Религиозные обряды в иранской и турецкой среде были разработаны гораздо скрупулезнее, чем в мире западного мусульманства, и кандидатов в члены ордена дополнительно к хирке облачали также в другие одежды. В некоторых тюркских и восточных орденах эта одежда включала в себя сирвал (штаны), хизам (пояс), пиштимал (набедренная повязка) и тадж (головной убор)[531]. Такие способы инициации были заимствованы из шиитских орденов и футуввы.

Ибн Джубайр, живший в Сирии в конце VI/XII в., пишет о таифе под названием набавийа и о том, что члены ее — сунниты, верящие в футувву и во все, что связано с мужественностью. И всех, кого они принимают в орден, а принимают они, только если считают, что он наделен такими качествами, они облачают в штаны[532]. То же самое говорит Ибн Баттута об ал-ахийат ал-фитйан из завийи в Конье: "Штаны для них такая же только им присущая одежда, как хирка для суфия"[533]. При инициации требовалось испить напиток футуввы подсоленную воду. Ордены приняли этот обычай, но со временем перешли к подслащенной воде. В этих орденах слово шадд ("опоясывание") означало "инициация". Этот обряд, служивший кульминацией всей церемонии, весьма напоминал рабт ал-махзам — "перевязывать поясом или шалью". В обоих терминах смысловой акцент делается на процессе обвязывания головы чалмой или опоясывания туловища (или же на обоих обрядах) при помощи определенного количества узлов. Термин этот, однако, может обозначать и весь ритуал. Хизам носили главным образом турецкие и персидские (но не арабские) суфии[534].

Приведем сначала описание церемонии "усыновления", т. е. приема в орден неофита недервиша, церемонии, ставящей его в зависимость от oпpeдeлeннoгo шейха и его преемников. Такая форма приема существовала еще во времена Шихабаддина ас-Сухраварди, различавшего два типа хирки — ту, в которую облачали неофита, и ту, которую даровали муташаббиху (выдающему себя за дервиша):

Ибн Баттута показывает нам, как в его время изменилась хирка — ритуал инвеституры. Он пишет: "Я встретил в этом городе (Хурмуз) святого странствующего шейха Абу-л-Хасана ал-Аксарани, румийца (грека) по происхождению, который потчевал меня, а затем нанес мне ответный визит, во время которого облачил меня в платье (савб, т. е. хирка) и подарил мне пояс товарищества[536], что помогает мне [отправлять религиозные упражнения]. Большинство персидских дервишей опоясываются таким поясом".[537]

Церемония посвящения рядового члена ордена на третьей стадии (в таком виде дошедшая до нашего времени) в разных орденах различалась лишь незначительными деталями. Она называлась 'ахд, и главным составным элементом ее была бай'а ("присяга на верность"), которую мурид, в согласии с установленным ритуалом, приносил своему шейху, после чего получал его согласие на произнесение формулы обета и разрешение читать особый зикр, а также ахзаб, один или несколько. Нижеследующий отрывок заключает основные требования, предъявляемые к новичку в ордене кадирийа[538].

После того как мурид в состоянии ритуальной чистоты совершит два рак'ата, он садится лицом к шейху, прижавшись к нему бедром и сжав его правую руку своей правой рукой (мусафаха), и произносит "Фатиху" и другие молитвы в восхваление Пророка и шейхов разных силсила, в основном шейхов кадирийа. Затем шейх читает, а мурид повторяет за ним слово в слово молитву, испрашивающую прощение у Бога и удостоверяющую, что принимаемый 'ахд — это 'ахд Бога и его посланника и что рука шейха — это рука 'Абдалкадира, и что он, мурид, обещает читать зикр в полном соответствии с тем, что ему продиктует шейх. Затем шейх про себя три раза произносит молитву "О Единственный, о Великий! Коснись меня своим дыханием" и потом трижды читает айат ал-мубайа'а (Коран XLVIII, 10) и другие соответствующие случаю стихи (например, XVI, 93), а также калимат ат-таухид. Мурид подтверждает, что принимает все условия, и тогда шейх говорит, обращаясь к нему: "Я тоже принял тебя как своего сына". После молитвы освящения шейх дает ему испить из чаши воды (чистой или подслащенной) или растительного масла и завершает церемонию вручением муриду его личного зикра и заключительными молитвами.

