Он накапал из скляницы ещё пятьдесят капель церковного вина и спросил стольника про ведущих: кто такие. Михалка показал пальцем:

- Вон та очкастая, что больше всех знает, Мимоза Сябитовна - главная сваха планеты. А та, что посолиднее - Кларисса Гузеевна. Анну Каренину в молодости исполняла... не то эту... Наташу Ростову. А ещё у них астролог была, Василиса, да забрюхатела. Сего дни на какую-то новую сменили, на кой-то чёрт!

Тут телеоператоры показали в фанерных комнатках студии трёх невест - одна другой краше - с подругами вместе пришедших бороться за этого вахлака Антона. Увидав такой цветник, Путтипут ощутил, насколько сам одинок. И вздохнул. В прошлом году ЮНЕСКО отмечала "Год семьи", а он не стерпел, да и назло той ЮНЕСКЕ развёлся. И заявил всему миру коротко и ясно: "Я устал. Я развожусь". И в тот же миг сделался Женихом ╧1.

В зомбоящике пошла реклама, и Путтипут отключил звук. Он обернулся влево к большому зеркалу во всю стену. Хотелось искусственно улыбнуться, прокачать мимические мышцы, но мешал ботокс. Тогда он заговорил со своим отражением неслышным для стольничего инфернальным голосом:

- КТО МОЖЕТ УСТОЯТЬ ПРЕД ЛИЦОМ МОИМ? КТО ПРЕДВАРИЛ МЕНЯ, ЧТОБЫ МНЕ ВОЗДАВАТЬ ЕМУ? ПОД ВСЕМ НЕБОМ ВСЁ МОЁ. НЕ УМОЛЧУ О ЧЛЕНАХ МОИХ, О СИЛЕ И КРАСИВОЙ СОРАЗМЕРНОСТИ ИХ. ТОЛЬКО ВОТ, ЖИВУ, ПОДОБНЫЙ ЛЕВИАФАНУ, У КОТОРОГО НЕТ ПАРЫ. А ЖИЗНЬ... ОНА ТАКАЯ КОРОТКАЯ - КАК ДЕТСКАЯ РАСПАШОНКА! И ТАКАЯ ЖЕ ОБОСРАННАЯ...

И до развода Путтипуту бывало горько и одиноко - ни любви, ни, тем более, страсти с самого начала не было. Решение жениться он принимал холодною чекистской головой, рассчитав, что неженатых за границу не направляют. А за границу хотелось. Потом уже, конечно, захотелось тепла, ласки. Дома этого не было. Жена превратилась в старую мебель души, в подобие хлама на чердаке на даче. Начались конфликты, и за ними взаимно-условная импотенция. А ещё, как любил говаривать старик Фрейд, тараканам в их головах стало не по пути. И внутренний голос, почему-то с австрийским акцентом, стал учить: "Великий гуманоид для удовлетворения своих физических потребностей имеет право завести девушку и обращаться с ней по собственному усмотрению и без чувства ответственности! Зиг хайль!"

Господь, видя душевные страдания Путтипута, сжалился над бедолагой и послал спасение. Пресс-секретарь Божьяросян подложил на стол шефа книженцию авторитетного зарубежного пикап-тренера "УХОДИ ОТ ЛЮБОЙ, КОТОРАЯ НЕ СООТВЕТСТВУЕТ ТВОИМ СТАНДАРТАМ!" "Спасён! Спасён!" - возликовал тогда Путтипут в нутре своём и возрадовался.

И вот, почти неожиданно появилась она - чемпионка мира по художественному плаванию Галина Кобаева. Увидев её впервые на корпоративе в бассейне "Промгаза", Путтипут в тот же вечер оклеил дверь персонального санузла в резиденции "Подушкин лес" её фотографиями с разных выступлений, в разных купальниках, но в одной и той же умопомрачительной позе - с ногами, широко растопыренными над головой, выше лба.

"Камасутра!" - это заветное слово шептал он теперь в бассейне и спортзале, упорно тенируясь, чтобы самому скорее принять эту позу, и при случае, соединиться в ней с вожделенной партнёршей.

Чтобы взвесить груди пассии в ладонях, он нарочно представил её к самому массивному из орденов. И взвесил. Дурдонские интернет-подонки тут же припаяли ему кликуху "Старик Кобаев", а посеянная журнализдами народная молва тут же нарожала им с Галиной кучу тайных детей. Однако свадьбы не было, и на публике парочка вместе не показывалась. Публика, нервозно обгрызая ногти, ждала-ждала. А когда не дождалась увидеть рядом с Женихом ╧1 хоть какую-нибудь даму, по Дурдонису пополз слух, что Путтипут сожительствует с мумией Макиавелли, подаренной ему олигатором Авраамом Беркманом.

