Рабби Йехезкель из Козниц говорил ученику рабби Бунима: «Когда твой учитель был аптекарем в Пшисхе, мы частенько виделись. То я заходил к нему, то он ко мне. Однажды вечером я зашел в аптеку и увидел лежащий на скамье музыкальный инструмент со струнами, которые тот перебирал пальцами. Тут же вошла крестьянка с рецептом. Одной рукой рабби Буним приготовлял лекарство, другой пощипывал струны. Когда женщина ушла, я сказал: «Рабби Буним, это нечестивое поведение». А он ответил: «Рабби Йехезкель, ты не настоящий хасид!»

Я пошел домой и в глубине сердца затаил недоброе. Но этой же ночью мне явился мой дед; он дал мне хорошую затрещину и прикрикнул: «Не смей подкапываться под этого человека! Он сияет во всех небесных чертогах».

После смерти своего учителя, святого Йеѓуди, рабби Буним продолжал жить в Пшисхе. Однажды его жена, сидя у окна, увидела, как к их дому подъехала битком набитая повозка. Она кинулась к мужу с криком: «Буним, к тебе приехали хасиды, целая повозка!»

«О чем ты говоришь! – резко ответил он. – Не мое это дело, и ты это прекрасно знаешь». Но час спустя, когда приехавшие отбыли восвояси, он сказал жене: «Ничего не попишешь. Я не могу больше этому противиться. В ту секунду, как они переступили порог, я уже знал все нужды и пожелания каждого из них».

После смерти Йеѓуди его ученики какое-то время колебались, кого им выбрать своим учителем. И они обратились за советом к рабби Буниму.

Тот сказал: «Пастух пас стадо овец на лугу. Он почувствовал себя очень усталым, прилег на траву и уснул. Никогда прежде с ним не бывало ничего подобного. Он проснулся в полночь. На небе сияла полная луна, ночь была ясной и прохладной. Пастух напился из ручья и почувствовал себя гораздо лучше. Но в то же мгновение он вспомнил о стаде, и сердце его замерло. Он огляделся по сторонам и увидел в нескольких шагах от себя своих овец, мирно спящих, будто в овчарне. Он пересчитал их – все были в сохранности. И тогда он воскликнул: “Милосердный Бог, как я смогу отплатить Тебе! Доверь мне твоих овец, и я буду беречь их как зеницу ока”. Найдите такого пастыря и сделайте его своим рабби».

Рабби Абель Нойштедтер, который в свое время учил Йеѓуди каббале и которого многие из присутствовавших считали наследником его бывшего ученика, поднялся с кресла и усадил рабби Бунима на свое место.

Когда рабби Буним наследовал своему учителю Йеѓуди, немало молодых людей пришли к нему, забыв свой дом и былые обязательства. Их отцы были разгневаны, и рабби Буним подвергся нападкам в большей степени, чем любой другой цадик его поколения. Как-то тесть одного из этих молодых людей ворвался в дом рабби и с порога начал кричать: «Ты разлагаешь лучших из наших сыновей, и они бросают все, чтобы бесцельно провести годы и годы своей жизни в твоем обществе. А ты заявляешь, будто учишь их страху Божьему! Подумать только, Божьему страху! Не нужен ты нам! У нас имеется достаточно книг, откуда они могут почерпнуть больше полезного, чем услышать от тебя!»

Рабби Буним слушал этого человека, не перебивая, пока тот не иссяк. Затем он сказал: «Как тебе известно, я был аптекарем. И вот что я заметил: врачи, которые посещают всех больных даже без вызова и при этом не берут денег за визиты, пользуются меньшим уважением и доверием, нежели те, кто берут за свой визит немалые деньги. Все неприятности и напасти, которые молодые люди вынуждены терпеть от своих отцов и тестей, – это плата, которая причитается тем, кто приходит ко мне врачевать свои больные души. И они верят именно тому доктору, который оказался для них столь дорогостоящим».

Ученика рабби Бунима однажды спросили: «Что же столь чудесного в твоем учителе, о котором идет так много разговоров?»

