- Смотри, у него нет хвоста.

В доме было уютно по-особому. Уют создавало деревянное окружение и необычно приятный воздух, свежий, как в утреннем лесу. Тусклые лампочки придавали этому уюту сказочную атмосферу, пригодную для восприятия очумительных историй.

Ляля облегченно выдохнула, когда мы остались одни.

- Прошу прощения, такой тормознутой встречи у нас еще не было. Папа потерял дар речи. Обычно он ведет себя, как отставной генерал, который тренируется на нас из-за отсутствия войска. Теперь он будет корить себя и попытается наверстать непроявленный авторитет.

- Ляля, все нормально. У тебя отличная семья, дружная. Пусть ведут себя, как считают нужным. Не каждый же день к ним приходят в гости иномирцы.

- Спасибо Жорж и Антош за понимание. Они еще в шоке оттого, что я вернулась. Они были уверены, что я погибла. Было расследование, моих знакомых таскали на допросы, но все бесполезно. Пропала, как к корням ушла.

- Да, тебе следует задержаться дома подольше, чтобы не травмировать родителей. – Посоветовал Антош. – Только скажи, а мы с Жоржем подождем. Нам теперь торопиться некуда.

- Да? Не будем загадывать. Я слишком хорошо знаю отца. Если задержусь, он начнет брать мою жизнь в свои руки.

- Видно будет. Давай, показывай, как у вас душ работает.

Помещение душевой было выполнено в виде вертикальной деревянной капсулы, прикрываемой шторой из пропитанной непромокаемой ткани. Внутри капсулы имелись два вращающихся крана.

- Холодная и горячая. – Догадался я.

Ляля засмеялась.

- Нет. Один кран, это восходящий вверх поток древесного сока. Он сладковатый питьевой. Второй, как раз для мытья, нисходящий, горький.

- Серьезно? Вы сосете соки прямо из дерева, кровопийцы?

- Ему это не вредит. Воды у корней предостаточно.

- А унитазы тоже подключены таким же образом?

- Конечно, а ты думаешь при такой плотности леса, с такой небольшой площадью питания у каждого дерева реально вымахать под небеса?

- Не знаю, я не Мичурин. Одно я понял точно, кто-то строит города на костях, а кто-то на другом материале. Вас не упрекнешь, что вы засрали город. Симбиоз. – Я оглядел душ еще раз. – А намыливаться чем?

- Не надо. У древесного сока прекрасные моющие свойства, плюс естественный парфюм. Из душа выйдешь другим человеком.

- Главное, чтобы побеги потом не дал, а то мамка заругает за лишние черенки. Ладно, далеко не уходите, если у меня что-то не получится с вашей техникой, я позову.

Антошу душ был до фени. Его достаточно было протереть сухой ветошью, для блеска. Я разделся и забрался в капсулу душа. Открыл один кран. Из него потек ароматный сладковатый сок. Я сделал несколько глотков. Приятно и чертовски живительно. Открыл второй кран. Полившаяся из него прохладная вода имела горьковатый травяной аромат. Я не удержался и попробовал его на вкус. Действительно горькая, да еще и вяжущая жидкость.

Натирая себя пахучей водой, я напевал старую песню: «и родина щедро поила меня березовым соком, березовым соком». Сам при этом размышлял о том, насколько причудливы миры и как это здорово знать о том, что они есть и пребывать в них, наслаждаясь многообразием подходов к обустройству жизни каждой цивилизации.

Душ придал мне сил и настроения. Ляля ждала, как и обещала за дверями.

- Ну, с помойкой! – Поздравила она заимствованной у меня фразой.

- Спасибо. Ваши древесные души это нечто, как баня с березовым веником. Жаль только тепленькая не идет.

- Тепленькой у нас только в моргах моют, в последний раз. – Усмехнулась Ляля.

- Ох ты, не, с покойниками мыться не пойду. Какие планы на вечер?

- Отец уехал сделать заказ в кухню на вынос. Поинтересовался, чем вы питаетесь и был сильно удивлен, что наше питание почти не отличается от вашего.

- Звери. – Ответил я односложно, но всеобъемлюще. – Как родня на нас отреагировала?

