Для достижения национальной цели надо научить всех работающих в футболе людей зарабатывать на нем деньги, а не выпрашивать спасительные средства в предсмертный час. «Зенит» на одной только атрибутике зарабатывал 300 миллионов рублей в год. Это хватило бы на средний бюджет клуба высшей лиги.

Вопрос: Некоторые наши олигархи так живо интересуются футболом, что скупают целые клубы. Нет ли смысла создать теневой кабинет олигархов, которые помогали бы российскому футболу?

Ответ: Может быть, есть резон в Попечительском совете при РФС. Но это не орган функционеров, а совет спонсоров и инвесторов, которые должны четко понимать, куда идут их деньги. Инвесторы – это часть футбольного этноса, которая также должна участвовать в общем диалоге.

Вопрос: Сергей Александрович, вы чрезвычайно осведомлены в футбольных делах. Невозможно не задать вопрос, который гложет каждого футбольного болельщика: отчего мы проиграли Словении?

Ответ: Для меня поражение не стало неожиданностью, был уверен. Еще до игры с Германией мне думалось, что сборная не выполнит задачу. Хиддинк – прекрасный тренер, он умеет выжать максимальный результат. Но на Чемпионате Европы ему очень повезло, поскольку он получил прекрасно подготовленных игроков ЦСКА и «Зенита», которые после клубных побед никого в Европе не боялись и хотели, сверкнув, уехать за границу. Но Газзаев и Адвокат ушли из клубов, и уровень игроков резко снизился – выяснилось, что они зависят от тренеров, сами не очень самостоятельны.

Вопрос: Кто должен быть тренером сборной – русский или иностранец?

Ответ: Все зависит от уровня задач, которые ставятся перед сборной. Если мы хотим бить иностранцев, у сборной должен быть тренер, который знает их изнутри и умеет это делать.

С. Л.: Среди болельщиков ходит шутка: он так любил футбол, что смотрел только хоккей. Если вы станете президентом Российского футбольного союза, хочется пожелать, чтобы футбол упоенно смотрели даже хоккейные болельщики, а кажущаяся пока фантастической цель была победоносно достигнута.

2010

Вопрос: Война на Северном Кавказе велась с 1817 до 1864 года и оказалась самой длительной в истории России. Но это официальные цифры, потому что легендарный шейх Мансур убивал русских генералов задолго до того, как на Кавказскую линию командующим был отправлен Ермолов, а после окончательного усмирения при князе Барятинском мирная идиллия тоже не наступила. Если взять последние десятилетия, то напрашивается вопрос: не начертана ли Северному Кавказу на скрижалях истории судьба воевать вечно и кровопролитно?

Ответ: Вся история Северного Кавказа задолго до появления в этом регионе России пронизана жестокими войнами. В условиях дефицита земли и скученности многих народов войны неизбежны. Кавказского братства, о котором иногда говорят, не было никогда. Именно по этой причине ведутся нескончаемые и бесперспективные споры о том, кто раньше пришел на эти территории и какие этнические корни у нынешних народов. Разговоры о том, что на Северный Кавказ напала «плохая» Россия, глупы и безосновательны. Шейх Мансур поголовно вырезал целые селения в Чечне из религиозных соображений. В XIX веке Кавказ оказался зажат между региональными супердержавами – Россией, Персией и Турцией. В тот период Россия в силу объективных исторических законов расширялась и «падала» на юг. Если бы не Россия, Кавказ завоевали бы другие страны.

Судя по мемуарам русских офицеров, война на Северном Кавказе была кровавой бойней при взаимном уважении. Последний имам Шамиль был взят в плен, жил в достатке, получил дворянство, его дети учились в Пажеском корпусе. Самым потрясающим впечатлением на закате жизни для него стали голые плечи женщин на великосветском приеме. Шамиль, как и другие представители кавказской элиты, понимал обреченность военного конфликта с Россией и боролся, по существу, за статус Северного Кавказа. В этом отношении с тех пор мало что изменилось. Другими стали настроения русских военных. В самые жестокие времена Ермолова офицеры писали, что пришли сюда командовать и Северный Кавказ неизбежно станет частью Российской империи. Сейчас у наших войск развивается комплекс неполноценности.