Ученик ответил: «Элияѓу нашел Элишу, когда тот пахал свое поле на волах. Элиша был отнюдь не пророком, а всего-навсего простым крестьянином, который лишь погонял своих волов. Однако как только его учитель появился и набросил на него плащ свой, тотчас же душа Элиши вспыхнула огнем, он зарезал своих быков и разломал плуг.

“Что я сделал тебе?” – спросил Элияѓу.

“О! – воскликнул Элиша, – и ты спрашиваешь, что ты мне сделал!”

Он оставил отца своего и мать свою и пошел за учителем, и ничто уже не могло их разлучить. Вот как бывает, когда рабби Буним выбирает себе ученика. И не важно, из какой семьи происходит ученик, – он начинает жить новой жизнью, и его охватывает желание полностью посвятить себя Богу».

«Элияѓу нашел Элишу, когда тот пахал; двенадцать пар волов пред ним, а сам он при двенадцатой. И прошел Элияѓу мимо него, и бросил на него плащ свой. И оставил Элиша волов, и побежал за Элияѓу, и сказал: позволь мне поцеловать отца моего и мать мою, и я пойду за тобою. Он же сказал ему: иди, воротись, ибо что сделал я тебе? Воротившись от него, взял Элиша свою пару волов и зарезал их, и на снаряжении волов сварил мясо их, и роздал людям, и они поели. А сам встал и пошел за Элияѓу и стал служить ему»[149].

Рабби Буним имел обыкновение рассказывать молодым людям, приходящим к нему в первый раз, историю про рабби Айзика, сына рабби Йекеля из Кракова. Прожив много лет в бедности, хотя это нимало не пошатнуло его веру в Бога, он увидел сон: какой-то человек велел ему искать клад, зарытый под мостом в Праге, ведущим к королевскому дворцу. Когда сон повторился в третий раз, Айзик отправился в путь, в Прагу. Однако мост охранялся круглые сутки, и он никак не осмеливался приступить к поискам клада. Он, правда, ходил к мосту каждое утро и проводил там время до вечера.

Наконец старший из стражников спросил его, причем вполне дружелюбно, ищет ли он тут что-нибудь или ждет кого-то. Рабби Айзик рассказал ему о своем сне, который привел его в Прагу. Стражник рассмеялся: «Значит, чтобы потешить свои сонные фантазии, ты, бедняга, не жалея башмаков, приехал в такую даль! Вот если бы я верил в сны, то мне пришлось бы тащиться в Краков – ведь я тоже видел во сне клад, спрятанный под печью в доме человека по имени Айзик – ничего себе имечко: Айзик, сын Йекеля! Воображаю, как бы я искал этот дом – в городе, где половину евреев зовут Айзик, а другую половину – Йекель!» И он снова рассмеялся. Рабби Айзик отдал ему поклон, отправился к себе домой, в Краков, вырыл клад из-под печи своего дома и построил на эти деньги дом молитвы, названный им «Шуль реба Айзика».

«И пусть эта история затронет вас до глубины души, – добавлял обычно рабби Буним. – Запомните: есть вещи, которых вам не найти нигде в мире, ни даже в мире цадика – и все же есть на свете место, где их можно отыскать. Но для этого сначала следует «совершить путешествие в Прагу».

Однажды рабби Буним сказал: «Порой случается, что человек впадает в грех, сам не зная, как это могло случиться – поскольку мысленно он все время был настороже». И рассказал такую притчу:

«У одного вельможи была скаковая лошадь, которую он считал самым ценным своим достоянием. Конюшня постоянно была на запоре, и у дверей всегда дежурил сторож. Как-то ночью вельможей овладело беспокойство, и он пошел посмотреть, что происходит в конюшне. Сторож был на месте и, судя по выражению его лица, предавался размышлениям.

“О чем ты думаешь?” – спросил вельможа.

“Вот интересно, – ответил сторож, – когда вбиваешь гвоздь в стену, то куда девается глина, из которой сделан кирпич, в который вбивается гвоздь?”

“Ладно, продолжай свои размышления”, – сказал вельможа. Он вернулся в дом и лег в постель. Но сон не шел, и через некоторое время он снова отправился посмотреть, что происходит в конюшне. Сторож по-прежнему сидел с задумчивым выражением лица.