«Даже зависть берёт…» – с улыбкой искренне произнёс Борис, со вздохом устало добавив – «Нам, журналистам, такое даже не снилось – чуть написал, что не так, так сразу или звонок откуда-нибудь сверху в твою редакцию или повестка в суд или люди придут с печальными глазами. Вот и выкручивайся, потом сам как можешь.

Благо ещё что, советские времена с их перегибами в далёком прошлом – когда за случайно брошенное слово или политический анекдот могли ведь и вполне реальный срок дать, хотя, наверное, сейчас нам и до этого уже недолго осталось…».

«Борис Козьмин?» – мягко раздался спокойный голос откуда-то сзади.

Журналист, почувствовав как предательски ёкнуло сердце, медленно повернулся на голос, увидев перед собой двух мужчин среднего возраста, с интересом слушавших их пространный диалог и стоявшего рядом с ними молодого рослого человека крепкого телосложения, лицо которого показалось ему чем-то знакомым.

«Василий Следов, федеральная служба безопасности…» – приветственно кивнул один из незнакомцев, протягивая служебное удостоверение, с улыбкой добавив – «Борис Александрович, Вам придётся проехать с нами…».

Козьмин сильно побледнел в лице и, растерянно покачав головой, дрожащим голосом нерешительно произнёс – «За что меня-то? Мы же просто так обсуждали – вроде, как и не всерьёз совсем… В мыслях даже не было никого критиковать. Да и вообще, знаете, политикой особо не интересуюсь – да и не моя это рубрика вовсе…».

Молодой человек, стоявший рядом с двумя незнакомцами, осознав возникшее недопонимание, кашлянул и, приветственно протянув журналисту руку, с улыбкой представился – «Выходцев Денис, следователь по особо важным делам главного следственного управления по Приморскому краю. Борис Александрович, мы с вами уже встречались по поводу Вашей недавней статьи…».

«Можно увидеть бумаги на его задержание?» – лаконично поинтересовался Паров, дружелюбно добавив – «Полагаю, у вас есть серьёзные основания для подобных сомнительных действий в отношении представителя нашей независимой региональной прессы, не так ли?».

Следов подошёл к сидевшему за столом владельцу небольшой юридической конторы и, холодно улыбнувшись, тихо произнёс на ухо – «Паров, в данный момент Ваш школьный друг подозревается в пособничестве международной террористической организации, осуществившей дерзкий террористический акт в нашем регионе, унёсший жизни двух человек, и ещё целый ряд противоправных действий на территории страны. Полагаю, что задержание его возможного сообщника в Вашем лице вполне вписывается в наши широкие полномочия по данному делу. Вы точно уверены, что оно Вам надо?».

Никита сильно побледнел, после чего медленно отрицательно покачал головой и, с извиняющимся видом взглянув на Козьмина, жалостливо добавил – «Извини, Борис – это дело не мой профиль…».

Журналист растерянно посмотрел на своего школьного приятеля, после чего вконец смирившись со своей участью, в сопровождении троицы, проследовал на выход из заведения…

(12.05.2013, Воронеж, 13–00)

«Двойной экспрессо и миндальный круассан…» – нехотя буркнула подошедшему официанту черноволосая девушка в синих джинсах и лёгкой жилетке, сидевшая за столиком кафе в кампании с молодым худощавым блондином. Дождавшись ухода официанта, девушка сняла солнцезащитные очки, скрывавшие глубокий шрам на лице, и задумчиво переведя взгляд своих серых глаз, куда-то вдаль за окно, медленно произнесла – «Скажи, вот ведь сволочи – столько работы, столько сил ушло на вербовку Боярышева и всё впустую! Я до сих пор не могу понять, как, после всех предпринятых нашими мер безопасности, они вообще смогли на него выйти! Марат, с нашей стороны руководивший службой его личной охраны, разумеется, профессионал и сделал всё, что требовалось согласно статусу чиновника. Все связи и контакты Боярышева полностью контролировались нашими, были сокращено число рабочих встреч и совещаний, в корне изменены маршруты его движения, пересмотрен распорядок дня, изменено место его проживания, исключены визиты в ранее посещаемые места. Я просто не понимаю, где мы могли проколоться!».

