Сегодня империализм любой страны уже не может претендовать на господство над другими нациями с позиций открытого обоснования своей национальной «миссии». Сегодня монополистическая буржуазия может еще иметь какие-либо иллюзии в отношении своих возможностей только с учетом всеобщих империалистических интересов. Космополитизм нужен сегодня империалистам для взаимной безопасности, для совместной борьбы против социализма и во имя совместного угнетения «своих» народов. Тенденция к прорыву национальных ограничений, заключенная в конечном счете в характере современных производительных сил, осуществляется империализмом в виде космополитического объединения монополий против народа. Поэтому неофашисты назойливо апеллируют сегодня к защите «европейского единства», «сохранения европейских культурных ценностей», призывают все «конструктивные» силы Европы объединиться в борьбе против коммунистов и других «деструктивных» партий и организаций и т. д. и т. п. Однако это касается прежде всего внешнеполитической сферы.

Для антикоммунистической же мобилизации внутри собственной страны шовинизм и национализм по-прежнему служат эффективным средством. Консервативные, реакционные теоретики ФРГ и сегодня требуют сохранения преемственности исторического развития Германии. Так, Г. Рейн «доказывает»: понятие рейха вмещает для немцев нечто особое наднациональное, а поэтому также надгосударственное, нечто священное, что имело свое начало и христианско-романском универсуме¹. Конечно, в наши дни не так часто, как во времена Гитлера, говорят о «народном сообществе», об «арийской расе», о «крови и судьбе», «крови и земле» и т. п.[26] Теперь больше говорят об «агрессивности» Советского Союза, якобы стремящегося к мировому господству; не говорят уже о «голоде» в ГДР, но ее успехи объясняют не преимуществами социалистического строя, а тем, что здесь, «в зоне», живут и трудятся тоже «ведь немцы». В пропаганде национализма используется даже такой поразительный по своему цинизму аргумент: «Мы не хотим, чтобы обливали грязью и оскорбляли немецкий: народ!». Так демагогически восклицают националисты, неофашисты и им подобные, когда кто-либо напоминает о преступлениях германского фашизма и милитаризма в годы второй мировой войны.

Особенно много спекулируют на пагубной волне идеологии национализма и шовинизма неонацисты. Лозунги Вильгельма II «Я не знаю никаких партий, я знаю только немцев» и Геббельса «Один народ, одно государство, один фюрер», демагогический призыв Штрауса «Мы все в одной лодке» являются ключевыми в националистической пропаганде западногерманских неофашистов. Как и во времена Гитлера, неофашистские круги ФРГ стараются привить немецкому народу убеждения в «идее отечества», в «исключительности» своей немецкой «нации».

И не случайно (и не только по традиции) идеологи неофашизма прибегают к этим паролям, демагогически апеллируя к национальному чувству народа. Это в решающей степени объясняется тем, что идея нации, идея отечества никогда не были для трудящихся масс чуждыми или враждебными. Они соответствуют объективному процессу формирования нации, которая в своей основе имеет реально существующую общность. Нация при капитализме расколота на антагонистические классы, в буржуазном государстве не может быть и речи о единстве нации, но тем не менее по отношению к другим нациям она всегда противостоит как некое относительное единство. Используя это, правящие круги пытаются идею нации противопоставить идее интернационализма, идее класса. И действительно, идея нации в известной мере формируется легче в связи с такими внешне очевидными чертами, как общность языка, территории, в то время как познание классовой общности требует более глубокого проникновения в сущность социальных явлений. Исходя из этого, неофашистские теоретики стремятся классовую борьбу подчинить «национальному интересу», сделать последний интегрирующей основой включения всех слоев в сферу «государственного интереса» и т. п.

Однако, повторяем, наряду с националистическими лозунгами неофашисты весьма часто вполне откровенно выражают свой расистские взгляды. Ни радикальные утопии, ни философские учения о человеке не могут определять политику, «доказывают» теоретики неонацизма. Поскольку человек является частью биологической системы и принадлежит к определенной расе, то решающую роль в истории и политике якобы играют расовые и племенные различия. Так, один из «видных» теоретиков неонацизма Эрнст-Густав Анрих «доказывает», что человеческий род «произрос… не как один совершенно одинаковый вид и одно сообщество, а как подвиды и подсообщества в великих, отделенных друг от друга пространствах, как расы с различными телесными и духовными задатками, стилем самовыражения и распространением»¹.

