– Вы с ума сошли, юноша! Как же можно быть таким неосторожным? Смотрите, что вы наделали! –

Я резво вскочил – и что бы вы думали! Передо мной стоял тот самый морской офицер, которому мы с Николкой дней десять назад носили открытки! Только сейчас он был не в мундире, а в "спортивном" костюме викторианского стиля – с бриджами, крагами и шерлокхолмсовской круглой кепочкой с пуговицей на макушке. Смотрел, впрочем, он так же иронично.

– Не ушиблись, молодой человек…. Иван, кажется? –

Я пробурчал что-то невнятное и сделал попытку кинуться на помощь пострадавшей в ДТП даме. Но там уже обошлись без меня: вокруг нее суетились аж три "циклиста", выпутывая несчастную из руин ее трехколески. Впрочем насчет "руин" я преувеличил – аппарат был цел, даже колесо, в которое я так лихо въехал, не пострадало. Дама отряхивалась и бросала на меня возмущенные взоры. И надо было оказаться таким олухом!

Я сделал попытку принести извинения:

– Простите, мадам… то есть, сударыня.. я не хотел…. только он тоже виноват, – и я кивнул на владельца "паука" – Тормозить вовремя надо, а если ездить не умеешь – так и нечего браться… –

Нет, ну в самом деле – выскочив на круговую дорожку, я слегка подтормозил – и увидел, как справа на меня надвигается громадное колесо бицикла. А сидящий верхом на нем господин в цилиндре и пенсне судорожно вцепился в руль и останавливаться не собирается! Даже рот открыл от удивления – с нижней губы свисала тонкая черная сигара.

Вывернув влево и даванув со всей дури на педали, я выскочил из-под "паука" – а вот увернуться от встречи с дамским трициклом уже не смог.

– Как же, по вашему, молодой человек, я мог "затормозить"? –возразил охаянный мною господин. Видимо, он не вполне отошел от проишествия, и, вместо того, чтобы поставить на место зарвавшегося сопляка, стал оправдываться, – Если бы я предпринял попытку остановить колесо при посредстве педалей, то непременно опрокинулся бы прямо на вас! А если бы повернул, то никак не смог бы избежать столкновения с дамой! – и он кивнул на пострадавшую. Та, слава богу, потеряла интерес к моей персоне и наслаждалась вниманием спасителей, один из которых был в военной форме.

А ведь точно, тип в пенсне прав. А я, значит, выхожу идиотом. На "пауках" нет не то что ручных тормозов – вообще никаких; педали насажены прямо на ось громадного переднего колеса, и единственный способ тормознуть – слегка попридержать их ногами. Но попробуйте-ка сделать это на скорости! Исход будет один: полетишь через руль с высоты своего роста, а это, уж поверьте, неприятно, особенно – в пенсне и с сигарой во рту!

Велосипед "паук"

– Господа, господа, прошу вас извинить моего сына! Мы с ним недавно в России, и он еще не вполне научился вести себя в обществе взрослых! –

Ага, а вот и отец. Он, конечно, не пытался угнаться за нами с Николкой, предпочтиая прилично сопровождать семейство Овчинниковых, передвигавшихся пешим порядком – тем более, на багажнике его роскошного круизера была пристроена корзина с прихваченной для пикника снедью. Вот и пропустил самое интересное; впрочем, мне от этого легче не будет….

– Пап, да я не хотел, кто ж знал, что они тут все без тормозов…. –

–Помолчи, Иван!– строго прикрикнул на меня отец. Я послушно заткнулся – что спорить, когда кругом виноват?

–Нико?л, ты-то хоть цел? –

Николка стоял в паре шагов, в обнимку со своим самокатом. Он был потрясен таким стремительным развитием событий – и теперь пытался прийти в себя. В завале гимназист не участвовал, вовремя спрыгнув со своего финского пепелаца. Я в очередной раз похвалил себя за то, что не поддался на уговоры посадить его на велик. А то разгребали бы сейчас кучу-малу в стиле Тур-де-Франс…

– Какая у вас интересная машина, юноша! –

А господин в цилиндре, похоже, позабыл об обиде, и с интересом рассматривает мой аппарат. Вон он, валяется на обочине дорожки, зарывшись рогами в траву. Ну да, конечно интересно – все же 125 лет развития техники чего-нибудь да стоят. Стоп-стоп, он что, поднять его намылился?

