Если тиджанийа была едина и даже поздние внутренние распри не привели к отделению от нее новых ветвей, то идрисийа раскололась сразу же после смерти учителя, и наиболее влиятельные из его учеников начали действовать независимо. Самым известным среди них был Мухаммад б. 'Али ас-Сануси, основатель санусийа, а также Мухаммад 'Усман ал-Миргани — основатель мирганийа. Эти ответвления, а равно и ряд других стали самостоятельными тарика, только внешне признающими свою зависимость от учения Ахмада б. Идриса, и поэтому естественно, что у них были свои особые методы обучения и тренировки. Санусийа была единственным орденом, сохранившим тихий зикр Ахмада, осуждавшего музыку, пляски и резкие телодвижения. Экстаз в прямом, обычном понимании этого слова никогда не был целью зикра санусийа. Считалось, что братья (ихван) должны сами зарабатывать пропитание, они жили уединенно в центрах-завийа, обеспечивая себя самым необходимым в оазисах пустыни Сахары. Особое внимание уделялось зикру медитации. Созерцая сущность Пророка, мурид стремился достичь отождествления с ним[378].

Унаследовав особую преемственную традицию азиатского суфизма, мирганийа развивалась почти в противоположном направлении. Этот орден подчеркивал ценности музыки и физических упражнений во время радений, хотя и не допускал здесь излишеств. Орден этот не имел завийа, не было у него и факиров (фукара), посвятивших свою жизнь служению и молитве. Мирганиты не придавали большого значения активным радениям, и главным для них была скорее святость семьи Миргани, посредством которой простой смертный мог обрести спасение.

Эти два ордена, сыгравшие важную роль в истории, заслуживают более подробного исследования. Мирганийа с самого основания развивалась как азиатский орден, приспособивший свой культ к жизни африканских кушитов, в то время как санусийа пришлось приложить немало усилий, чтобы осуществить в пустыне Сахаре свое предназначение, а после Второй мировой войны сануситское "царство" испытало духовное падение.

К концу XVIII в. род Миргани после долгого пребывания в Средней Азии переселился в Мекку, где мекканские шурафа признали их притязания на происхождение от Пророка. Дед Мухаммада 'Усмана — 'Абдаллах ал-Махджуб (ум. 1207/1792) был широко известным суфием[379], и Мухаммад 'Усман пошел по его стопам. Как и ас-Сануси, ему хотелось быть посвященным во многие ордены, но настоящим его шейхом стал Ахмад б. Идрис. Ахмад послал его пропагандировать реформу в Египет и Нилотский Судан (1817) — как раз перед тем, как они были завоеваны Мухаммадом 'Али. Миссия его оказалась не очень успешной, но он женился на суданке, и их сын ал-Хасан впоследствии добился того, что его тарика стала главной в Восточном Судане. Мухаммад 'Усман возвратился в Мекку, а затем сопровождал Ахмада, когда тот отправился в Сабийю. Однако после смерти учителя он снова вернулся в Мекку, где долго соперничал с другими учениками Ахмада — Мухаммадом б. 'Али ас-Сануси и Ибрахимом ар-Рашидом. Оба они считали себя преемниками Ахмада и основали собственные независимые тарика. В Мекке Мухаммад 'Усман оказался сначала удачливее своих соперников, поскольку здесь знали его семью. Он не был шейхом-реформатором, как Ахмад, и пользовался поддержкой некоторых мекканских шурафа. В своих сочинениях он почти не говорит о том, что он заимствовал у Ахмада, и, подобно ас-Сануси, утверждает, что его тарика всеобъемлюща и что она взяла все самое существенное из накшбандийа, шазилийа, кадирийа, джунайдийа и мирганийа его деда, а поэтому "всякий, кто примет у него тарику и пойдет по его Пути, присоединится тем самым к цепям (асанид) этих тарика"[380].

