Совершенно ясно, что главная цель сторонников генетического детерминизма заключается в том, чтобы снять ответственность с существующих буржуазных социально-политических отношений и институтов. Их усилия сконцентрированы главным образом на том, чтобы возложить всю ответственность за антисоциальное поведение на «генетически ущербных индивидов» с якобы нарушенной ответственностью, в то время как истинные причины такого поведения следует искать прежде всего в невыносимых условиях жизни в гетто, в нищете и безработице. Возрождение генетического детерминизма представляет собой безусловно шаг назад к социал-дарвинизму, к периоду, когда Герберт Спенсер доказывал, что мир, в сущности, устроен по принципу: выживает сильнейший.

Английский ученый, лауреат Нобелевской премии П. Б. Медоуэр, разоблачая расистские теории английской элиты, справедливо пишет, что утверждения, будто наследственные свойства человека (его генетический код) всецело предопределяют его способности, дальнейшую судьбу, горести и радости, лежат в основе расизма, фашизма и всех других теорий, пытающихся, как сказал французский философ Кондорсе, «сделать из природы соучастника в преступлении политического неравенства»².

Некоторые реакционные ученые, опираясь на достижения современной генетики, по существу, стремятся установить контроль над разумом и поведением человека в целях принудить его подчиниться тому, кто обладает властью. Так, ученый-бихевиорист Джеймс Макконен, профессор психологии Мичиганского университета, заявляет: «Наступил момент, когда… стало возможным… осуществить очень быстрый и чрезвычайно эффективный вид позитивного «промывания мозгов», что позволит добиться радикального> изменения поведения человека и его личности… Мы должны перестроить наше общество так, чтобы с самого дня рождения нас учили хотеть только то, чего хочет от нас общество. Теперь мы уже имеем техническую возможность сделать это…Никто не является хозяином своей личности… То, каким вы стали, от вас совершенно не зависело, поэтому нет никаких оснований считать, что вы должны иметь право отказаться от возможности стать новой личностью, если ваша прежняя была антиобщественной… Современные психологи-бихевиористы являются создателями и инженерами Прекрасного нового Мира»

Выступая 3 августа 1977 г. на слушаниях в сенате, адмирал Стэнсфильд Тэрнер, бывший в то время директором ЦРУ, признался, что его ведомство проводило и проводит опыты по «промыванию мозгов» бесчисленного множества американцев без их ведома и согласия. Одни из них были заключенными, другие — пациентами психиатрических больниц, третьи — пациентами онкологических лечебниц. Но среди них было и неизвестное число лиц, не находившихся в лечебных учреждениях, которые, ничего при этом не подозревая, стали выполнять роль подопытных кроликов. Подобная явно противозаконная деятельность ЦРУ осуществлялась при участии по меньшей мере 185 ученых и около 80 учреждений: тюрем, фармацевтических компаний, больниц и 44 медицинских колледжей и университетов.

Как видно, списывать в архив истории расистские теории нацистов, а также «медицинские эксперименты» нацистских врачей еще рано. Расизм еще живет, самые реакционные силы по-прежнему цепляются за него. И дело не только в расистских «теориях», более или менее тонких, более или менее коварных. Дело в том, что расисты действуют, список их злодеяний постоянно растет. Расизм глубоко проник в американское общество и заражает его. Расовой дискриминации подвергаются в США 30 млн. чернокожих американцев, а также миллионы других людей: индейцев, мексиканцев, выходцев из стран Центральной и Южной Америки.

На опасную роль расизма в жизни США указывает Г. Холл, подчеркивая, что на основе идеологии расовой дискриминации и сегрегации в стране консолидируется вся ультраправая коалиция: «Маньяки, выступающие за развязывание термоядерной войны, оголтелые ненавистники рабочего класса, антидемократические, профашистские банды — все они сегодня сползают на путь союза с расистами в южных штатах, с ку-клукс-клановцами и подобными им группами. Это поистине кристаллизация реакции, альянс, способный открыть дорогу фашизму»².