– А какой легкий! Это просто невероятно…. неужели рама – из таких тонких труб? А по виду и не скажешь! –

Ну все, понеслась. Пострадавшая дама забыта, "циклисты" столпились вокруг нас – точнее, наших великов. Лейтенант в первых рядах – вон, уже просит покататься! Да, точно – отец с помощью Яши снимает с багажника корзинку, и помогает лейтенанту взгромоздиться на незнакомую конструкцию – а Овчинниковы, стоя в стороне, потрясенно наблюдают за разгорающейся суетой.

– Ты хоть иногда будешь задумываться над тем, что собираешься делать? – выговаривал сыну Олег Иванович. Пролетка тарахтела по булыжной мостовой Садовой. Из открытых дверей обжорок проезжих обдавали волны запахов – кислые щи, подгоревшая каша, застоявшийся чад давно не проветриваемого помещения. Над Москвой ползли серые, низкие облака – к вечеру, похоже, собирался дождь.

Ваня отмалчивался. Он уже в десятый раз выслушивал упреки отца. Спорить мальчику не хотелось, тем более, что Олег Иванович был совершенно прав. Велопрогулка, задуманная для внедрения в вело-сообщество Москвы, началась с досаднейшего конфуза. Ваня, не справившись с управлением, протаранил трехколеску дочери московского обер-полицмейстера Козлова. К счастью, обошлось без травм – барышня, правда, изрядно напугалась, но не пострадала; проишествие списали на растерянность мальчика, впервые оказавшегося в столь блистательном обществе.

Ну а потом – поклонники бициклов окружили велосипеды новичков, робко испрашивая разрешения прокатиться. А пришедший в себя Иван гонял по крутым склонам, демонстрировал резкие повороты, разгоны, торможения – словом, все то, о чем почтенные члены "Общества велосипедистов Москвы" и мечтать не могли. Даже пострадавшая дочка полицейского чина с упоением прокатилась на Николкином самокате – барышня хотела оседлать и чудо-машину Олега Ивановича, но узкое, бежево-зеленого бархата платье, не позволяло подобных вольностей.

"Циклисты" буквально засыпали Олега Ивановича вопросами. Особо выделался среди московских знактоков двухколестного тарнспорта Юлий Александрович Меллер; в известной Олегу Ивановичу истории ему предстояло в 1893 году основать московскую велосипедную фабрику "Дукс". Меллер был известен в Москве как спортсмен, изборетатель и почетный член основанного 5 лет назад "Московского общества велосипедистов-любителей". Опробовав машины гостей, изобретатель пришел в востор. Было видно, что дай ему волю, он прямо тут разберет агрегаты по винтику.

Когда суета улеглась, праздник пошел своим чередом. Было все, что и полагается в подобных случаях – речи, посвященные торжественному событию, закуски и даже полковой оркестр . Марина представила мальчикам Варю Русакову – девочка явилась на праздник вместе с Никоновым, который, конечно, не смог отказать любимой кузине.

Все четверо беззаботно наслаждались пикником. Марина привычно подкалывала кузена и его приятеля, но мальчики отшучивались – настроение у всех было превосходное.

Олег Иванович, тем временем, заводил полезные связи. Никонов представил его Александру Александровичу Лейтнеру, два года назад основавшему в Риге велосипедную мастерскую . Предприятие выпускало велосипеды типа "паук"; продавались они, в основном, в Лифляндской губернии. В Москву Лейнтнер приехал по приглашению клуба – и привез с собой два "паука" собственного производства. Фабрикант , разумеется, был в курсе европейских вело– новинок, да и сам подумывал о выпуске новейших "безопасных" моделей. А заинтересовал Лейтнера Николкин самокат; да, велосипеды "америиканцев" были великолепны – но выпускать что-то подобное в Риге было нереально, вот самокат-кикбайк казался весьма простым агрегатом. Лейтнер предложил 600 рублей золотом за невиданный механизм, но получил отказ: Олег Иванович заявил, что самокат –собственность Николеньки, а тот не согласится с ним расстаться. Однако – обещал, не откладывая, выписать для Лейтнера точно такой же.