— Похоже, это конец перестройки, — говорили друзья. Сталинисты вновь победили…
Я зашел в редакцию «Огней Алатау».
— От нас требуют, чтобы мы перепечатали статью у себя в газете, — сказали мне в отделе культуры.
Редактор газеты Гарифуллина подтвердила:
— Нам дважды звонили из ЦК, советовали напечатать.
Я не стал досаждать расспросами — кто звонил, советовал… Но в том и не было надобности: глаза ее смотрели достаточно многозначительно.
Первым секретарем ЦК был сменивший Кунаева Колбин. На встрече с работниками Комитета по печати он выразил неодобрение роману Рыбакова «Дети Арбата» — и роман, который хотели выпустить массовым тиражом, тут же выбросили из плана.
— Так вы… — заговорил было я.
— Пока я редактор, — сказала Гарифуллина, — этого не будет.
Через две недели, 6 апреля, в «Правде» была напечатана статья «Принципы перестройки: революционность мышления и действий». В ней говорилось о статье в «Советской России»: «Пожалуй, впервые читатели увидели в столь концентрированной форме неприятие самой идеи обновления, жесткое изложение весьма определенной позиции, позиции по существу консервативной и догматической». Подробно разбирая положения, выдвинутые Ниной Андреевой, «Правда» характеризовала их как «идейную платформу, манифест антиперестроечных сил». «Редакторы должны чувствовать ответственность за статьи и публикации. В данном случае газета «Советская Россия»… отошла от этого принципа».
Статья в «Правде» шла без подписи, как редакционная. Говорили, ее автор — А. Н. Яковлев. Спустя некоторое время обозначился человек, стоящий за возникшей из пустоты Ниной Андреевой: Лигачев.
Две недели душевной смуты и тревог закончились. Перестройка вроде бы возвращалась на круги своя…62
Любопытно вот что: для идеологов «Памяти» Октябрьская революция — величайшее зло, ее причина — тайный сговор евреев-революционеров. Для Нины Андреевой Октябрь — несомненное благо, евреи же являлись контрреволюционерами, мешавшими благу осуществиться. Во взглядах на нынешний этап в жизни страны «Память» и Нина Андреева сходятся: все зло — от евреев. При этом Нина Андреева, пренебрегая общепринятой терминологией («масоны», «жидомасоны», «сионисты», «слуги сатаны»), поднимается до концептуального обобщения: «контрреволюционная нация».
Оно, конечно, звучит выразительно: «контрреволюционная нация»… Рука невольно начинает искать маузер… Хотя встарь говорили куда проще и доступней: «Бей жидов — спасай Россию!»
О необходимости спасать Россию от евреев, кстати, было известно давно — задолго до изобретения приведенного выше лапидарного лозунга и тем более задолго до появления «Памяти» и Нины Андреевой…63
Российское законодательство о евреях (некоторые сведения).
Право жительства евреев ограничивалось так называемой чертой оседлости. Первые указы об изгнании евреев из России относятся ко времени Екатерины I и Елизаветы Петровны. С присоединением польских областей (разделы Польши) в пределах России оказывается значительное еврейское население. В Указе Екатерины II от 23 декабря 1791 г. впервые упоминается о черте оседлости (Белоруссия, Екатеринославская и Таврическая области). В конце XIX века в черту еврейской оседлости входили губернии: Бессарабская, Виленская, Витебская, Волынская, Гродненская, Екатеринославская, Ковенская, Минская, Могилевская, Подольская, Полтавская, Таврическая (кроме г. Ялты), Херсонская, Черниговская и Киевская (кроме г. Киева, где евреи могли жить только в определенных частях города). В некоторых местностях право жительства евреев обусловливалось долговременным пребыванием их в данной местности (Курляндия) или наличностью евреев в момент присоединения к России (Кавказ и Туркестан).