Читая ежедневные донесения переименованного КГБ о слухах в народе, Путтипут усмехался: "Погодите, будет вам сюрприз, когда увидите свою первую леди ровно за неделю до очередных выборов - сразу на моей свадьбе. Вы же добрые. Вот, сочувственно, и подарите ей корону". Этот в тайне готовящийся предвыборный трюк с женитьбой в канун дня голосования придумали PR-асы - в смысле, асы пиара - доктора Глеббельс и Стржемббельс.

Реклама в зомбоящике минула, и он прибавил звук.

- А я хочу посмотреть на сюрприз! - сказала Кларисса Гузеевна, и так стрельнула ясными очами в телеоператора, что чуть заживо не сожгла его, сквозь цейсовский объектив дорогой японской камеры.

Пока невеста переоблачалась для выступления, друг жениха воспользовался минутной заминкой и признался Клариссе Гузеевне:

- Я ваш давний поклонник!

Дива в ответ подмигнула:

- Это ты ещё меня голую не видел!

- А вы... не замужем?! - ободрился друг жениха.

- Замужем - не значит - мёртвая.

Путтипут не выдержал, протянул руку к мобильному - на колёсиках - пульту управления Дурдонисом, причаленному тут же к дубовому обеденному столу, и ткнул в синюю кнопку. На дисплее возник, будто покрытый лунной пылью, переутомлённый лик начальника переименованного КГБ.

- Слушаю вас, Вадим Вадимыч!

- Досье на Клариссу Гузеевну! В трапезную!

Михалка-стольник положил Путтипуту на тарелку тушёной капусты от свиных ножек, а самих ножек не положил, ибо пост.

Пока третья невеста демонстрировала, в качестве сюрприза, еврейскую пляску под очень странную музыку, Путтипут представил, какой бы сюрприз он показал Клариссе Гузеевне, окажись он на её шоу. Он бы, в сопровождении ансамбля "Казачья нагайка", спел бы да сплясал "Ответ Старика Кобаева народной молве":

А-без мяня мяня жанили,

А я ж на мельнице молол.

А-приезжаю-да я с мукой,

А-паздравлят мяня с жаной, о-Ой!

Не успел он запеть второй куплет, как Кларисса Гузеевна спросила телевизионного жениха:

- Ну, Антон, как вам третья невеста? Выбор свой сделали? К которой из трёх пойдёте?

Жених неопределённо пожал плечами и, зажмурясь, признался:

- Мне нравится ваш новый астролог...

Кларисса Гузеевна возмутилась:

- Ну, знаете, Антон! Вы герой-геморрой!

А Мимоза Сябитовна обобщила:

- Да все мужики, аани, как саабаки Паавлова - им кой-чё покажи, сраазу слюни текут.

Жених Антон несогласно замотал головой:

- Все разные...

- Ой, вот тока ни наада! - заспорила Мимоза Сябитовна. - Все мужики адинааковые!

- Как, одинаковые?! - усмехнулась Кларисса Гузеевна. - У одних орешки, у других изюминки! Где ж, одинаковые?!

- В галааве адинааковые! - уточнила сваха.

- Не болтай глупости, Мимоза! - решительно возразила Кларисса Гузеевна. - Ты прочла за свою жизнь две книжки - "Три поросёнка", а какая вторая была - не помнишь. И что, все, штоль, по-твоему, прочли по две книжки?!

- Ну, я, как аграаниченная личность, не буду маарали читать. Книжек можно и мильён праачесть, толька мнагазнание ума не прибаавляет! И денег тооже! Все адинааковые - я имею ввиду, ат природы!

- Думаешь, раз ты писю княпаешь, значит, все писи княпают?!

- А чё эт, я княпаю-та?! Может, сама ты княпаешь!

- А мне не надо: у меня, Мимозочка, муж есть! А ты сама признавалась, что привыкла "по-стариковски чё-то быстро там - сама-сама".

- Да-а, эт, меж прочим, заакон природы! А ты, Кларисс, злаая!

- Я?! Да. Мужа те надо, Мимоза, - примирительно пожелала коллеге Кларисса Гузеевна. - Да поскорее!

И неожиданно призналась:

- Я тоже с вишенкой промеж ягодиц живу...

Путтипут, cогнув брови в дуги, изумился:

- Ни фига себе! Занимательная передача!

В дверь трапезной постучались, и торопливо вошёл запыхавшийся генерал Наскрёбышев с планшетом в руках.

- По вашему приказанию, Вадим Вадимыч... Досье на Клариссу Гузеевну. Тут видео с её чистосердечным признанием и раскаянием.

- Как?! - удивился Путтипут. - УЖЕ?! Явка с повинной?!

На видео Кларисса Гузеевна, и правда, каялась:

- Когда нам было по двадцать, мы просто не знали, что можно было найти себе сорокалетних, и жить в шоколаде...