Он отправил своих сыновей в разные страны — Южную Аравию, Египет, Нилотский Судан и даже в Индию. В каждой из них образовалось ядро его сторонников еще до его смерти в 1268/1851 г. в Таифе, куда он перебрался, боясь все возрастающей враждебности улемов. Пропаганда его учения увенчалась наибольшим успехом в Египетском Судане, где в Касале поселился его сын ал-Хасан (ум. ок. 1869), основавший поселение Хатмийа. Когда Мухаммад Ахмад объявил себя в 1881 г. в Судане махди, семья Миргани, утвердившаяся здесь, как и другие ордены, связанные с турецко-египетскими правителями, выступила против его притязаний и на время махдизма вынуждена была уйти в изгнание. Однако после вторичной оккупации Судана в 1898 г. она восстановила свой былой престиж. Мирганиты решительно препятствовали попыткам своих халифа отколоться и основать независимые ветви; исключение было сделано лишь в одном случае, когда право на самостоятельность отделившегося ордена признал сам Мухаммад 'Усман. Таким орденом была исма'илийа, основанная в 1864 г. Исма'илом б. 'Абдаллахом (1793-1863) в Эль-Обейде (Кордофан)[381].

Ислам Восточного Судана, арабский по языку, примирил ортодоксальность с мистицизмом. Духовные вожди здесь одновременно выполняли функции факиха (юриста), факира (суфия) и му'аллима (обучающего Корану), именуясь одним общим термином феки, а их поселения, сочетавшие все эти функции, носили название халва (уединение). Изменившаяся обстановка вызвала к жизни новый вид религиозного соперничества орденов и новые формы их лояльности. Аскетизм, мистическая практика и обучение теперь уже не считались основными; требовалось лишь безоговорочно уповать на мирганитов, верность которым гарантировала рай. Существовали еще и старые семейные и племенные ордены, поддерживающие старый дух борьбы с фанатизмом ортодоксов; фанатизм вскоре ярко проявился в неприятии махдистами суфийского наследия.

(в) Санусийа[382]

Мухаммад б. 'Али ас-Сануси (1787-1859) оказался вовлеченным в спор о преемниках Ахмада б. Идриса. Он основал в 1838 г. свою первую завийу в Абу Кубайсе, на холме с видом на Ка'бу. Однако, несмотря на то что он завоевал сторонников, он не мог устоять одновременно против улемов и семьи Миргани, пустившей глубокие корни в Мекке. В конце концов он был вынужден покинуть Мекку (1840) и поселиться во внутренней Киренаике в горах, известных под названием Джабал Ахдар, где основал завийу ал-Байда. Этот сравнительно плодородный район среди унылой пустыни был расположен так, что давал возможность ас-Сануси распространять свое влияние на племена кочевников и поддерживать связи с караванами купцов, приходящими из Центрального Судана. Ему, правда, удалось завоевать доверие многих кочевых племен Киренаики, но он так и не сумел привлечь на свою сторону оседлых земледельцев и городских жителей, сохранивших приверженность старым орденам. Миссионерские идеи ас-Сануси побудили его отправиться на юг к полуязыческим, постоянно враждующим племенам Сахары, а затем еще дальше — к негритянским народам Центрального Судана. В 1856 г. он перенес свою резиденцию из ал-Байды в Джагбуб в глубине Ливийской пустыни, преследуя двоякую цель — избежать вмешательства турок и укрепить свое влияние в Центральной Сахаре. Там он основал особого типа завийу, напоминавшую по своему положению на границе старый рибат, но гораздо более сложную в религиозном и социальном отношении.

Среди преемников Ахмада ближе всего стоит к нему Мухаммад б. 'Али, стремившийся, как и учитель, устранить причины разброда среди мусульман. Как и Ахмад, он ратовал за возвращение к первоначальным истокам Корана и сунны. Поскольку это предполагало отрицание иджма' и кийаса и, следовательно, всего здания ортодоксального ислама (чего, очевидно, не предвидели ни Ахмад, ни Мухаммад б. 'Али), враждебность улемов была им обеспечена[383]. Мухаммад б. 'Али утверждал, что все силсила существующих орденов были сведены воедино и объединились в нем самом, а в своей книге "Ас-салсабил" он описывает требования, предъявляемые к зикрам этих орденов для того, чтобы показать, как его учение удовлетворяет им всем[384]. Его сочинения нельзя назвать мистическими в строгом смысле этого слова. Так, в его "Ал-масаил ал-'ашар" говорится "о десяти задачах", которые встают при исполнении ритуальной молитвы (салат). Он преследовал ту же цель, что и Ахмад, пытаясь очистить суфийскую практику от излишеств и искажений. Он подчеркивал важность благочестивого аспекта при чтении зикра и запрещал несдержанную, шумную экзальтацию, с которой стал ассоциироваться зикр, но в то же время, будучи также практиком-миссионером, он не забывал о нуждах простых людей и разрешал культы, связанные с почитанием святых.