В 1859–1879 годах евреи получили право жить вне черты оседлости, если они являются:
1) купцами первой гильдии;
2) лицами с высшим образованием (отсюда — совершенно особая роль, которую имело высшее образование для евреев);
3) аптекарскими помощниками, дантистами, фельдшерами, фармацевтами;
4) ремесленниками — без права жительства в Москве и Московской губернии;
5) отставными нижними чинами — отслужившим 25 лет «николаевскими солдатами» (оба моих прадеда по отцовской и материнской линии были «николаевскими солдатами», отчего и жили не в черте оседлости, а в Астрахани).
Евреям не разрешалось покупать землю даже в пределах черты оседлости.
В 1887 году была принята процентная норма для поступающих в средние и высшие учебные заведения: в черте оседлости — 10 % от числа поступающих, 5 % — вне черты оседлости, 3 % — в Москве и СПб. В некоторые учебные заведения доступ для евреев был закрыт совсем: в Военно-медицинскую академию, в театральные училища в Москве и СПб. и др.
Практически евреи не имели права на государственную службу. По положению 1870 года, число гласных и членов городских управ не могло превышать одной трети — из нехристиан; городской голова должен был избираться только из христиан. По положению 1890 года, евреи не допускались до участия в земских избирательных собраниях и съездах.
По уставу 26 августа 1827 года евреев брали в рекруты с 12-летнего возраста. В кантонистских школах их готовили к военной службе. В действительности нередко хватали даже 8-и 9-летних детей. В кантонистских школах обращали от трети до половины детей в христианство. В 40-х годах Святейший синод издал новое наставление священникам военных заведений с целью ускорить «подготовку» еврейских детей к крещению. Крестили целые отделения — поголовно, силком. Во многих случаях кантонисты предпочитали покончить с собой, но не менять веры. Известен рассказ одного из кантонистов о том, что во всей его роте в 1845 году остались лишь два еврея — остальные, отказавшись креститься, наложили на себя руки: трое перерезали себе горло, двое повесились, некоторые утопились в реке.
В конце 1840 года Николай I учредил комитет «для коренного преобразования евреев в России». Были учреждены еврейские училища «в духе, противном нынешнему талмудическому учению; уничтожены кагалы; запрещено ношение особой еврейской одежды; евреи разделены на полезных, т. е. купцов, ремесленников и земледельцев, и прочих…» Эти меры просуществовали до 1855 года, т. е. до смерти Николая I. Евреи сопротивлялись, но закончившие такие училища были первыми, в совершенстве усвоившими русский язык и впитавшими русскую культуру.
По требованию самого Николая I в 1844 году был введен налог за ношение длиннополого сюртука, в 1848 году — за ношение ермолки, а в 1850 году еврейская одежда запрещается полностью.
Летом 1856 года правительство отменило положение о кантонистах, по отношению к воинской службе евреи уравнивались с остальными подданными.
В эпоху реформ Александра II рассматривался вопрос об отмене черты оседлости. За отмену высказывались многие высшие чиновники, в том числе министр внутренних дел. Однако комитет по еврейским делам отклонил это предложение, и царь согласился с мнением комитета.
Черта оседлости существовала в России до 1917 года. Декларация Временного правительства от 20 марта 1917 года отменила все антиеврейские законы, в том числе и черту оседлости. Евреи получили наконец те же права, что и другие жители страны.64
В апреле 1988 года продолжали развиваться события в Карабахе.
В апрельском номере «Октября» заканчивалась публикация романа Василия Гроссмана «Жизнь и судьба», изъятого органами госбезопасности у автора в 1961 году и впоследствии изданного за рубежом. Помимо грандиозного эпического полотна, изображавшего события периода Отечественной войны, читатели впервые смогли составить представление о едва ли не самой запретной теме — о еврейском вопросе в нашей стране. В том же апреле «Дружба народов» напечатала записки Якова Рапопорта — одного из участников «дела врачей» 1953 года. Мне казалось, тщательно оберегаемому невежеству, слепоте, неинформированности в «еврейской проблеме» пришел конец. И там, в журнале, одумаются…
Ничуть не бывало. Вышел апрельский номер — и в нем «Вольный проезд».