— Конечно владеешь. Ты Страж. Твоя магия просто нуждается в высвобождении, вот и все.

— Ладно. Но не будет ведь никакого давления, не так ли? Это не означает, что я такая одна и судьба Вселенной лежит на ладони моей руки или нечто подобное.

Он не давит? Так. Соберись, Джиа. Дыши. Дыши.

— Ну, насколько ты знаешь. Ты, вероятно, единственная в своем роде, — серьезно произнес он.

Пока я рассматривала его лицо, у меня в животе всё перевернулось.

— Ты издеваешься надо мной?

Улыбка коснулась его глаз.

— На самом деле я шучу. Я думаю, что нам понадобятся многие, чтобы противостоять тому, что нас ждет, а не только одна ты. Предстоящее будет страшнее, чем любой кошмар, который ты когда-либо видела. И это не остановит Мистика. Он уничтожит не одного человека. Все, кого вы любите, будут в опасности.

Значит, у меня нет выбора.

— Еще кое-что. Брайан Кернс мой отец, так что я бы предпочла, чтобы вы относились ко мне как к студенту, а не дочери. — Я могла бы поклясться, что заметила боль в его глазах, однако, на его лице все еще оставалась улыбка.

— Договорились. Тем не менее, ты, возможно, будешь жалеть об этих рамках. Я строгий учитель, в отличие от того какой отец.

Зазвонили колокольчики, и бабушка подбежала к столу.

— Я добыла их.

Керриг встал.

— Тогда мы можем отправиться в путь?

Я повернулась к бабушке.

— Ты тоже?

— Я бы не за что не бросила тебя, дорогая. — Ее глаза излучали тепло, когда она улыбалась. — Мне жаль, Джиа, я ненавидела лгать тебе. Я верила в то, что защищаю тебя.

Я проглотила эмоции, застрявшие в моем горле. Она всегда была всем для меня. Всегда давала мне поддержку, когда это было необходимо. В любой ситуации. Всегда.

Я не была уверена, что готова простить ее, но я понимала ее поступок.

— Я знаю это, — сказала я дрожащим голосом. — Я люблю тебя, бабушка.

— И я люблю тебя, — сказала она.

Она не говорила мне потому, что я была маленькой. Это означало, что сейчас я готова более чем раньше. Я думала об этом, когда мы направлялись в Атенеум. Тьма нависала надо мной, словно смерть, ожидающая жертву, неизвестность скреблась по моим нервам.