«Я ничего не понимаю…» – ошарашенно покачала головой руководитель группы, вопросительно продолжив – «Алик, если ты, действительно, веришь в то, что эти люди своей деятельностью отделяют страну от хаоса, то тогда какой смысл тебе их останавливать?».

«Потому, что я верю, что каждый должен делать свою работу и делать её эффективно и профессионально. И российские следственные органы в этом ряду вовсе не исключение…» – понимающе кивнул молодой человек, мягко добавив – «Экзорцисты не могут делать за нас нашу работу вечно – и рано или поздно, но кто-то должен будет принять у них эстафету…».

Велисарова отвела взгляд, задумчиво посмотрев в пол, обдумывая очередной вопрос.

«Сейчас мне вовсе неважно верит ли в меня руководство – мне важно то, верите ли в меня все вы – Мазаев, Трошин, Семёнов, Косатин, Александров и Вы, лично Вы, Людмила…» – мягко продолжил Легасов, с улыбкой поинтересовавшись – «Вы со мной?».

«Чёрт возьми, не думала, что скажу что-то подобное…» – вдумчиво произнесла Велисарова, с улыбкой облегчения закончив фразу – «Но, знаешь, я, действительно, рада, что ты вернулся…».

Молодой человек широко улыбнулся и, взглянув на часы, встал со стула со словами – «В этом случае нам пора, если мы не хотим опоздать на первое совещание группы в новом составе…».

«Разумеется…» – с улыбкой одобрительно кивнула Людмила и, выходя из комнаты, несколько нерешительно добавила – «Алик, потом у меня будет к тебе небольшая просьба, несколько выходящая за рамки расследования дела…».

Легасов с улыбкой кивнув головой, с интересом посмотрев на руководителя группы…

(08.05.2013, Лондон, 17–00)

«…Алик, признаться, даже после Вашего откровенного рассказа, мне и самой всё ещё с большим трудом верится, что Вы снова, как и прежде сидите в студии нашего телеканала, любезно давая нам своё очередное интервью…» – произнесла сидевшая за столом аккуратно одетая миловидная девушка, с улыбкой добавив – «И за всё это время Вы нисколько не изменились… Всё это просто потрясает воображение!».

«Джессика, я Вас прекрасно понимаю – можете себе только представить, каково было мне самому, проснувшись в больнице, узнать о безвременной кончине Алика Легасова, произошедшей около полутора лет тому назад…» – рассмеялся сидевший напротив молодой человек, продолжив – «Впрочем, разумеется, я прекрасно понимаю, что это было сделано исключительно ради обеспечения моей личной безопасности. Поэтому со своей стороны, принимая во внимание сложившуюся на тот момент времени острую ситуацию, я даже благодарен американским правоохранительным органам, решившимся на подобный нестандартный шаг, который может показаться кому-весьма то спорным и неочевидным. И, тем не менее, лучшее подтверждение правильности их действий, сейчас сидит в этой студии перед Вами…».

Милтон рассмеялась над удачной шуткой и озвучила очередной вопрос, заранее подготовленный для именитого гостя программы – «Алик, продолжая наш разговор, всех наших телезрителей, безусловно, интересуют не только уже упомянутые Вами намерения по деятельному участию в работе Вашей финансовой империи, но и Ваша активная общественная позиция в отношении российской власти и коррупции. Внесли ли события, связанные с покушением на Вашу жизнь изменения в Ваши планы по дальнейшей работе по данному направлению? Собираетесь ли Вы возобновить свою общественную деятельность в ближайшей перспективе?».

«Джессика, Вы же не думаете, всерьёз, что подобные незначительные проблемы со здоровьем могли кардинально изменить мои общественно-политические взгляды и отношение к России?» – улыбнулся Легасов и, сделав глоток кофе, спокойно продолжил – «Разумеется, я сделал для себя определённые выводы и принял меры для усиления службы личной охраны. В остальном же этот инцидент никак не повлияет на мои дальнейшие планы. Сейчас, как и ранее, я считаю коррупцию одной из основных угроз для экономической безопасности, политической стабильности и суверенитета России. И я, как россиянин, безусловно, намерен сделать всё от меня зависящее в деле борьбы с российской коррупцией, исходя из имеющихся возможностей и средств…».

