Александр Большаков

За столпами Геракла

Введение

Унамуно[1] не мог объяснить, почему этот архипелаг называли Счастливыми островами, а Поль Моран[2] сказал, что Лас-Пальмас, именно Лас-Пальмас, — самое безобразное место в мире.

Кармен Лафорет

Канарские острова. Здесь причудливо переплетаются история и современность. Мавританские домики Лас-Пальмаса и кривые испанские улочки Санта-Крус-де-Тенерифе. Ветхие лачуги бедноты и шикарные отели и магазины. Лавчонки, над которыми можно прочитать: «Магазин индусский, говорим по-русски!», и радары принадлежащей США станции слежения за спутниками близ курортного местечка Маспаломас. Трудолюбиво возделанные на склонах лабиринты террас и «веселые кварталы» Лас-Пальмаса, где находят приют бандиты и контрабандисты.

Центр мирового туризма и сельскохозяйственный придаток материковой Испании, Канары имеют богатую историю, не уступающую, пожалуй, истории индейских цивилизаций Америки. В течение трех-четырех тысячелетий, предшествующих эпохе великих географических открытий, мореходы Средиземноморья неоднократно «открывали» Канарские острова, а затем «забывали» об их существовании. В последний раз они были «открыты» европейцами на рубеже XIII–XIV веков, причем в отличие от других островов этого региона Атлантики — Азорских, Мадейра, Зеленого Мыса — на Канарах имелось коренное население, которое преимущественно и будет предметом нашего рассмотрения.

Историю канарских аборигенов можно разделить на два периода: с древнейших времен до момента освоения архипелага европейскими мореходами и с XIV по XVIII век. Первый этап характеризуется относительной изоляцией автохтонного населения, второй — насильственной колонизацией островов испанцами и постепенным исчезновением древних канарцев. Эти два исторических этапа как бы очерчивают два круга проблем.

Коренное население Канарских островов уже более столетия вызывает у исследователей большой интерес. Оно, в частности, интересно тем, что ко времени завоевания испанцами в значительной мере сохранило антропологический облик и свою древнюю культуру, присущую еще неолитическому времени, в то время как обитатели стран Средиземноморья и Северной Африки, откуда шло заселение архипелага, в ходе многовекового исторического развития претерпели сильные трансформации в антропологическом и культурном отношениях.

Одной из важных проблем канароведения является проблема этно- и культурогенеза автохтонного населения. Некоторые культурные элементы, выявленные на этих островах, обнаруживают сходство с элементами культур, распространенных на огромной территории, включающей Северную Африку, Юго-Западную Азию, средиземноморскую и приатлантическую Европу. Источники разного рода позволяют высказать предположение о существовании в далеком прошлом прямых или опосредованных контактов между канарцами и народами, жившими в указанном ареале. Последнее обстоятельство повышает значимость обращения к первобытной истории аборигенов Канарских островов.

При решении вопроса о происхождении населения Канар нужно всегда помнить, что архипелаг представлял собой изолят, причем в изоляции друг от друга находились и обитатели некоторых островов этой островной группы, а в отдельных случаях — даже и жители разных районов одного и того же острова.

Изучение этнических групп, являвшихся еще несколько столетий назад неолитическими реликтами, не может не представлять огромного научного интереса. Ученые с полным основанием используют знания об аборигенах Канарских островов для изучения прошлого других пародов, и в особенности берберов Северо-Западной Африки.

Другой круг проблем, затронутых в книге, связан с судьбой канарцев после установления контактов между ними и европейцами. Хорошо известна та роль, которую сыграла испанская колонизация во всемирной истории, какое влияние оказала она на судьбу народов колонизованных территорий. Происходившие в Америке «искоренение, порабощение и погребение заживо туземного населения в рудниках... превращение Африки в заповедное поле охоты на чернокожих — такова была утренняя заря капиталистической эры производства» [Маркс, Капитал, с. 760]. Захват Канарских островов был одним из первых актов колониальной экспансии эпохи первоначального накопления. В истории Испании это событие тесно связано с реконкистой (отвоевыванием коренным населением Пиренейского полуострова захваченных маврами территорий), которая как бы выплеснулась за пределы полуострова.

Канарский архипелаг — ступень на пути колониального проникновения в Африку и Новый Свет. Коренное население Канар одним из первых подверглось порабощению и массовому истреблению. Основная масса аборигенов была вывезена на невольничьи рынки или уничтожена при завоевании островов. Приобретенный на Канарах опыт, освоенные здесь методы были с успехом применены конкистадорами при покорении ими народов по обе стороны Атлантического океана. Так, для травли индейцев в Новый Свет с Канар были завезены свирепые псы, обученные охоте на людей еще на архипелаге. Неразвитые формы эксплуатации канарцев обрели свою зрелость за океаном.

Анализ истории завоевания Канар и процесса вымирания их коренного населения может быть весьма полезным при изучении эпохи первоначального накопления капитала. Судьба аборигенов Канарских островов была схожа с судьбой ряда других народов, также находившихся на ранних этапах исторического развития, по преимуществу на уровне конца первичной или периода перехода от первичной ко вторичной формации и почти исчезнувших после прихода европейских колонизаторов. История и культура всех этих народов заслуживают самого пристального внимания этнографов.

Определенный интерес представляет изучение политики Испании по отношению к аборигенам Канар после завоевания архипелага. Она в целом мало отличалась от политики по отношению к индейцам Америки, хотя и имела ряд особенностей. Некоторые буржуазные историки пытаются оправдать колонизаторскую деятельность Испании (как и других европейских держав), пускаясь в рассуждения о ее исторической культурной миссии, о последовавшем за завоеванием позитивном процессе «транскультурации», что, в свою очередь, порождает фальсифицикацию истории автохтонного населения Канарских островов после начала европейской колонизации.

Восстановление после сорокалетнего перерыва советско-испанских отношений и их активизация в последнее десятилетие усилили интерес советской общественности к событиям, происходящим в Испании, а также к истории и этнографии ее народов. Среди них особой популярностью в нашей стране пользуются, пожалуй, баски и аборигены Канар, чаще и неверно именуемые гуанчами.

При изучении древней истории архипелага исследователь сталкивается со значительными трудностями. Недостаточная источниковая база, и прежде всего слабая археологическая и палеоантропологическая изученность Канар и прилегающих материковых территорий, не позволяет ответить на многие вопросы, в первую очередь — откуда и когда происходило заселение каждого из островов Канарской группы. Еще не полностью изучены письменные источники по истории архипелага. Лишь проведение новых глубоких комплексных исследований даст ученым ключ к решению важнейших проблем канароведения.

Относительная изоляция, на которую обречена любая островная группа, наложила свой отпечаток не только на жизнь обитателей Канар, но и на природу островов. Специфические природные условия делают архипелаг неповторимым уголком земного шара. «Острова вечной весны», «Перекресток Атлантики» — так чаще всего называют теперь Канары. Но прежде были другие названия...

Глава I

История в названиях и история названий

Наш путь лежал через Матансу и Витторию — эти два названия часто встречаются на картах испанских колоний и как бы символизируют судьбу коренных народов — резня и победа.

А. Шамиссо
вернуться

1

Унамуно Мигель де — известный испанский писатель (1864–1936).

вернуться

2

Моран Поль — французский писатель и дипломат (1888–1976).


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: