– Что ж это выходит? – озадаченно хмыкнул Ваня, – Мы, значит, тоже живем в боковой мировой линии?

– А ты что хотел? – хмыкнул отец. – Именно так. И, заметь – на основной "мировой линии" живут точно такие же Ваня с отцом, которые и знать не знают ни о каких порталах и перемещениях между мирами. И мы на эту линию попасть можем только в мормент, предшествующий появлению "профессороского" портала – и Олег Иванович провел карандашом по дуге, изображающей путешествие в 1812 год. – Ну а там.. в общем, как мы с тобой и говорили. Вот так-то, сын… –

Ваня почесал затылок. – Так что же это значит? Может, и наш мир кто-то уже изменил? Ну, кто-то кроме профессора – попровился мальчик. – то есть – может и у нас тут были свои попаданцы – скажем, помогли японцам победить при Цусиме? Иты вот сколько раз говорил, что японцам везло во время той войны – так, может, это не просто так было, а тоже – боковая "мировая линия"?

– А что, полне возможно, – усмехнулся Олег Иванович. Вот все эти авторы попаданческих книг обожают писать, как их герои переделывают историю – а что, если мы сами обитаем в такой, уже переделанной реальности? –

– Ну да, – подхватил сын. – Причем переделывал какой-нибудь японский гаденыш-попаданец. А сделать мы ничего не можем, потому что, –

– …потому что, – подхватил Олег Иванович, – даже если мы и научимся создавать порталы – то, попав в прошлое, где действует этот самый японец, создадим очередную боковую ветку истории – и на нашей собственной, уже им изгаженой, наши действия уже никак не скажутся – мы будем менять новую реальность, а наша собственная останется прежней.

Ваня в очередной раз кивнул: – Ну, хорошо, с этим ясно. То есть, ничего не ясно, но хоть понятно, что дальше делать. Но ты вот скажи, а почему все же ты против того, чтобы мы помогли этой реальности? Ну, сделать так, чтобы у их России не было поражений, террора, революции, в конце концов?

Олег Иванович тяжко вздохнул. Как же он хотел уйти от этого разговора…

– А ты сам подумай. Вот, к примеру – книги про попаданцев, которые мы там читали. Помнишь? –

Ваня помнил.

– Там в прошлое попадает человек, или, какая-то группа. Как правило – не по своей воле и, что называется, с "билетом в один конец". То есть выбор у них прост – либо жить спокойно, ни во что не вмешиваясь, либо, исходя из своих знаний, и, что куда важнее, представлений, менять историю. Вернуться они не могут. А мы – мало того, что можем – так еще и в состоянии выбирать тот момент истории, в который можем попасть. – То есть, – поправился Олег Иванович, – будем в состоянии, если я, конечно, прав. Верно?

– Верно, – согласился Ваня. – Но это здесь при чем? –

– А при том, что – почему ты хочешь менять именно эту реальность? А все остальные как, побоку? Что за прок от изменения этой реальности, если существует бесчисленное множество других, в которые ты никогда не попадешь? А там ведь тоже живут люди, страдают, умирают, льется кровь? Или ты хочешь рассуждать так – "раз уж мы здесь – давайте что-нибудь сделаем?" Не очень красиво выходит – будто мы заполучили в качестве игрушки целый мир, и теперь перекраиваемего историю так, как это нам нравится. А он, можду прочим, живыми людьми населен! Ты их спросил?

– Вот и спросим, – заметил Ваня. – Того же Николку и спросим. Как думаешь – что он скажет?

– Ну, что он скажет, я, уж поверь, примерно представляю. – усмехнулся Олег Иванович. – Только, что это меняет? И, к тому же,откуда ты знаешь, что наши изменения не принесут еще больше горя? Это ведь только в попаданческих книжках, стоит продумать изменения и все шаг за шангом выполнить – и все получится. Но, только, одно дело играть в такие вот интеллектуальные игры, а другое – ломать судьбы людей, и не одного-двух, а многих миллионов. Не многовато на себя берем?

– Так что, стоять в сторонке и наблюдать? А они тут пусть…– Ваня задыхался от возмущения. – Вот, скажем, Николка – ему сейчас 13 лет, а в 1904-м будет 30. Он, наверное, по стопам отца пойдет, в Морской корпус – и погибнет при Цусиме! А мы могли бы подсказать, помочь – и он придумает что-нибудь заранее и японцев нахрен перетопит!

