Лидер секты способствует формированию чувства избранности у новичка. Для этого используется регулирование доступа в группу, что повышает значимость членства в секте. Включение в группу начинает рассматриваться как удовлетворение высших потребностей, и большое значение при этом приобретает требование сохранять некую тайну, поддерживающую ощущение избранности. Причастность к тайне – известный способ сплачивать отношения группы и облегчать подчинение законам групповой идентичности. Таким способом вырабатываются стереотипы поведения, достигаемые с помощью специальных процедур «приобщения» и тотальной слежки.

Со временем неофит сталкивается в секте с требованиями: слепой веры, полного повиновения и нетерпимости к инакомыслию. Однако авторитарное управление личностью включается не сразу. Вначале неофит сталкивается с необходимостью выполнения несложных обязанностей, необременительных услуг. Они так просты, что ничто его не настораживает. Он не знаком с психологическими последствиями малых уступок и не предполагает, что следует быть очень осторожным, соглашаясь на незначительные требования. Каждая уступка облегчает последующие и ведет к выполнению все более серьезных требований. Существенно не упустить из виду, что многократные уступки содержат в себе потенциальную опасность. Они влияют не только на будущее поведение (все более значительные уступки), но и на повышение самооценки личности. Она растет в связи с возможностью быть использованной в чуждых, но зато в исключительно важных интересах – секты и лично ее лидера. Столь великая миссия трансформирует представление человека о себе, возвышая его в собственных глазах!

Особая стратегия адаптации применяется в секте для вовлечения психически и физически ослабленных людей. Психически нездоровый человек – тот, кто сожалеет о своем прошлом, ненавидит свое настоящее и страшится своего будущего. Принимая в свои ряды такого члена, секта начинает играть роль «терапевтического» сообщества, уделяя особое внимание жизненным кризисам неофита. Секта как бы говорит человеку: «Я могу дать тебе прощение за прошлое, приемлемый смысл настоящего и надежду на будущее». Для поддержания психического здоровья таких людей направляют усилия на формирование их внутренней, а не внешней религиозности.

Чем встречает новичка секта? «Неподдельной» любовью, интересом и вниманием к его личности. Это теплота, приветливость и терпимость. Демонстрируется способность понять и разделить его тревоги и заботы. Новичок чувствует подлинную заинтересованность во взаимопонимании. Его принимают таким, каков он есть, со всеми достоинствами и недостатками. (А где еще он мог получить такое понимание, кто будет с таким уважением к нему относиться?) Таким образом, внутри организации сразу же начинается психологическая обработка новичка с проявления любви и внимания к нему. Постепенно, кроме этой поддерживающей функции, секта начинает выполнять и другую роль – фильтра, отбирающего из внешней социальной среды только те нормы и ценности, которые наиболее значимы для данной группы. После того как человека отогрели теплом и вниманием, дополнительно проливают бальзам на его душевные раны, сообщая, что Бог призвал именно его, отметив его особыми способностями, для осуществления великой миссии. А ведь раньше он считал себя неудачником, никто никаких особых достоинств в нем не замечал! Теперь, благодаря своим замечательным качествам, он будет удостоен приобщения к тайным сведениям. Неудивительно, что у потрясенных и благодарных молодых людей меняются представления о ценностях. Теперь для них вся прошлая жизнь, с ее критериями, теряет всякую привлекательность. В соответствии с новыми представлениями меняется и их поведение, они добровольно бросают учебу, начинают избегать прежних друзей, родственников и полностью отдаются работе в интересах секты.

