Конфронтация между сословиями, классами, социальными слоями населения возможна только как результат бестолковости в государственном регулировании межклассовых отношений либо при отсутствии такого регулирования.

Вполне очевидно, что классовые интересы не всегда совпадают. Трудно найти предпринимателя, не желающего повысить доходную часть своей коммерции. Более того, подобный предприниматель плох как коммерсант. Цена хорошему коммерсанту пропорциональна показателю его доходов. Так что же теперь, извести этот общественный класс, расстрелять его, как это было при социал-большевизме, и поставить на место коммерсантов рабочих? Да, – сказали большевики, – и тем самым создали плохого торговца, не умеющего и не желающего уметь торговать. И теперь каждый из нас регулярно сталкивается с плохим торговцем там, где торговец лишен коммерческой инициативы и торговой выгоды, где он не может проявить себя в свойствах и качествах своего общественного класса.

Общество не может усвоить, что материальный эквивалент сословия выражается по-разному. Для производителя – это продукт, для предпринимателя – товар. Когда производитель подключается к товарообороту, он неизбежно вторгается в сферу деятельности предпринимателя. Любое современное производство только выигрывает от интегрирования двух этих сословий в рамках единого торгово-промышленного комплекса, где каждый профессионально выполняет собственную задачу. Беда советской экономики состояла в том, что производитель получал не по реальной стоимости своей продукции, а по стоимости своего труда. В результате труд стад непроизводительным, а продукция неконкурентоспособной. Товар в итоге не мог создать предпринимательской инициативы, а общественно-политический строй, блокировав классовую деятельность предпринимателя, не давал возможность предъявлять к товару коммерческие требования.Сословное равновесие, сословный паритет позволяют построить и регулировать общественные отношения без применения классового насилия. Насилие одного сословия над другим может быть выгодно только политическим авантюристам или подрывателям национального единства.

Динамика исторических процессов

Наконец рассмотрим показатель динамики исторических процессов и общественного развития. Он и составит третью опору Государству.

Цикличность исторических процессов следует рассматривать только как событийный фон цивилизации, механически организованный законами ее развития. Нашим аналитикам свойственно находить под общественной историей какое угодно обоснование – с точки зрения социальной идеологии, с точки зрения развития общественно-экономических отношений, с точки зрения духовного развития и даже в соответствии с законами астрологии, но только не в соответствии с законами физики. Между тем, познаваемость законов развития – прерогатива, в первую очередь, физики, и только потом философии. Идеологическое манипулирование этими законами должно быть вытеснено формулировками и выводами точной науки.

Цивилизация – есть некое физическое тело, функциональным пространством которого являются внутрисоциальные и межэтнические отношения. Цивилизация имеет тип, очаг, движущие силы, границы распространения или ареал, потенциал. Для возбуждения процессов, приводящих к созданию цивилизации, необходимо развитие исторической инициативы – например, овладение огнем, плавлением металлов или переход от собирательства к производству. Достаточно очевидно, что все известные нам цивилизации развивались технократическим путем. Их духовный опыт никогда не играл роль главной силы общественного развития. Цивилизаторская инициатива – вот как можно было бы назвать этот символ общественно-исторической новизны, притягивающий к себе общественные силы.

Цивилизация создает собственную этносистему. Она работает в режиме поглощения слабых этносов. Однако при истощении цивилизаторской инициативы этносистема начинает стремительно разрушаться. Этому разрушению способствуют культурологические различия народов.

В очаге цивилизаторской инициативы происходит концентрация сил. Бурное развития общественно-исторической идеи создает взрыв накопленной ею критической массы. Начинается разрастание ареала. Действуют центробежные силы. Война – один из механизмов экспансии цивилизации. Но она только орудие в руках ее идеи. У войны нет иных зачинщиков и вдохновителей, кроме самой цивилизаторской инициативы.

Исторический потенциал этой инициативы определяет время существования самой цивилизации. Потенциал выдыхается, рушится этносистема. Таким образом этнос-инициатор оказывается на острие атак «освободившихся», отпавших фрагментов этносистемы.

Русская цивилизаторская инициатива, в основе которой стояла государствоустроитепьная деятельность военных этносов Южной Балтики, подходит к своему современному финалу (временному, разумеется). Сиюминутная обстановка нашего цивилизаторского обвала типична при угасании эпохи императивности мелких этносов. Народы возвращаются к ущербной мелковесности своего измерения. Кем они были раньше? Великим народом Великой Империи. Что дала им свобода? Понятие «малый народ» на постсоветском пространстве. Маленький народ, маленькая экономика, маленькая культура…

На фоне общего угасания русские занимаются провозглашением своего величия. Те русские, которые сделали из этого провозглашения самоупоитепьную догму, что-то вроде приворотного заговора. Звучит подобное самовосхваление сейчас по меньшей мере странно. За последние пятьдесят пет не выиграв ни одной войны, провалив «социалистический проект», в который были вложены десятки миллионов жизней, сдав свои национальные интересы партнерству с малыми народами, наконец, потеряв рычаги управления собственным государством, мы говорим о собственном величии?! Величие нужно не провозглашать, а создавать действием. Результатом действия.

Сегодня важно понимать, что одна проигранная кампания затмевает память о десяти блистательных победах. Народы помнят только то, что хотят помнить. Сегодня важно не щеголять своими прошлыми достоинствами, а строить грядущее потенциальное превосходство.

И в качестве новой цивилизаторской инициативы, способной создать глобальный виток общественно-исторического процесса, новую цивилизацию, должна выступить русская сословная этнократия. Ведь ни один из народов, когда-либо организованных нами в общую этно-систему, не обладает таким потенциалом цивилизаторской инициативы, как наследники варяга-русов. Поэтому только мы в состоянии подхватить и оживить цивилизаторскую инициативу и вернуть своей расе Большую Культуру и Большую Историю.

© Сергей Городников Государство и архетипические разломы

Почему возникло государство? Ради чего возникло государство? Что такое государство? Это наиважнейшие вопросы, на которые у всякого философского мировоззрения, какое способно быть идеологическим насилием в организации системы власти, свои собственные ответы.

Коммунизм заявляет, что государство возникло в результате появления частной собственности и порождённых ею классов и усиливается в результате противоборства классов. Поскольку классы должны в будущем отмереть, то и государство тоже обречено на отмирание, то есть, оно исторически временно, а потому к существованию и противоборству государств надо относиться лишь как неизбежному и преходящему злу. Иначе говоря, коммунизм изначально утверждает, что государство есть зло, но зло преходящее, и надо стремиться к его уничтожение через борьбу с правом собственности, в том числе и с национальным правом на территорию, производительные силы и так далее. По сути дела, все это – обоснование гражданской войны и противостояния с мировой промышленной цивилизацией.

Взгляды либералов на суть государства туманны и довольно примитивны, а порой и архаичны, характерны для эпохи зарождения европейского капитализма. Они так или иначе отталкиваются от идей Бэкона, согласно которым государство возникло для того, чтобы индивидуумы не перегрызли друг другу глотки, и там, где появляются два человека, они могут выжить лишь при возникновении третьей силы, которая осуществляет контроль над ними, превращаясь в государство, если эта сила в состоянии выполнять такую задачу. То есть, либерализм тоже воспринимает государство как некое неизбежное зло, как некоего чудовищного Левиафана, который возник и необходим потому, что в человеческой природе изначально Зло сильнее Добра.