– Ну вот, снова-здорово, – обреченно вздохнул Олег Иванович. – "Предупредить Сталина, присобачить командирскую башенку на Т-34, и все дело в шляпе" – так? –

–Какая башенка? – не понял Ваня. – И вообще, танков тогда не было… то есть не будет. А, ксати – если подсказать вовремя, может и будут – прикинь, русские танки под Порт-Артуром!

– Вот-вот/, и я о том же. – Олег Иванович уже устал спорить – разговор явно шел на второй круг, и никаких просветов пока не наблюдалось.

– Давай так – Николка есть Николка, это его мир и его право что-то в нем менять. В конце концов, он наш друг и партнер, и мы можем дать ему возможность получить любые знания в нашем мире. А уж как он ими распорядится…

– Предлагаешь всю ответственность на него переложить? Типа – "мы тут чужие и не имеем права решать за вас? – презрительно фыркнул Иван. – А мне как ему в глаза потом смотреть? "Вот тебе автомат, дорогой товарищ, стреляй, а я уж посмотрю, как ты и посочувствую… –

– Да хватит уже кривляться! Думаешь, мне самому увсе это нравится? – Олег Иванович не выдержал, и сорвался на крик. Ваня с удивлением воззрился на отца –несмотря на вспыльчивость натуры, он обычно не позволял себе подобного тона с сыном, –

– Да, мы не отсюда, и у нас – СВОЙ мир и своя история. Об этом ты не думал? Вот элементарно – об ответственности? Не прикидывал, сколько бед в НАШЕЙ жизни происходят от того, что люди не знают своей истории? И сколько поганых проблем современности можно было бы снять, если бы не существовало некоторых белых пятен и загадок в прошлом? А мы с тобой – если я прав, конечно, и можно будет по своей воле создавать порталы в любое время, – как раз и можем помочь человечесству ЗАПОЛНИТЬ эти белые пятна! И, поверь, – это будет никак не проще и уж точно не безопаснее, чем перекраивать историю по рецептам попаданческих книг! –

– То есть – предлагаешь нам заняться разрешением загадок истории в глобальном масштабе? – усмехнулся Иван. – А ведь вспомни, я это с самого начала и предлагал. Найти ученых потолковее, показать им портал…..-

Так я и не говорю, что ты не прав, – великодушно согласился отец. – Только ведь сначала надо самим во всем разобраться. А то делим шкуру неубитого медведя – а вдруг окажется, что никакие порталы в прошлое открывать вообще нельзя? И где будут все наши благие намерения? Нет, брат, – и Олег Иванович решительно скомкал исчерченный схемами бумажки, – без Сирии нам с тобой теперь никак не обойтись. А там – посмотрим…

Слова его прервал торопливый стук в дверь. Ваня бросился открывать – на пороге стояла Марина, сестра Николки. Глаза у нее были вспухшие, заплаканные.

– Ваня, Олег Иванович, Николке очень-очень плохо. Весь горит, кашляет, папа за доктором послал – тот сказал: "надежды совсем нет". Нико?л, вот, просил вам непременно передать…– девочка сунула Ивану что-то в руку, и, уткнувшись в ланони, зарыдала.

Ваня развернул скомканную бумажку – и увидел россыпь темных бусинок, все восемь штук, что достались мальчику при дележе коптских четок.

Глава восьмая

Ох как нелегко было Яше заставить себя отправиться на Гороховскую – после пугающего вояжа по московскому подземелью. Хорошо, хоть удалось избежать расспросов старого Ройзмана – часовщика очень вовремя не оказалось в лавке, а троюродный братец Яши, Натан, обещал промолчать о том, в каком виде начинающий детектив вернулся на Варварку – за гривенник, разумеется. Весь следующий день Яков вел себя тише воды ниже травы: носу не казал из лавочки, и все время, минуту за минутой, вспоминал все, что пришлось увидеть под землей. А на следующий день, ближе к вечеру, все же собрался – отпросился у дяди и уже через полчаса был возле дома Овчинниковых. Фомич, уже знавший Яшу, как помощника нового жильца, встретил молодного человека неласково: