«Алик, я уж было боялся, что ты снова бросишь нас в аэропорту, как тогда, в Нью-Йорке…» – с заметным оживлением произнёс Сергей консультанту, сидевшему напротив них с Александром, доедая ланч в небольшом мюнхенском ресторанчике…

«Разве я мог?» – с лёгким наигранным недоумением на лице перепросил Легасов, после чего с широкой улыбкой язвительно добавил – «В этот раз, майор, Вам с Александром придётся, потом и кровью отрабатывать свою заработную плату и оказанное Вам руководством доверие. Впрочем, будем надеяться, что обойдётся без крови…».

Трошин несколько напрягся, не вполне понимая, стоит ли воспринимать только что сказанное консультантом всерьёз, после чего сделав глоток чая, мягко переспросил – «Алик, а что именно нам предстоит делать?».

«Да ничего особенного» – с улыбкой пожал плечами консультант, быстро добавив – «Ваша задача – изображать из себя двух сотрудников российской службы внешней разведки, пасущих беспечного американо-российского миллиардера. В общем, всё как обычно. Майор, конечно, для этой роли несколько простоват и прямолинеен, но, думаю, вы справитесь…».

Подавившись, кусочком роскошно приготовленного бифштекса, заботливо отправленным в этот момент в рот, Мазаев, громко прокашлялся, после чего округлив от боли в горле глаза, хрипло произнёс – «Алик, ты же и вправду не думаешь, что нас приставили к тебе в качестве «топтунов» для сбора информации?».

«И в мыслях не было! Впрочем, как говориться на воре и шапка горит…» – рассмеялся Легасов и, видя обиженные подобным отношением лица коллег, быстро добавил – «Разумеется, я так не думаю – просто в данный момент нужно, чтобы всё выглядело именно так. Поэтому постарайтесь вести себя максимально естественно, медленно следуя за мной и сохраняя определённую дистанцию, но при этом обязательно периодически появляясь на виду – ибо вас должны заметить».

«Зачем?» – с недоумением поинтересовался Александр.

«Было бы странным, если бы в это небольшое европейское турне, российские силовые структуры отпустили бы меня без должной опеки, поэтому это важный элемент декорации. Иными словами, статус того требует…» – мягко улыбнулся Алик, уточнив – «В дополнение к этому, наличие парочки независимых свидетелей, вполне возможно, фиксирующих всё происходящее на аудио и видео – как известно, лучшая гарантия от всевозможных провокаций. И эта гарантия явно не будет лишней, принимая во внимание место работы той незнакомки, с которой сегодня у меня назначено рандеву…».

«Фостер? Элис Фостер?!» – едва веря своим ушам, быстро переспросил Трошин.

Алик широко улыбнулся и, глянув на часы, встал из-за стола, добавив – «Пора, коллеги – мы не вправе заставлять девушку ждать…».

Спустя десять минут молодой человек в элегантном тёмно-синем в костюме с небольшим изящным букетом белоснежных роз вошёл в главные ворота Инглиш Гартен (Englisch Garten). За ним на значительном удалении медленно и молчаливо следовали двое в штатском, лишь изредка перекидывавшиеся между собой парочкой-другой фраз. Пройдя прогулочным шагом по главной аллее, Легасов вышел к небольшому кафе, расположенному в центре парка и, увидев, одиноко сидевшую за столиком юную особу в длинном белом платье, с улыбкой направился к ней…

Девушка, всё это время мечтательно наблюдавшая за игрой музыкантов, расположившихся в парке поблизости, взглянула в его направлении, после чего моментально вскочив с места и, сделав несколько небольших шагов навстречу, остановилась в шаге от молодого человека, робко посмотрев ему в глаза…

«Элис, я… Я рад… Я очень рад тебя видеть…» – с широкой улыбкой на беглом английском тихо произнёс Алик, протягивая ей аккуратный букет, и с упоением смотря в сиявшие счастьем влажные изумрудные глаза девушки…

Элис улыбнулась и, быстро сделав шаг вперёд, обеими руками обняла молодого человека за шею, уткнувшись носом в ворот его белоснежной рубашки, тихо прошептав, сквозь набегавшие слёзы – «Алик, я… Я боялась, что уже больше никогда тебя не увижу… Что же так ты долго?».

