадим. Ну, бывай, что ли?

Они обнялись с Охотником три раза, поклонились друг дружке. Потом наступил черед Алексея. Охотник так же, как и Ратибора, обнял его, поклонился, хотел что-то сказать, но вместо этого только рукой махнул. Алексей, взлетая вслед за Ратибором, видел, как отошел к землянке Охотник, глядя себе под ноги, как долго бежала по лесу серая тень, провожая две летящие фигуры. На всякий случай Алексей провел рукой по карманам, проверяя, на месте ли подарок Ярославы и Дары Схимника. Все было на месте. Можно было лететь дальше.

– Странное место для жилья выбрал себе Константин, – с недоумением произнес Алексей, опускаясь вслед за Ратибором на кочки. – Разве это жизнь – на болоте, в вечной сырости? Неужели призраки в другом месте не существуют?

– Существуют, конечно, – ответил Ратибор, выбирая следующую кочку, куда и перепрыгнул. Алексей шел четко след в след. – Просто место здесь особенное.

Парень окинул местность непонимающим взглядом. Что может быть необычного на болоте, где не росли даже деревья? Ну, примыкает оно к большому озеру, и то с того? На земле много таких мест, только привидения, насколько Алексей знал из книг и телепередач, водятся в старых домах, замках и крепостях.

– Здесь целый город ушел под воду, – продолжал говорить Ратибор. – Вместе со всеми жителями и живностью домашней. А потом на этом месте образовалось болото. Иногда, в ясную погоду, можно увидеть его отражение в водах озера, а еще услышать перезвоны колоколов.

– Так ты про Китеж рассказываешь? – догадался Алексей.

– Можно и так сказать. Только на каждой планете есть такой город. Там, где Сила была использована не одним человеком, а, как говорится, всем миром, был создан эгрегор желаний.

– Кстати, я до сих пор даже не спросил, почему на Иллюзе, кроме учителей, нет больше людей?

– Когда-то были, да вымерли.

– Как динозавры, что ли?

– Нет, конечно. Жили здесь когда-то гуманоиды, очень, между прочим, похожие на нас, только раса имеет свойство стареть, вырождаться. Иллюз был обособленным местом. В свое время он властвовал над этим районом Вселенной, был сильным и могущественным, но вдруг что-то здесь произошло непонятное до сих пор. Люди деградировали, перестали путешествовать космосом, добровольно отказались от всех знаний, скатились до первобытного образа жизни, а после и вовсе вымерли, не оставив после себя ничего, даже руин. Константин когда-то давно обнаружил на болоте призрачный город, здесь и поселился. Интересно ему, видишь, с призраками местными общаться. Только не спрашивай, как он их нашел, не знаю. А вот, кстати, и он. Привет тебе, хозяин призрачного города!

Ратибор помахал рукой сгустку тумана, появившегося из ничего. Алексей только пожал плечами, наблюдая за происходящим. Мелькнула мысль: может, Ратибор газов болотных надышался, от того и глючит его. Но мысль развеялась вместе с туманом, из которого всплыла над болотом человеческая фигура, закутанная в плащ с капюшоном. Она приблизилась к Ратибору на расстояние вытянутой руки, капюшон откинулся на спину, открывая морщинистое лицо с живыми глазами, обрамленное седыми длинными волосами. Кожа незнакомца была бледной, как и туман, из которого он вышел.

– Хамишь, как всегда, – сказал неожиданно молодым голосом Константин, пожимая руку Ратибору. – Все вы такие, пока молоды. Не уважаете старость, думаете, что вас минует сия чаша.

– Даже не думал, Константин, – весело оправдывался Ратибор. – Видишь, ученика вот к тебе привел, уважение оказал.

– Ладно, проверим, чего он стоит, твой ученик.

Константин повернулся к гостям спиной, переместился к озеру, и на ходу произнес:

– Здесь лучше не ходить, а лететь, только очень низко над болотом. Мертвых стоит уважить.

Ратибор тут же последовал совету. Алексей тоже оторвался от кочки и заскользил в воздухе на высоте нескольких сантиметров над болотом. Слева и справа начали появляться фонтаны тумана, превращающиеся в фантомы людей. Они кланялись Константину, тот отвечал им степенным кивком головы. Со стороны это, наверное, очень интересно смотрелось бы, будь в этом месте наблюдатель: призраки кланяются живым, а те, в свою очередь, отвечают им. Алексей попытался выстроить временное поле, но у него, почему-то, этого не вышло.

– Даже не пытайтесь, – посоветовал Константин, едва повернув к ученику голову. – Призраки принадлежат иному миру, так что фокусы со временем здесь бессильны.

Алексею стало неловко, словно его уличили в чем-то неприличном. Так, в молчании отвечая на поклоны встречных призраков, они добрались до берега озера. Только теперь Алексей увидел небольшой каменный дом, высеченный прямо в небольшой скале и похожий больше на храм, чем на дом. Вот почему он не видел его издали.

Константин жестом предложил гостям следовать за ним, сам вошел первым.

В доме было тепло и уютно. Из прихожей они попали в гостиную, в которой горел камин, стоял каменный стол, высеченный из скальной породы, возле него – несколько стульев, добротных, деревянных. На стенах висели полки с книгами и свитками, а также несколько икон с лампадами, незажженные факелы. Изваяния разных богов, в том числе и неизвестных, были расставлены в каком-то своем, непонятном, но гармоничном порядке. Внутренним взором Алексей видел коридор, но закрытая дверь не позволяла заглянуть в него. А еще в глаза бросалось большое матовое зеркало у камина. Сомнений в том, почему оно матовое, у него не возникло.

Стол был накрыт на три персоны, в блюдах, горшках и тарелках исходили паром каши, жаркое, радовала глаз нарезанная зелень, сыры, а в хрустальном графине переливалось рубином вино. Света от камина было вполне достаточно, чтобы не зажигать ни свечи, ни факелы.

– Прошу, – хозяин первым сел в свое кресло.

– А мы вот с гостинцем к тебе, – Ратибор положил на стол окорок. – Охотник, между прочим, расстарался. Поклон тебе передавал.

– И ему поклон, – Константин даже слегка склонил голову. – За подарок – отдельное спасибо. Ты давай мясо нарезай, пока я вино разолью.

Но к графину он даже не притронулся. Сосуд самостоятельно поднялся в воздух, облетел все бокалы, наполняя их, а потом вернулся на прежнее место.

– Несправедливо это, – вздохнул Ратибор, нарезая мясо. – Кто-то должен ручками трудиться, а кому-то полтергейст помогает.

– Каждому свое, – философски ответил Константин, поднимая свой бокал. – За это и выпьем.

Алексей отпил из своего бокала. Вино оказалось превосходным, легким, с приятным букетом и прекрасным послевкусием. Хотелось пить его, как воду.

– Злоупотреблять не рекомендую, – Константин пристально посмотрел на ученика, словно читая его мысли. – Вино обманчивое, пьется легко, но бьет и по голове, и по ногам.

– Откуда здесь такой прекрасный напиток? – спросил Алексей, разглядывая свой бокал в свете камина.