Он родился со злой душой.

— Боже мой, сколько же ему лет?

Демос нервно теребил меч.

— В наших учебниках говорится, что Конемару на момент смерти Агност было за тридцать, так что я предполагаю, что он приближается к отметке в сто пятьдесят… средний возраст для чародея.

— Разве Джан не написал что-то своей кровью перед смертью? — спросил Арик.

— Он написал Libero il Tesoro, — ответила Шинед.

— Освободи сокровище, — перевела я. — Так называется это стихотворение.

Над нашими головами раздался громкий треск.

Когда фреска ожила, по потолку ударила молния. Пронзительно закричала птица, заржала лошадь. Мальчик, державший лошадь под уздцы, дунул в рог. Легкий ветерок, коснувшийся моего лица, принес сладкий запах травы и пряный аромат цветов.

Женщина-воин на картине встала и спрыгнула с потолка на пол. Ее юбка взметнулась в воздух парашютом из мягкого персика. Она была похожа на амазонку — высокая женщина-воин. Шлем и нагрудник на ней, были такими же золотыми, как и ее кожа.

Женщина протянула свой меч Шинед, и та без колебаний приняла его. Затем женщина снова вскочила и оказалась в картине. Ветер стих, молнии замерли, и женщина, лошадь, мальчик и птица замерли на своих местах внутри фрески.

Никто не пошевелился и не издал ни звука. Прошло несколько сумбурных минут, прежде чем кто-то пошевелился.

— У нас есть Чиави. — Шинед протянула меч Арику. — Он должен быть на попечении нашего лидера.

Арик схватил меч.

Коридор взорвался торжеством. Всех, кроме Бастьена, который что-то шепнул одному из своих Стражей. Лицо парня посуровело.

Лея остановилась посреди торжества.

— Что здесь происходит? Откуда Джиа знает, где найти Чиави?

У меня перехватило горло. Да и что я могла сказать? Мрачное выражение лица Арика не заставило меня почувствовать себя лучше.

Арик откашлялся.

— Джиа — дочь двух Стражей.

Коллективный вздох эхом отразился от стен.

— Я знала, что она опасна, — выплюнула Лея.

— Ты хочешь сказать, что мы находимся в конце времен? — голос Каила стал хриплым.

Страж Бастьена бочком подобрался ко мне с обнаженным мечом, словно защищая.

— Никто ее не тронет, — предупредил Бастьен.

Арик сердито шагнул к Бастьену, положив руку на рукоять меча.

— Зачем нам вредить ей?

Моя грудь сжалась, когда я посмотрела на Стражей… не попытается ли один из них причинить мне боль?

«Никому не доверяй», — прозвенело у меня в голове голос.

Шинед шагнула в середину группы.

— Ее рождение, возможно, и привело события в движение, чтобы вызвать конец миров, какими мы их знаем, но это не значит, что она станет причиной разрушения. Вы все дали клятву защищать невинных людей. Несмотря ни на что. Джиа — невинная девочка. Она — одна из вас. Ты не можешь повернуться к ней спиной. Я чувствую все эмоции в этой комнате, и некоторые из них меня удивляют. — Она многозначительно посмотрела на Лею. — То, что я чувствую от Джиа — это ее желание поступать правильно.

— Я с тобой, Джиа, — сказал Демос.

Я улыбнулась ему, и мои мышцы немного расслабились.

— Я никогда не позволю тебе потеряться, — добавил Каил.

— Спасибо, — прошептала я, вспомнив, как мы ехали в такси, когда я сказала ему, что боюсь потерять себя. Я проглотила накопившиеся в горле эмоции, пытаясь сдержать их.

Лея фыркнула, не говоря ни слова, пока осматривала раны Каила. Я хотела быть, где угодно, но только не в одном месте с ней. Ее холодность ко мне могла бы заморозить целый океан.

Арик подошел, наклонился и понизил голос.

— Следуй за мной. Мне нужно поговорить с тобой наедине.

Это прозвучало как приказ, поэтому я скрестила руки на груди.

— Не надо мной командовать, как другими. Помни, что я еще не Страж.

— Ты что, совсем спятила?

Мне нравилось, как его сильные брови сходились над темными глазами, когда он в чем-то не был уверен.

— И что это должно означать? Говори уже по-английски.

— Я живу в Англии. Я говорю по-английски, — сказал он. — Ты что, с ума сошла?

Я удивленно подняла бровь.

— Пожалуйста, следуй за мной. Разве так лучше?

— Гораздо лучше, спасибо.

Я побрела за ним по длинному коридору, вдоль стен которого тянулись бесконечные ряды вешалок для одежды. Должно быть, именно там сенаторы оставляли свои пальто и вещи, когда посещали библиотеку.

— Что же это такое? — спросила я, когда мы скрылись из виду от остальных.

— Убери меч.

— Зачем?

— Я хочу заменить Чиави твоим мечом. Никто не видел твой или Чиави вблизи. Они даже не заметят разницы. Это единственный способ сохранить его в безопасности.

— Ладно.

Он взял мой меч и протянул мне Чиави. Я сунула его в ножны и провела пальцем по золотой рукояти. Острая боль пронзила мою грудину. Я ахнула. Моя рука взлетела к груди, и теплая жидкость залила пальцы. Я пошатнулась и упала в объятия Арика.

Арик убрал мою руку с груди.

— У тебя кровь идет. — Он отстранился, осматривая мою рану.

— Кажется, кто-то меня подстрелил, — пробормотала я ему в плечо. Я уткнулась подбородком в шею, пытаясь разглядеть рану. Мой шрам кровоточил. Я провела по окровавленной отметине кончиками пальцев.