Этот обряд посвящения необходим был не только для должностных лиц, но и для всех желающих принять участие в коллективном зикре[539], хотя часто связи новых членов с общиной были непрочными и нередко ограничивались связями с шейхом и его семьей. Я привожу здесь формулу самой простой бай'а, которую дал мне шейх небольшой таифы шазили: "Боже, я раскаялся перед Тобой, прими шейха Икс в качестве моего учителя, в качестве моего шейха как в этом мире, так и в будущем, в качестве наставника и ведущего перед Твое присутствие и в качестве руководителя (муршида) на Твоем пути. Я не ослушаюсь его ни словом, ни делом, ни открыто, ни тайно. Укрепи меня, о Боже, в покорности ему и в его тарике как в этом мире, так и в будущем, и в тарике шейха шейхов и имама имамов, полюса (кутб) общины, моего господина Абу-л-Хасана аш-Шазили, да будет любезен он Богу!"

После этого шейх и мурид повторяют вместе "Фатиху" и тахлил.

Существование тарика зиждется на суфийской традиции преемственности. Именно через инициацию в полном смысле этого слова, как понимает дервиш, человек вступает в духовный мир и тем способствует укреплению преемственности. Инициация может быть "духовной" (учение ордена увайси-хадир), но, как правило, она проводится под руководством реально существующего учителя. Естественно, что посвящение дервиша было обрядом более сложным, чем инициация приходящего члена общины. После первого самого простого обряда посвящения дервиш некоторое время находится в услужении у братии по обители[540]. В это время он проходит курс усиленного обучения, готовясь к принятию полной бай'а. Во время церемонии 'ахд он получает наставления, включающие знаменитый завет: "Будь покорен шейху, подобно трупу в руках обмывающего. Тот вертит его как пожелает, и труп послушен ему". Сжатием руки (мусафаха) он скрепляет свой обет послушания. Его освящают водой или молоком, облачают в хирку и дают четки (тасбих) и книгу молитв (аврад), по которой он обещает читать молитвы, как только получит разрешение. С этой минуты он связан с обителью и должен подчинить свою жизнь ее правилам — молиться, поститься, хранить обет молчания, бодрствовать и т. д.[541].

Как уже отмечалось, бекташи делятся на две основные категории: деревенские общины (кизил-баш) и посвященные дервиши, связанные с определенной ячейкой. Сельские общины имели нечто вроде возрастного ценза, и инициацию в связи с этим осуществлял деревенский глава ячейки, пост которого был наследственным, в то время как дервишеская община была добровольной. Церемония посвящения называлась икрар айини[542] — церемония признания веры (икрар) или айниджем (название основной ритуальной молитвы, которую читают по случаю), с помощью которого мурид становится мухипом (мухибб) и получает право принять участие в церемониях ордена. Когда дервиш достаточно овладел профессиональными навыками, он должен был пройти еще одну церемонию принесения клятвы (вакфи вуджут) и получить разрешение носить тадж, т. е. особый головной убор ордена. Дервиш, дающий обет безбрачия, проходил еще и дополнительную церемонию — муджеррет айини. Эвлия Челеби посетил знаменитую обитель бекташей в Усманджике, построенную Байазидом II после вещего сна на месте могилы Койун Баба, преемника Хаджжи Бекташа. Там, излечившись от заразного глазного заболевания, он был принят в бекташийа (очевидно, номинально младшим членом). Он так пишет об этом: "С тех пор я храню символы дервишества, полученные в обители, а именно одежду (хирка), ковер (седжаде), знамя (алем), барабан (табл кудуми), веревку (палехенк)[543], посох (аса) и головной убор или корону (тадж)[544]".