Жена Георгия Галина Аркадьевна рассказывала, что по приглашению НАСА они много ездили по Америке. Кстати, Георгий Степанович хорошо, практически свободно, владел английским. Однажды, на Аляске они вместе оказались на одном пароходе с паломниками. Вдруг Шонин услышал знакомую украинскую песню: «…Ой вы очи, очи дывочи!»

Быстро сбежал вниз на палубу. Оказалось, что это поют ребята из церковного хора. Да так это у них хорошо выходило – мастерским четырехголосьем!

Жора заказал ребятам ящик красного вина. И до утра пел вместе с ними украинские песни. Вот это был для него праздник души!

Рассказывает бывший слушатель-космонавт из первого отряда, военный летчик-испытатель полковник в отставке Анатолий Карташов:

«Где-то году в 1984-м меня хотели досрочно отправить на пенсию, очевидно, моя должность кому-то приглянулась. И ничего нельзя было сделать! Моё командование только руками разводит: звонок свыше, дескать.

Ну, думаю, покажу вам. И первым подвернувшимся «бортом» полетел в Москву. Мой друг Паша Попович, оказалось, где-то в отъезде. Я к Жоре Шонину… Приехал к нему вечером домой. Выставил бутылку водки. Шонин организовал из холодильника нехитрую закуску. И наливает только мне. А себе – минералку. «Ты чё?» – говорю. А он: «Извини, я же лечился от этого дела…»

Так я ту бутылку за вечер сам и опустошил. Но Жора мне потом помог. Позвонил, кому следует, и меня оставили в покое. Безотказным он был человеком. Жаль, рано умер. Сердечко не выдержало всех жизненных перипетий…»

В памяти людей, хорошо его знавших, Георгий олицетворял человека-исследователя-первооткрывателя. Он слыл человеком, способным добиваться высоких целей, оставаясь при этом открытым для друзей, для добрых дел.

Друзья отмечали его отзывчивость, высокие человеческие качества, коллективизм и русский размах души – что в делах, что в праздниках.

Но всё же досадно: далеко не все свои способности сумел реализовать и обидно рано ушёл из жизни. Что-то в жизни не получилось, были трудные ошибки, тяжелые разочарования… Хотя внешне, жизнь Георгия Шонина представляется вполне насыщенной и успешной. Его жизнь продолжается в его детях.

Растут два его сына и две дочери. Самого младшего из сыновей, 1979 года рождения, Георгий назвал Антеем в честь своего космического позывного – «Антей-1».

Говорят, любимые богами умирают рано, и тем избегают предательства людей и своего тела, не способного оградить своего хозяина от мук болезней и старости.

Ушёл из жизни Георгий Степанович в ночь на 6 апреля 1997 г. Ушёл легко – прилёг у себя дома и не проснулся. Отказало сердце. Похоронен на местном кладбище вблизи Звёздного городка.

Георгий Степанович Шонин удостоен звания почётного гражданина Одессы. Имя Георгия Шонина носит одесская спецшкола № 12.

Место гибели: мезосфера

Добровольский Георгий Тимофеевич – лётчик-космонавт СССР № 24 родился в г. Одессе 1 июня 1928 года. Когда мальчику было два года, он остался без отца. В Одессе пережил фашистскую оккупацию. Во время оккупации Жора был схвачен румынской жандармерией. У него было найдено оружие, и 22 февраля 1944 года 15-летний мальчик был приговорен военно-полевым судом к 25 годам каторжных работ. Его спасло наступление советских войск, которое заставило оккупантов уже думать только о спасении своих шкур.

19 марта Жоре удалось бежать, а 10 апреля в Одессу вошли первые батальоны советских войск, принеся с собой освобождение от оккупации.

Поступив в спецшколу ВВС, Георгий выбрал в качестве своего жизненного пути авиацию. В 1946 году окончил 10 классов спецшколы и поступил в Чугуевское военное авиационное училище лётчиков. После его окончания служил в строевых частях Одесского и Прибалтийского военных округов, в Группе советских войск в Германии.

В 1961 году Георгий Добровольский оканчивает Военно-воздушную академию им. Ю. А. Гагарина и в октябре 1961 года становится заместителем командира по политической части 43-го отдельного авиационного полка истребителей-бомбардировщиков Воздушной армии Прибалтийского Военного округа.