«Вся в порядке – я спал. Всего лишь спал и видел сны…» – с улыбкой произнёс Легасов, медленно и осторожно поглаживая струившиеся сквозь пальцы золотистые волосы девушки, мельком взглянув на часы, мигающий красный индикатор которых свидетельствовал о безмерном и бестактном, но вполне ожидаемом и предсказуемом любопытстве Стивенсон…

«Соня…» – с лёгким укором нежно произнесла Элис, чуть слышно добавив – «И что снилось тебе всё это время?».

«Небесная высь – бесконечная голубая небесная высь…» – ответил молодой человек, с лёгкой улыбкой добавив – «И только, мадам, со своими невероятными новыми экзотическими проектами не давала мне там никакого покоя…».

Элис, вытерев слёзы, звонко рассмеялась, прекрасно понимая, что эта тонкая шутка Алика, была, безусловно, адресована Стивенсон, всё это время внимательно слушавшей их разговор…

«Потанцуем?» – с улыбкой спросил молодой человек, услышав знакомые звуки начинавшегося вальса, всё ещё глядя в её глубокие зелёные глаза, словно с момента их последней встречи прошла целая вечность…

«Непременно!» – широко улыбнулась Элис, быстро положив букет роз на столик возле дамской сумочки.

Выйдя на небольшую открытую площадку ближе к музыкантам, Легасов нежно взял руку девушки, и осторожно положив правую руку ей на плечо, медленно сделал первый шаг.

Спустя мгновение они оба закружились в ритмичном движении вальса, притягивая завистливые взгляды зевак и вызывая улыбки прохожих…

«Мир изменился. Изменился совсем. Я же… Я же был слеп…» – тихо произнёс Алик, совершая очередное движение грациозного танца, и, взглянув в сияющие глаза девушки, с грустью продолжил – «Элис, мне страшно – страшно, ибо я не хочу тебя потерять…».

«Значит для меня ещё не всё потеряно…» – широко улыбнулась девушка, мягко добавив в ответ – «Ибо все мы боимся – боимся за тех, кем по-настоящему дорожим…».

Молодой человек кивнул головой и, осторожно подбирая нужные слова, медленно продолжил – «Элис, я хочу, попросить тебя об одном одолжении…».

Девушка с долей интереса и одновременно испуга во взгляде посмотрела на него, нерешительно прошептав – «Всё что угодно…».

«Я хочу, чтобы ты вышла из игры…» – мягко попросил Алик и, сделав очередной поворот, продолжил – «Элис, тебе угрожает опасность – вполне реальная опасность. И в этот раз, когда грянет буря, я уже не смогу ничего изменить…».

«Я знаю…» – со слезами радости на глазах с заметным облегчением произнесла девушка, быстро добавив – «Знаю, но в этот раз я смогу за себя постоять…».

«Элис, я прошу тебя – брось всё. Брось и уезжай со своими родителями как можно дальше…» – продолжил Легасов и, нежно сжимая руку девушки, добавил – «Я помогу – у вас будет всё, что только нужно…».

«Я не могу этого сделать…» – с кроткой улыбкой ответила Фостер, мягко добавив – «Ведь в этом случае я больше не увижу тебя…».

«Увидишь – непременно увидишь…» – понимающе улыбнулся молодой человек, продолжив – «Я обещаю…».

«Алик, неужели и ты, наконец, готов сделать свой окончательный выбор?» – с широкой улыбкой поинтересовалась Элис, грациозно и мягко делая очередной поворот в танце, после чего, увидев неподдельный шок в глазах юноши, с лёгкой иронией в голосе добавила – «Или в твоей классификации я всё ещё прелестный котёнок?».

«Мягкий, пушистый, беспомощный и очень милый…» – припоминая свои собственные слова двухлетней давности, с заметным облегчением улыбнулся Легасов, понимая, что Элис имеет в виду совсем иной выбор. Выбор отличный от того тяжёлого и острого противостояния чувств, раздиравшего его собственное сердце на две половины… Выбора, который рано или поздно ему всё равно предстоит сделать…

Девушка весело рассмеялась, на ходу добавив – «Значит, всё-таки милый? Это уточнение классификации уже радует!».

«Элис, я прошу…» – с улыбкой, но уже чуть серьёзнее произнёс Легасов.

«Я сделаю – сделаю то, о чём ты просишь…» – быстро прошептала девушка, с умилением глядя в зелёные глаза юноши, в которые она смогла бы смотреть бесконечно, мягко продолжив – «Сделаю – но не сразу, ибо и мне нужно время…».