Начало рабочей недели не было ознаменовано ничем необычным. Разве что к середине невыносимо медленно тянувшегося понедельника погода неожиданно расщедрилась: выглянуло солнце. Сотни служащих, воспользовавшись обеденным перерывом, выползли, как сомнамбулы, на свежий воздух, для того чтобы хоть чуточку погреться в его лучах. Нежину, который скучал на рабочем месте, это зрелище показалось отвратительным: сонные белесые черви, попавшие в инородный для себя мир благодаря случайно опрокинутому булыжнику, извивающиеся под губительными для них солнечными лучами, в неведении принимают их непривычное, но приятное тепло за необыкновенный подарок судьбы. Во вторник днем он забежал наверх к Кириллову доложить о назначенной на вечер встрече. С самого утра толстяк находился в явно приподнятом настроении. О причинах приходилось только догадываться. Нежин покинул «Миллион» ровно в пять, для того чтобы успеть заехать домой и привести себя в порядок.

Нечаев занял столик в самом конце зала у окна. Длинные алые портьеры скрывали его от глаз случайных прохожих. Он заказал себе крепкий кофе у подошедшего официанта и теперь сидел, скучая над вечерней газетой. Большинство столиков были заняты, но несмотря на это, в зале не было шумно. Откуда-то приглушенно доносилась ненавязчивая джазовая мелодия. Между столиками время от времени проносились с подносами озадаченные официанты в белых рубашках.

«И все же зря я сюда пришел, только впустую потрачу время. Хотя… хотя это может оказаться любопытным предприятием!» – подумал Нечаев, улыбнулся и перевернул страницу.

Принесли кофе. Перед тем как сделать первый глоток из маленькой белой чашечки, он на мгновение задержал ее у рта, для того чтобы насладиться восхитительным ароматом. Здесь всегда подавали отличный кофе! Нечаев бросил взгляд на отложенную в сторону газету, а потом на свои наручные часы: «Ровно семь. Пожалуй, подожду минут пять, расплачусь и уйду с чистой совестью». Прикинул сколько у него с собой денег, и в тот момент, когда полез в карман брюк за кошельком проверить не ошибся ли в расчетах, над входной дверью звякнул колокольчик и на пороге появилась знакомая фигура в длинном сером плаще.

Сразу же заприметив одинокую фигуру юноши за столиком у окна, Нежин запетлял между столиками в его направлении, на ходу пытаясь справиться с пуговицами своего плаща. С его лица не сходила улыбка.

– Добрый вечер! Искренне рад снова увидеть вас! – Нежин снял плащ и накинул его на руку, демонстрируя свой строгий фланелевый костюм, – позволите к вам подсесть?

– Конечно! Что за вопрос? Если я скажу «нет», вряд ли нам удастся вести диалог! – улыбнувшись, заметил Нечаев. – Ах, формальности, правила хорошего тона! Иногда они совершенно ни к чему.

– Пожалуй, я с вами соглашусь, – Нежин присел за столик. – Знаете, а ресторан ведь и вправду хорош! Я был здесь однажды, много лет тому назад, когда в «Астории» останавливался Арханов. Должно быть, вы слышали о нем?

– Геннадий Арханов! И не только слышал! Наши пути однажды пересеклись. Это было года три тому назад. В поезде. Я ехал отдыхать на юг. Арханов ехал в соседнем вагоне.

– К сожалению, его уже нет с нами. Думаю, до вас дошло это известие?

– Да! Я знаю, знаю, – Нечаев одним большим глотком покончил с кофе. – Тогда, в поезде, он выглядел ужасно. Болезненная худоба и пожелтевшее осунувшееся лицо. Тем не менее он постоянно улыбался и сыпал шутками. Рассказывал даже, что работает над новой вещью. Не знаю, так ли это было на самом деле, ведь при таком самочувствии, думаю, очень сложно…

– «Мраморная ротонда», он так и не успел ее закончить. Так что да – он продолжал работать до последнего.

Повисла неловкая пауза. Оба о чем-то задумались, любуясь в окно закатом.

– Итак, – прервал молчание Нечаев, – мы хотели обсудить с вами кое-какие дела.

– Хотите еще?

– Простите?