В начале 1963 года Добровольский был зачислен в отряд космонавтов.

Прошел полный курс подготовки: лётной, парашютной, физической. Курс медицинских испытаний – в баро-сурдокамерах и на центрифуге. Совершил более сотни парашютных прыжков. Принимал участие в подготовке к полёту по многим прорабатываемым программам, в том числе по советской «лунной» программе. Вводился в экипаж поддержки при полете космического корабля Союз-10 (апрель 1971 года). Судьба уготовила ему войти в историю как командиру первой в мире орбитальной станции Салют.

Георгий в любом коллективе осваивался удивительно быстро. Высокий профессионализм, открытость души, готовность помочь товарищу – всё это высоко оценивается в командах, выполняющих сложные рискованные задания. Ну и, конечно, врождённый юмор, как форма неувядающего одесского оптимизма – всё это сделало Жору своим в сложном коллективе Центра подготовки. В январе 1970 года Георгия Тимофеевича назначают заместителем командира отряда космонавтов по политической части.

С 6 по 29 июня 1971 года вместе с Владиславом Николаевичем Волковым и Виктором Ивановичем Пацаевым Добровольский совершает полет в качестве командира космического корабля Союз-11 и орбитальной космической станции Салют-1. Отметим, что в ходе непосредственной подготовки к полету была произведена замена экипажей – экипаж Г. Добровольский, В. Волков и В. Пацаев из дублирующего переведен в основной, а экипаж А. Леонов, В. Кубасов и П. Колодин – в дублеры (из-за болезни Кубасова).

Полет продолжался 23 суток 18 часов 21 минуту 43 секунду и закончился установлением нового мирового рекорда и …большой трагедией.

Тридцатого июня в 1 час 35 минут после ориентации Союза по программе была включена тормозная двигательная установка. Отработав расчётное время и сбросив скорость, корабль начал сходить с орбиты. После аэродинамического торможения в атмосфере раскрылся парашют, сработали двигатели мягкой посадки, спускаемый аппарат плавно приземлился в степи Центрального Казахстана западнее горы Мунлы. Спуск с орбиты и приземление, казалось, прошли штатно.

При открытии же люка спускаемого аппарата спасатели обнаружили членов экипажа без признаков жизни.

Результаты расшифровки записей « чёрного ящика » показали, что с момента отделения бытового отсека – на высоте более 150 километров – давление в спускаемом аппарате стало падать и через 30-40 секунд стало практически нулевым. Спустя 42 секунды после разгерметизации сердца космонавтов остановились. Место гибели – верхние слои стратосферы (мезосфера). Непосредственной причиной этого стало нештатное срабатывание клапана, выравнивающего давление в кабине по отношению к внешней атмосфере. Этот клапан «соединял» корабль с атмосферой. При посадке в штатном режиме клапан должен срабатывать по достижении высоты 4 км. В данном случае он сработал там, где не должен был.

Почему клапан открылся? После долгих испытаний и моделирования различных ситуаций комиссия не пришла к единому мнению.

Слово космонавту Алексею Леонову: «Ошибка была заложена в конструкции. Произошла разгерметизация кабины во время отстрела орбитального отсека. При монтаже шариковых клапанов монтажники вместо усилия 90 кг закрутили с усилием 60-65 кг. При отстреле орбитального отсека произошла большая перегрузка, которая заставила сработать эти клапаны, и они рассыпались. Обнаружилась дырка диаметром 20 мм. Через 22 секунды космонавты потеряли сознание».

Экипаж спускался на землю без скафандров. Такое решение принял лично Королёв еще перед запуском Восхода. Разместить в объёме «Союза» трёх человек в скафандрах не представлялось возможным. Впрочем, и проблем с герметичностью ни в одном из полетов прежде не возникало .

После гибели Добровольского, Волкова и Пацаева космонавты стали летать в специальных костюмах.

Добровольский Георгий Тимофеевич погиб в самом начале 44 года жизни. Урны с прахом Г. Т. Добровольского и его экипажа захоронены в Кремлевской стене на Красной площади в Москве.