Готовность к защите отечества любой ценой – 52%

Готовность жертвовать личными интересами ради государства – 23%

Национальное единство, сплоченность – 22%(не отметили ничего из перечисленного – 4 %, затруднились ответить – 7 %)

По два наиболее популярных ответа в трех перечнях практически не дифференцируются по политическим предпочтениям кандидатов в президенты 1996 года (исключая разве что особую склонность сторонников Явлинского отмечать готовность русских переносить трудности – 80 %!). Низкую популярность ответов по поводу единства и сплоченности обеспечивают сторонники Явлинского и Жириновского (им противостоят сторонники Зюганова), по поводу поисков правды и по поводу исторической миссии – сторонники Ельцина и не желающие участвовать в выборах (им противостоят сторонники Явлинского в первом случае и сторонники Зюганова – во втором).

Мы видим крайне расплывчатую позицию, в которой толком нет ни консолидирующих, ни дифференцирующих ценностей. Долготерпеливость, готовность к защите Отечества и славное прошлое – вот те вехи, за которые еще как-то цепляется русское самосознание.

Ощущение угрозы и готовность к самозащите

Повышенная тревожность – один из признаков глубокого духовного кризиса. В России эта тревожность налицо: почти каждый второй опасается военного нападения. На вопрос «как вы думаете, сегодня у России есть внешние враги, которые могут развязать войну против нашей страны?» 44 % респондентов ответили утвердительно, 35 – отрицательно (опрос ФОМ, август 1997). Конкретных потенциальных агрессоров назвали 38 % опрошенных. Чаще всего назывались следующие страны (от общего числа упоминаний): США – 32 %, Китай – 17, Чечня(?!) – 11, Япония – 9, Афганистан – 6, Германия – 6 %.

Характерно проявление европейской идентичности опрошенных – большинство стран, со стороны которых, по мнению респондентов, можно ожидать нападения, расположены в Азии (14 стран – 53 % всех упоминаний). Среди стран, названных в качестве возможных военных противников России, фигурировали всего 7 европейских государств (13 % всех упоминаний). Три из них – бывшие республики СССР – Белоруссия (3 % упоминаний), Украина (2 %) и Грузия (1 %). 17 % респондентов, подозревающих какие-либо страны в агрессивных намерениях по отношению к России, либо называли конкретные республики бывшего СССР, либо говорили о потенциальной угрозе от них в целом, не уточняя (Фонд «Общественное мнение». Всероссийский опрос городского и сельского населения 23 августа 1997 года, 1500 респондентов). Фобии этих 17 %, по всей видимости, отражают фобии «россиян». Русские чаще всего ориентированы на внутреннюю напряженность и стратегических противников России.

Международные исследования отношения к США (опросы 1996–1997 гг.) показывают, что данные для России (72 % положительных оценок) не слишком отличаются от данных для Украины (82) и Хорватии (91), народы которых кормятся от США. По уровню осознания реальности американской экспансии Россия уступает не только Сербии (27 %) – здесь очевидна вооруженная агрессия, но и Германии (51) с Францией (70), которые состоят с США в одном военно-политическом блоке НАТО.

Отношение к США в других странах (%, опросы 1996–1997 гг., Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. Информационный бюллетень. – № 5 (31). – 1997. – с. 6.).

Приведем еще один комплекс данных, полученных в столице, где распространенность «россиян» можно считать достаточно высокой. На вопрос «будете ли Вы принимать активное участие в конфликте в интересах своей национальной группы?» жители Москвы ответили следующим образом (данные 1996 г.).

На вопрос «учитываются ли интересы вашей национальной группы?» те же этнические группы ответили «да» в такой пропорции (%):

Приведенные данные указывают на глубокую ущемленность русских как со стороны властей, так и со стороны СМИ. Вероятно именно поэтому уровень готовность к конфликтам у русских наиболее высокий (превышает уровень евреев на 13 %, украинцев – на 10 %, татар – на 5 %) [15] . В то же время около 50 % русских москвичей либо уклонились от ответа, либо выразили уверенность в том, что не будут защищать интересы русских.

Уровень тревожности среди молодежи оказывается значительно выше. Так, исследование 1995 года показало, что до 90 % студентов рассматривает жителей Северного Кавказа, как источник опасности. Немалую роль здесь сыграла Чеченская война, в которой вероятность превратиться в мишень для боевика для молодого человека призывного возраста была чрезвычайно высока.

С кем же русские собираются конфликтовать, решая внутренние проблемы, отстаивая свою культурную и этническую идентичность? На вопрос «есть ли национальности, к которым вы испытываете неприязнь?» отвечают «да» 30–35 % москвичей, указывают кавказские народы – около 30 %, евреев – 2–3%, среднеазиатов – 1 %.Об уровне тревожности, выделяющей русских среди остального населения, говорят следующие данные (исследование «Русский национализм», июль 1996, Мониторинг общественного мнения № 4, 1997, c.10):

...

«России угрожает сейчас распродажа национальных богатств зарубежным странам» – 60%

«Центральное телевидение целенаправленно разрушает русские традиции» – 50%

«Руководство страны предает национальные интересы России и русских» – 46%

«Люди нерусских национальностей пользуются сейчас в России слишком большим влиянием» – 40%

В том же исследовании разного рода негативные ощущения (недоверие, неприязнь, раздражение, страх) граждане России испытывают к евреям – 10 %, к эстонцам – 12 %, к азербайджанцам – 28 %, к цыганам – 41 %, к чеченцам – 47 %.

Здесь следует отметить, что русские попались в капкан своего традиционного добродушия к другим народам, которые в кризисной ситуации свалили на русских все грехи предыдущих режимов. Уровень скрытого негативизма в адрес русских у других народов России существенно превышает уровень ответного негативизма. Более того, русским, оказывается, крайне сложно доказать, что представители какого-то народа смотрят на них с враждебностью. Длительный исторический период русского могущества привил русским стремление любить всех, не обращая внимания на всплески русофобии, которые относились на счет отдельных личностей.

По данным двух приведенных исследований мы видим, что наличие юдофобии в России – чистейшей вводы выдумка. О ней говорят и пишут скорее сами евреи, среди которых уровень тревожности по поводу возможных погромов и других форм дискриминации чрезвычайно высок – около 60 % (см. газету «Сегодня» от 06.05.96).

Что же касается достаточно низкого уровня негативизма у русских в адрес других национальностей, то здесь мы опять видим запаздывание реакции на фактически уже ведущуюся войну против русских – не только со стороны кавказцев. Живущие за счет русских народности предоставляют русским нести все расходы по обеспечению суверенитета и социальным гарантиям и одновременно проявляют не только неуважение к русским, но также и явную ненависть, стремление ущемить права русских, представить их незваными гостями на чужих землях. При этом ответная реакция русских либо сильно запаздывает, либо вообще не проявляется в адекватных формах. Это указывает на подавленность русской идентичности, укорененность ее лишь в узком слое.

Может вызывать только крайнее удивление отсутствие отпора со стороны русских даже наиболее явным антирусским акциям на русской земле.

Например, в татарстанском Основном Законе говорится (ст. 61), что Татарстан является суверенным государством, субъектом международного права, ассоциированным с РФ. Республика самостоятельно определяет статус, решает вопросы политического, экономического и социально-культурного строительства (ст. 50). Татарстан установил для себя верховенство республиканских законов над федеральными.