«Настя, не принимай всё так близко к сердцу…» – холодно улыбнулся блондин, с интересом рассматривая в окно небольшой ресторан, расположенный на противоположной стороне улицы, развороченные окна второго этажа которого свидетельствовали о прогремевшем накануне взрыве, совершённом неустановленными лицами. Сделав небольшую паузу, Арзамасов мягко продолжил – «Что же до причин данного прискорбного происшествия, то у меня есть одна вполне логичная теория на этот счёт…».

Логинова оторвалась от окна и с заметным интересом посмотрела на Георгия, в ожидании внятного объяснения произошедшего.

«Всё дело в том, что в данном случае наши отнюдь не халатно, а напротив, старательно подошли к вопросу обеспечения безопасности чиновника. Я бы сказал, даже слишком старательно…» – улыбнулся блондин, мягко продолжив – «Стараясь оградить его от любых попыток покушения, Марат со своей командой, сузили набор заведений для проведения губернатором своих личных и деловых встреч до, по сути, единственного ресторана в этом городе, располагающего бронированными окнами. Разумеется, они искренне полагали, что, контроль периметра и входной группы здания автоматически делает данное заведение неприступной крепостью. Впрочем, как показала жизнь, бронированные стёкла спасают только от пуль – никто из наших и представить себе не мог, что экзорцисты решат свою проблему с Боярышевым столь эффектно и просто, воспользовавшись вместо оптической винтовки, самым что ни на есть обычным РПГ из арсенала военных. С минимальными усилиями – максимальный результат, если, разумеется, не считать случайно погибшего при этом взрыве прокурора области…».

«Боже правый… Гриш, но как они вообще узнали о бронированном стекле ресторана?» – с ужасом в голосе поинтересовалась Анастасия, быстро добавив – «Ресторан же не пишет об этом в своём меню! А они будто заранее знали о предпринятых нами мерах безопасности! Я просто не могу в это поверить! Возможно ли, что у нас была утечка информации?!».

«Я полагаю, что никакой утечки не было и всё намного проще…» – успокаивающим тоном произнёс Арзамасов, со слабой улыбкой пояснив – «Вероятнее всего экзорцисты каким-то образом поняли, что чиновник находится под нашей плотной опекой. Возможно, они скрытно «пасли» Боярышева в течение какого-то времени, а может быть, и просто сделали вывод по результатам довольно резкого изменения образа жизни чиновника в последнее время. Затем, понимая, что губернатор, как публичная личность не может полностью отказаться от деловых встреч и контактов, им оставалось только найти наиболее защищённое заведение в городе для подобных посиделок «без галстуков» – ресторан, который они бы выбрали сами, если бы были на месте Марата. И, как видно, они его нашли…».

«Меня пугает то, с какой лёгкостью им удалось убрать Боярышева, которого, мы всё это время тщетно пытались защитить…» – изрядно побледнев, прошептала Логинова, тихо добавив – «Это наш первый крупный провал…».

«С этими ребятами нам явно скучно не будет – это уж точно!» – рассмеялся блондин, с холодной улыбкой добавив – «Вероятно, это, действительно, провал… Вот только наш ли он?».

«Гриш, я не понимаю…» – растерянно покачала головой девушка.

«Егор Филиппович так и не успел внести свой вступительный взнос – мы, в свою очередь, ещё не провели формальную процедуру по его приёму в члены нашего элитного клуба. И, что тоже весьма кстати, ещё не познакомили его ни с кем из существующих членов…» – с улыбкой развёл руками Арзамасов, резонно заключив – «А значит, он ещё не один из нас. И, полагаю, для нашей репутации лучше представить всё именно в этом ключе. Просто ещё один чиновник попытался самостоятельно решить свои проблемы с экзорцистами, отказавшись от благосклонно протянутой руки Легиона, за что и поплатился своей драгоценной жизнью…».

Логинова, глаза которой загорелись огнём, с пониманием широко улыбнулась.