— Здесь нет никакой раны. — Арик сделал паузу. — Думаю, твоя кровь зовет тебя.

— Что, черт возьми, ты хочешь этим сказать? — я задыхалась, более чем немного испуганная.

— Призвание используется для общения с духовными провидцам. Они — провидцы, которые умерли. — Он потер подбородок. — Обычно провидец режет себя и использует свою кровь с помощью хрустального шара, чтобы получить видение от духа, но ты не провидец. Так что оно должно было прийти с другой стороны.

— Ты хочешь сказать, что призрак заставил меня истекать кровью?

— Да, я тоже так думаю. Я слышал о духовных провидцах, пытающихся общаться с другой стороны через носовые кровотечения, кровавые слезы и тому подобное. Возможно, тебе стоит попробовать сделать с ним шар правды.

— Это просто безумие.

Он резко выдохнул воздух.

— А ты не могла бы попробовать?

— Ладно. — Я размазала кровь по ладони. — А о чем спросить?

— Может быть, тебе стоит спросить его, чего он хочет?

Я нахмурилась, глядя на него.

— Ты же знаешь, что это жутко, да?

Он кивнул.

— Но просто сделай это.

Моя рука дернулась, когда я создала шар правды. Серебряная сфера изо всех сил пыталась сформироваться в моей руке. Боль пронзила мозг, и я вздрогнула.

— В чем дело?

— Наверное, это просто побочный эффект от использования шаров. — Боль утихла, и шар стал балансировать на моей ладони. — Что бы ты хотел мне показать? — спросила я.

Я ахнула, когда форма шара изменилась. Она превратилась в серебряные песочные часы, затем нижняя половина разделилась, будто ноги, а верхняя стала руками и головой. Когда процесс был завершен, на моей ладони появилось красивое серебряное изображение обнаженной женщины. Ее волосы длиной до бедер ниспадали на переднюю часть тела.

— Для меня большая честь предстать перед тем, кого предвещала Агност, — сказала женщина таким тоном, словно говорила через жестяную банку. — Я — Агнес, дух найденного Чиави. До тех пор, пока все Чиави не будут восстановлены, этот будет служить тебе. Этот меч — разрушитель всех мечей. Да будет тебе хорошо, наследник Седьмого Чародея.

Серебряное тело Агнес истончалось и вытягивалось, пока не превратилось в полосу серебристого дыма и не рассеялось.

— А вот этого я никогда раньше не видел, — сказал Арик.

— И почему я не паникую? — я опустила дрожащую руку. — Это просто безумие. Это всего лишь сон. Так и должно быть. — Мое дыхание участилось.

Арик взял мое лицо в свои ладони.

— Ты просто паникуешь. Сделай глубокий вдох.

Я судорожно глотнула воздух.

— Мне нужно добраться до Асила и забрать книгу Джана.

— Мы должны добраться до Куве.

— Нет, — запротестовала я. — Ты ничего не понимаешь. Карта находится внутри этой книги. Она лежит на столе в моей комнате.

— Успокойся, — сказал он. — Никто в Асиле не знает, что эта карта есть в твоей книге. Она будет в безопасности, пока мы не вернемся.

— Откуда ты можешь это знать? Конемар попросил показать ему карту. Это прямо на виду у всех. Любой может ее найти.

— Если бы они знали, где она находится, он не стал бы просить тебя об этом. Мы не можем позволить себе потерять союзника. Очень важно, чтобы мы помогли Куве. Ты мне веришь?

— Да, хорошо, — сказала я дрожащим голосом.

— Хорошо. — Он отпустил мое лицо. — Помни, помалкивай насчет обмена мечами.

Я кивнула, приложив ладонь к своей щеке, где только что была его рука.

Когда мы присоединились к остальным, Бастьен встретился со мной взглядом. Его глаза были почти такого же цвета, как синие чернила на белой бумаге. Я рассеянно потерла свой пульсирующий шрам.

— У тебя кровь идет, — сказал он. Нежная забота на его лице лишила меня дара речи. Почему этот парень, казалось, так сильно беспокоился, когда он даже не знал меня?

— Это не ее кровь, — солгал за меня Арик, проходя между нами и закрывая мне вид на Бастьена. — Давайте отправимся в путь.

***

Мы вошли в Куве через потайную дверь за старинным карточным каталогом. Туннель был такой же, как и у Асила — темный, сырой и затхлый. Гольф-кары, привязанные к розеткам в стене, ждали у подножия лестницы.

Я запрыгнула на переднее пассажирское сиденье последнего гольф-кара с Демосом и Шинед. Это было очень тесное место. Если бы я протянула руку, то могла бы коснуться стены, проносящейся мимо.

— Эй, здесь есть место только для одной тележки, — крикнула я, перекрывая рев мотора. — А что будет, если с другой стороны появится еще одна?

— Мы умрем, — крикнул Демос с водительского сиденья, широко улыбаясь.

Я закатила глаза.

— Серьезно?

— Ты видела красные и зеленые огни над туннелем, когда мы вошли? — спросила Шинед с заднего сиденья. — Светофор дает водителю знать, может он проехать или нет.

— О. — А я их и не видела. На следующем повороте я подняла глаза к потолку. Там горели два квадратных фонаря, и, к счастью, зеленый тоже был зажжен.

Кары жужжали почти час, прежде чем туннель привел в широкую пещеру. Мы остановились у другой лестницы и подключили тележки обратно. Узкие ступеньки были скользкими под ногами, поэтому я ухватилась за перила, поднимаясь наверх. Мы вошли в пристройку, точно такую же, как та, что была в Асиле, и прошли через дверь.