При поддержке США увереннее чувствуют себя расисты и в других странах, прежде всего в ЮАР — государстве, которое символизирует собой расовую дискриминацию в современном мире.

За последние годы здесь даже усилились позиции крайне правых, наиболее твердолобых приверженцев апартеида. Мутная, волна шовинизма захлестывает Израиль. Расширяется и углубляется пропасть между евреями и арабами — гражданами Израиля. Последние все острее чувствуют себя изгоями общества, построенного на принципах сионизма.

Наряду с националистическими, расистскими концепциями современные фашисты, как и их покровители, исповедуют тоталитаризм, беспрекословное подчинение части целому, индивида государству. Так, один из видных деятелей ХДС Эрнст Альбрехт провозглашает следующие «основы философии государства»: сильное государство не должно быть связано никаким правом или законом; как законодатель и творец права оно может не придерживаться закона, если этого потребуют «чрезвычайные обстоятельства» ¹. Ясно, что такое «понимание» государства ставит исполнительную власть над законодательной и тем самым служит оправданием тоталитарной фашистской диктатуры.

При этом неонацистский идеолог — Барник, проповедуя интенсивное усиление целого, восхваляет немецкий милитаризм именно за то, что его «этической основой» является сведение на нет личных качеств и особенностей индивида, его нивелирование и растворение в «целом». Для немца, заявляет Барник, «военная служба есть нечто вроде земного искупления, освобождения от персональной обособленности, возвращения к себе домой, в первоначальность» ².

Неонацистам с их псевдотеоретическими изысканиями на руку тот факт, что социал-дарвинизм все еще не стал достоянием истории. Антрополог Р. Ардри, последователь Конрада Лоренца, который обосновал тезис о врожденной агрессивности человека, «развил» своего «учителя», выдвинув положение о другом мистически обусловленном инстинкте человека — инстинкте обладания территорией. Созвучие этого «научного открытия» с фашистской теорией «жизненного пространства» самоочевидно. Это, в сущности, прямое оправдание с позиций биологии территориальных захватов и политики неоколониализма³. Характерное для нацистов прославление агрессии и жестокости «нордического» «сверхчеловека» теперь заменено более «спокойным» (но не менее опасным) выводом о вечно агрессивных основах человеческой натуры ⁴.

Фашистское принижение личности имеет другой своей стороной принижение народа в целом. Совершенно в духе гитлеровского принципа «фюрерства» неофашисты с презрением относятся к народным массам, противопоставляют им элиту во главе с сильным человеком. Старый гитлеровец, ныне «специалист» по проблемам послевоенной истории Г. Граберт объявляет основой национальной жизни беспрекословное подчинение масс «руководящему Я». При этом, ссылаясь на предысторию и историю «арийских» народов, он утверждает, что подлинно выдающимися руководителями «германского сообщества» издревле всегда были военачальники, а в современной истории Германии — представители «прусско-германского офицерского корпуса».

В том же духе неонацист А. Молер доказывает, что именно «при встрече превосходящей личности и массы возникает феномен власти». И примечательно, что в качестве «превосходящей личности», лучше других способной «восстановить» в Германии авторитет власти, Молер объявляет Ф. И. Штрауса, лидера реакционных, реваншистских сил в ФРГ².

И если представители официальных правящих кругов, борясь с коммунизмом, стремятся дискредитировать его, противопоставляя ему лозунги: «Свобода вместо социализма», «Свобода вместо коллективизма» — и проводя при этом клеветнические параллели с национал-социализмом, с тоталитарным государствам Гитлера и т. и., то неофашисты уже с откровенной ненавистью объявляют коммунизм своим «злейшим врагом», открыто восхваляют «третий рейх», «национал-социализм», воспевают новый, «четвертый рейх» и т. д. и т. п.³