Вопрос: Вы говорите о вечной войне, но в советское время на Северном Кавказе было, кажется, спокойно…

Ответ: Это заблуждение, созданное пропагандой. Никогда не было мира. В 1930-х годах на Северном Кавказе действовали десятки антисоветских банд в десятки тысяч человек. Отряд Хасана Исраилова вел настоящую войну с частями Красной Армии. Антироссийские настроения были настолько сильны, что значительный процент населения во время оккупации поддержал Гитлера, были сформированы регулярные части в составе немецких войск. В 1944 году у Сталина, если следовать его полоумной логике, были основания выселить чеченцев, которые остались в тылу Красной Армии и вели национальную борьбу, в безопасную Среднюю Азию. Сталин проявил к чеченцам жестокость и мстительность, но он был жесток и мстителен ко всем народам. Случилось так, что высылка способствовала тому, что у поколения, выросшего вдали от родных мест, сформировалось более широкое мировоззрение и современное восприятие жизни. Достаточно, при всей их непохожести, назвать имена Хасбулатова, Дудаева, Аслаханова, Хаджиева, которые стали политиками российского масштаба.

Одним словом, если через двести лет будущий историк напишет книгу о Северном Кавказе, он скажет о нашем времени: «Война продолжалась, как и прежде во все времена».

Вопрос: Между прочим, я читал, что американский профессор и знаменитый советолог, с которого начался самиздат в СССР, Авторханов – друг детства Исраилова. Но от ваших слов веет безысходностью. Кстати, есть ли на планете другие регионы, где идет перманентная война?

Ответ: Ближний Восток, где война не прекращается с ветхозаветных времен. То Моисей, то Рим, то крестоносцы, то халифат – и так до наших дней. Но живут же люди, хотя жалуются.

Вопрос: Зачем России Северный Кавказ? Не проще ли уйти от вечной головной боли и жить спокойно? Сколько народу погибло, сколько средств потрачено, и конца не видно. Вы проходили службу в Советской Армии на территории Алжира. Вот Франция ушла из богатого Алжира – и во многом добровольно…

Ответ: Дело в том, что с Северного Кавказа Россия не может уйти. Во-первых, нет границ, в отличие от Франции и Алжира, которых разделяет море, в отличие от Южного Кавказа, отделенного горным хребтом. Во-вторых, население Северного Кавказа быстро распространяется по всей России. В Ингушетии и в секторе Газа самый большой прирост численности населения на планете. Больше 3 процентов в год! В Чечне чуть меньше.

Вопрос: Чечня – крохотный кусочек по сравнению с Россией, всего 0,07 процента территории. Но по последней переписи населения в России в 2002 году чеченцы были на шестом месте, а сейчас демографы уверены, что они уже на пятом, скоро будут на четвертом после русских, татар, украинцев и башкир.

Ответ: Знакомый мулла из Поволжья рассказал, что большинство прихожан в мечети уже не местные мусульмане, а выходцы с Кавказа. По разным оценкам, в России от 3,5 до 35 миллионов мусульман. Последняя цифра кажется мне радикальной, но 16,5 миллионов – это реально. В Москве, по оценкам, от 400 тысяч до 2 миллионов мусульман. Думаю, можно говорить о полутора миллионах, из них татар всего 300 тысяч. Кавказ движется по России. Русский язык, как английский в западном мире, становится языком межмусульманского общения в мечети. По-русски читаются даже серьезные проповеди. Уйти с Северного Кавказа нельзя еще и по той причине, что там сразу же начнется гражданская война, которая перекинется на Россию.