Отторжение новым членом отрезвляющих мнений о ситуации в секте, высказанных родственниками и прежними друзьями, активно поощряется. Зачем надо усиливать такое противостояние? Для обоснования идеи избранничества необходимо, чтобы весь мир за пределами секты выглядел чуждым и агрессивно-враждебным. Тогда усиливается контраст: снаружи зло и враждебность и стремление опорочить избранных, а внутри – полное духовное единство. Именно с целью обострения такого контраста особый упор делается на разрушение семейных и родственных связей. В этом случае секта становится единственной семьей неофита. Ее необходимо защищать всеми силами; тогда реальная или вымышленная угроза жизни «семьи» становится побуждением к агрессии. Чувство искренней благодарности секте и избранности на фоне отрицания значения позиции родственников и друзей – вот почва, подготовленная для дальнейшего углубленного влияния на личность. С этой целью необходимо завоевать особое доверие жертвы, поскольку направленное воздействие оказывается эффективным только, если тот, на кого оно нацелено, питает безусловное доверие к «гуру» и даже исповедуется ему.

Добившись достаточного доверия, секта начинает эксплуатировать естественное желание каждого стать физически крепче и духовно сильнее. Новичку обещают существенное улучшение физического состояния, возможность быстро избавляться от усталости, уменьшить продолжительность сна, усилить внешнюю и внутреннюю привлекательность, обнаружить в себе необыкновенные психические способности, обеспечивающие значительное повышение интеллекта, стабильно поддерживать состояние вдохновения. Ему обещают, что он с легкостью сможет добиться положения и почета в обществе, преуспеть в учебе, обрести множество талантов; проявить способности, превосходящие человеческие. Кто бы мог устоять? Тем более что поначалу аскетический образ жизни действительно дает впечатляющие результаты, чем и подкрепляется надежда на достижение и всего остального.

За счет чего эти обещания, пусть в малой степени, но могут реализоваться? Они осуществляются вследствие изменения образа жизни. К примеру, кришнаиты не употребляют в пищу мясо, рыбу, яйца, чеснок, грибы, шоколад. Не применяют никаких тонизирующих средств, в том числе чай и кофе. Не возбуждают себя азартными играми. Отказываются от внебрачных половых связей, а в браке половые контакты имеют только с целью рождения детей. Анализ подобных поведенческих ограничений позволяет понять, почему те из новообращенных, кто был подвержен аллергии, психически ослаблен наркотиками или сексуальными излишествами, через некоторое время такого очистительного поведения могут почувствовать себя значительно здоровее. Улучшение состояния существенно повышает доверие к остальным целям, провозглашаемым сектой, подаваемым «в одном флаконе».

Обещания секты отчасти сбываются. У приверженцев новой веры не только растет уверенность в себе, но происходит и реальное улучшение в делах. Тем более что для более успешной вербовки новых «духовных детей» неофиты, помимо оздоровительного курса, проходят и обучение, существенно повышающее их самооценку. Обучение проводится бесплатно, профессионально, по разнообразным программам. Например, их обучают физиогномике, приемам вступления в контакт, располагающей, скромной манере речи, психологическим способам завоевания авторитета у собеседника. Такие навыки помогают не только привлечению новых членов в группу, но и решению личных проблем. Кроме того, попадая в успешную группу и сливаясь с ней, новичок подсознательно переносит на себя и ее успехи, ощущая себя сильнее, удачливей, независимее.

Опираясь на очевидные улучшения в физическом и психическом состоянии неофита, его подводят к исповеди. Здесь используется то обстоятельство, что нередко сам процесс исповеди смягчает душевную боль и снижает вероятность рецидивов психических срывов. Стремясь к этому облегчению, человек соглашается быть предельно откровенным, а секта эксплуатирует это его стремление. В отличие от мировых религий, практикующих тайну исповеди, в секте информация, полученная на исповеди, не хранится в секрете. Она используется для формирования зависимости от тех, кто отпускает грехи. Тем самым исповедь направлена не столько на освобождение человека от чувства вины, сколько на усиление его подчинения. Под предлогом исповеди лидеры получают информацию, которая в дальнейшем делает неофита незащищенным, эмоционально уязвимым. Вместо освобождения от напряженности исповедь в конечном счете формирует чувство страха и вины.