Марксисты, комунисты, разумеется, отвергают подобные расистские «изыскания», обосновывающие и питающие шовинизм, слепое чувство превосходства «своей» нации над другими нациями и народами. Шовинизму империалистических кругов коммунисты противопоставляют интернационалистскую убежденность пролетарских бойцов, в основе которой лежит четкая классовая позиция. Ярким ее выражением служат, в частности, слова Генерального секретаря Коммунистической партии Израиля М. Вильнера, который решительно отверг шовинизм сионистской верхушки: «Я — еврей. Таким я родился. А Бегин? Он что — мой собрат? Мы — сыны одного народа? Нет!…Наш принцип: делить людей не по национальному, а по классовому, идейно-политическому признаку. Вот с Тафиком Туби (заместитель Генерального секретаря ЦК КПИ, по национальности араб) мы — сыны одного народа!…»¹

Трудно поверить, что сегодня — после заката эры нацизма — снова имеют весьма широкое распространение расистские взгляды.

Петер Шютт, прогрессивный западногерманский писатель, пишет, что «начало восьмидесятых годов» в ФРГ «отмечено такой враждебностью к иностранцам, ненавистью к «чужакам», таким расизмом, каких не было с расистских времен». Правые и неонацисты ведут разнузданную кампанию против иностранцев, особенно «гастарбайтеров» — иностранных рабочих. В 1980 г. в западногерманской столице была основана организация «Боннская гражданская инициатива по защите от наплыва азиатов и прочего чужеземного засилья», в Штутгарте — «Гражданская инициатива по прекращению иммиграции», в Вангеле, оплоте ХДС, — «Лига против иностранных бесчинств», НДП проводит свои избирательные кампании под лозунгом «Остановить иностранцев — Германия для немцев». Неонацисты рассылают иностранцам множество угрожающих писем с изображением свастики и знаков СС: «Скоро начнется», «Близок час расплаты», «Если не уберетесь, начнем вас выкуривать сами» и т. п. В Бамберге члены неонацистской организации «Викинги» намалевали в молодежном центре: «Осторожно, газ! Вход только для евреев» — и выпустили листовки с требованием стерилизовать всех черных, имеющих более трех детей. А председатель фракции ХСС в баварском ландтаге Густль Ланг потребовал сооружения для иммигрантов «бараков, обнесенных оградой, со сторожевыми постами». Подобная расистская пропаганда снова приносит свои плоды. Как показывают результаты опроса, проведенного правительственными учреждениями, 18 % западногерманских граждан заявили, что видят в иностранцах и «гастарбайтерах» «смертельную опасность для нашего народа». П. Шютт справедливо подчеркивает: «Тот, кто относится к другим как к чужакам, в конечном счете переносит свои предрассудки на всех встречных»; во всех, в том числе и себе подобных, он видит врагов². Такой озлобленный и вместе с тем всего боящийся обыватель скорее всего идет к фашистам.

Но примечательно, что расистские убеждения присущи не только приверженцам оголтелых, человеконенавистнических неофашистских группировок, а даже многим представителям научных кругов. В этом кроется их наибольшая опасность. Во всяком случае, как отмечает С. Чавкин, в США и сегодня существует немало теорий, в которых при решении, например, проблем преступности наблюдается тенденция обойти социальные корни насилия (неустойчивое состояние экономики, безработицу и т. д.) и сосредоточить внимание на «патологии» (генетической или какой-либо иной) преступника. Увеличение числа черных и лиц латиноамериканского происхождения среди американских заключенных некоторые теоретики объясняют, в частности, наследственными пороками различных этнических групп. При этом даже не предпринимается попытка как-то скрыть откровенный расизм, проглядывающий сквозь подобные высказывания. Так, профессор биофизики Питтсбургского университета Р. А. Макконнел заявил: примерно от 10 до 30 % населения США не обладают достаточными генетическими способностями, чтобы самоокупать себя или вносить больший вклад в экономическое развитие современного индустриального общества. По его мнению, в этом и кроется главная причина нынешних социальных недугов Ч