– Хотите заказать еще кофе, может быть? – предложил Нежин. – Я сам совсем позабыл для приличия заказать себе что-нибудь из меню. А вот и оно…

– Даже не знаю. Может быть, капучино? Что будете вы?

– Капучино? Да, отлично! Тогда два капучино! – Нежин жестом подозвал официанта: – Два капучино, пожалуйста! Обожаю его! Особенно с корицей!

– Ваше предложение…

– Позвольте, я обрисую общую картину: вы предоставляете для ознакомления редакции вашу рабочую рукопись. В случае положительного отзыва, а я уверен в таком исходе практически на все сто процентов, вам предлагается сотрудничество на взаимовыгодных условиях. Естественно, ни о какой передаче или продаже авторских прав и речи не идет.

– Вы уже знаете, меня мало интересуют разовые гонорары, – перебил его Нечаев.

– Никаких разовых гонораров. Вы получаете авторские отчисления с каждого тиража! Все просто.

– Кажется даже, что слишком.

К столику подоспел официант. Он аккуратно опустил на льняную, в тон портьерам, скатерть две кружки с кофейным напитком и незаметно куда-то упорхнул.

– А зачем что-то усложнять? Получается, что ваш доход напрямую зависит от того, насколько ваш талант оценит читатель! – пояснил Нежин.

Оба отпили из своих кружек.

– Знаете, эта ситуация кажется мне очень забавной, – признался Нечаев.

– Чем же?

– Тем, что сейчас передо мной, почти никому не известным самоучкой-любителем, сидит такой человек, как вы, представляющий довольно серьезное литературное издательство, и уговаривает меня стать знаменитым.

– Не вижу здесь ничего забавного. Не прибедняйтесь, что вы никому не известны и что вы всего лишь любитель. Подумайте, если это было бы так на самом деле, разве кто-нибудь стал бы обманным путем лишать вас авторских прав и пытаться присвоить себе то, что законно принадлежит вам? Подумайте, зачем бы кому-то это тогда понадобилось? Разве пятничное выступление собрало бы столько слушателей? И наконец, разве проявило бы интерес наше солидное, как вы выразились, издательство, к этой встрече? В пятницу все собрались только для того, чтобы увидеть и послушать вас, я уверен. Даже те, кто выступал, полагаю, больше жаждали вашего чтения, нежели своего скромного позора за скромной кафедрой. Вы умеете писать.

Нечаев откинулся на стуле и засмеялся:

– Вы мне сейчас или льстите, или же сильно заблуждаетесь насчет моих талантов.

– Уверяю вас, вы пользуетесь большой популярностью в определенных кругах. Мы предлагаем вам значительно их расширить. Не поверю, что вам это вовсе неинтересно. Это просто по определению не может быть неинтересным! Только подумайте об этом! Подумайте о перспективах…

– Мне просто нравится, когда что-то нравится окружающим.

– В данном случае – ваше творчество, я вас правильно понимаю? – уточнил Нежин.

– В данном случае – да, мое творчество. Радость в глазах и улыбка на лице являются для меня наивысшей наградой за мои деяния. Знаете, по моему мнению, любое творчество вообще немножечко приближает тебя к Богу. Деньги маячат где-то совсем далеко. Если бы я мог питаться одной лишь солнечной энергией, они были бы мне вообще не нужны. Не имею никаких предубеждений против того, чтобы ходить по улице нагишом, главное чтобы везло с погодой! – Нечаев, улыбаясь, смотрел своему собеседнику в глаза. – Не знаю в чем смысл бытия лично для вас, но для меня он заключается в возможности творить.

– Наши с вами взгляды во многом совпадают! – Нежин отпил из кружки и потянулся за салфеткой. Их руки случайно соприкоснулись.

– Бог создал человека по своему образу и подобию, то есть творцом, а не серым клерком, который просиживает большую часть своей жизни в скучном кабинете. Я понимаю это так.

– Мое предложение никоим образом не противоречит вашим взглядам, разве вы так не считаете?

Нечаев на минуту задумался, подперев рукой подборок.

– Да, не противоречит. Пожалуй, вы правы, – резюмировал он.

– Тогда не вижу никаких преград для нашего сотрудничества!

– Скажите, если я соглашаюсь, пока что чисто гипотетически, конечно, каковы мои дальнейшие действия?