«Алик, готовы ли Вы снова стать посредником между движением экзорцистов и широкой российской общественностью, понимая все возможные риски данного решения?» – с голливудской улыбкой переспросила девушка, рассудительно продолжив – «И есть ли необходимость в таком участии, принимая во внимание отсутствие подобного посредника в течение последних полутора лет?».

«Я бы обозначил этот вопрос несколько шире, поскольку, дело вовсе не в том, готов ли я лично пойти на риск или нет – как я уже говорил, всё произошедшее полтора года тому назад, не убавило моей готовности помочь своей родине всеми доступными средствами. Вопрос совершенно в другом – готов ли я снова стать посредником исходя из собственных убеждений и, как Вы правильно, отметили, заинтересованы ли сами экзорцисты в наличии подобной фигуры» – поправил ведущую молодой человек, продолжив – «В данный момент я не могу сказать, что разделяю методы их работы. Ибо высокие цели по борьбе с российской коррупцией не являются оправданием для тех крайних средств, которые использует данное движение в своей деятельности. Что же до роли посредника, то, принимая во внимание весьма кардинальные перемены в их деятельности, вполне вероятно, что экзорцисты в последнее время не испытывают особой необходимости в активном взаимодействии с российской общественностью. Вместе с тем, я готов рассмотреть соответствующие предложения со стороны данного движения…».

«Алик, я правильно понимаю, что Вы сами осуждаете экзорцистов за выбранные ими в последнее время методы работы?» – несколько расширив от удивления глаза, поинтересовалась телеведущая.

«Джессика, не совсем так. Со своей стороны я не рискну осуждать людей, борющихся за спасение своей родины от чиновничьего произвола и коррупции, прекрасно понимая, что соответствующим государственным институтам ещё только предстоит в должной мере включиться в процесс противодействия коррупционным проявлениям на территории страны. Что же до методов работы данного движения, то, на мой взгляд, в настоящее время их цели могут быть достигнуты более эффективными и менее болезненными для всего российского общества путями…» – сделав глоток кофе, ответил Легасов, с улыбкой добавив – «Впрочем, это во многом вопрос подхода к оценке ситуации и веры. Экзорцисты, надо полагать, искренне верят, что страна балансирует на краю бездны, и каждый украденный миллиард бюджетных средств толкает Россию в сторону упадка и исторического забвения, что, во всей видимости, и заставляет их прибегать к столь радикальным мерам для исправления ситуации…».

«Алик, а во что верите Вы?» – с интересом переспросила Милтон.

«В силу человеческого интеллекта, который позволит всем нам избежать никому не нужных крайностей, обеспечив стране гарантии политической стабильности и экономического благополучия на долгие годы вперёд…» – с широкой улыбкой ответил молодой человек.

«Мы благодарим нашего гостя за столь откровенный и занимательный диалог. С Вами была Джессика Милтон и до новых встреч!» – с ослепительной улыбкой продекларировала девушка…

С последними словами ведущей, изображение телевизора, стоявшего в кабинете руководителя британской службы разведки, погасло…

Стивенсон, сидевшая возле стола руководителя в изящном деловом костюме, перевела взгляд на Далтона в ожидании продолжения.

«Рейчел, три дня тому назад Вы докладывали мне о нестандартной ситуации, связанной с небольшим секретом наших американских партнёров по нашему общему проекту. Если не ошибаюсь, тогда Вы возлагали определённые надежды на возвращение Легасова в качестве посредника с экзорцистами, что позволило бы нам вновь держать руку пульсе. Сейчас же, после данного интервью и последних действий Легасова я, признаться честно, с трудом понимаю, что вообще происходит с нашим проектом, и в каком направлении мы движемся…» – медленно произнёс пожилой человек в возрасте около 60 лет в стильном чёрном пиджаке с дорогим галстуком, сидевший в кресле за небольшим рабочим столом. Сделав небольшую паузу Далтон продолжил – «Легасов, несмотря на наши ожидания, до настоящего времени так и не вышел с нами на контакт и даже более того, сделал то, чего от него вообще никто не ожидал. Что происходит? Он решил выйти из игры?».