- Младшие сказали, что будут сидеть в детской, пока вы в доме. Старшие смелее, вы их заинтересовали.  Обещали пообщаться и задать вам разные вопросы. Так что будьте готовы к разной подростковой чепухе.

- Ну, вот, а ты боялась, что от нас будут бегать по дому, как от чумных. Молодежь более гибкая в плане адаптации к новым обстоятельствам. Веди нас к ним, займем себя с Антошем в ожидании званого ужина.

- Идемте, они ждут вас на террасе.

Террасой в представлении кошки оказался средних размеров открытый балкон. Трое родственников, я затруднился точно разделить их по половому признаку из-за одежды в стиле «унисекс», заволновались, когда мы вошли.

- Что, молодежь, как дела? – Мой вопрос должен был звучать нейтрально и не обязывал отвечать на него подробно.

- Сойдет. – Ответил один из подростков. – До сегодняшнего вечера нас волновали совсем другие дела.

- Серьезно? И какие же?

- Разные. – Ответил другой Лялин родственник.

Их мурлыкающая речь не прояснила половую принадлежность. В отличие от папаши типичного самца, эти были еще субтильными и по-мужски не развитыми.

- Жорж, Антош, я оставлю вас, пойду, помогу маме. – Кошка развернулась, чтобы уйти, но остановилась. – Ребята, не слишком наседайте на гостей.

Родственники пообещали не наседать.

Вид с террасы открывался интересный. Освещенный желтым светом в несколько уровней городок выглядел очень уютно и тихо. Ветра здесь не чувствовалось совсем, но и душно не было. Такой погоды на Земле почти не бывает. Редко когда случается, что ночью ненадолго ветер остановится совсем и природа погружается в безмолвие.

В круглый колодец наверху, созданный сплетением веток, были видны звезды. Пока все молчали, не зная с чего начать разговор, я наслаждался восприятием нового. Антош тоже перевалился через парапет и замерев, разглядывал город. Новые впечатления питали нас, наполняя душу сладкой вибрацией причастности ко всему окружающему. Помнится, такое же ощущение было однажды, когда отец купил мне с рук игровую приставку с коллекцией игр. Я обложился дисками и не мог поверить, что эти виртуальные миры мои.

- А вы знаете, что у нас скоро начнется война? – Мои мысли перебил кот-подросток.

- Война? Зачем? – Я не смог сразу осмыслить его вопрос.

- Как зачем? Эти, пятнистые недоноски считают, что мы нарушаем их границы. Мы с братом через год пойдем служить и попросимся на фронт, если война начнется.

- А перед тем, как идти на войну, я предлагаю вам сделать трепанацию черепа и вынуть мозг. Так вас будет сложнее убить. – Посоветовал подросток с более нежным голосом. Я понял, что это девочка, и она была по подростковому ехидной.

- Заткнись! – Резко оборвал ее брат. – Твое дело с куклами играть и учиться еду готовить.

- Не, парни, война плохое дело. На той стороне на таких же террасах стоят такие же юноши, как и вы, которых убедили в том, что кризис никак, кроме как войной не решить. За любым большим конфликтом стоят большие люди со своими интересами. Когда-то я тоже думал, как вы, но после недавних событий, стал думать иначе.

- А если они нападут первыми? Нам что, бросить соотечественников на их штыки? – В братьях бурлил подростковый максимализм.

- Хотелось бы сказать тебе, что защита родины это героический поступок, так оно и есть на самом деле, но те, кто разогрел войну, ни за что не останутся на передовой. Для них важнее спасение своих активов и часть их богатства вы будете спасать ценой своей жизни. Поэтому, лучше, чтобы войны никогда не было, для чего надо прикладывать все усилия, чтобы она была невозможна.

- А как это?

- Народная дипломатия. Вы общаетесь с кем-нибудь с той стороны?

- С пятнистыми? – В голосе Лялиного брата чувствовалось все отвращение, которое он испытывал к врагу. – Ни за что?

- Ну, тогда получите, что заслуживаете.

- Нам Олеляу в двух словах рассказала о том, как вы познакомились, расскажите подробнее. – Сестре были неинтересны разговоры о войне, и она вовремя перевела тему.

- Хорошо, я расскажу. Антош, дополнишь, если я что-нибудь упущу. – Змей кивнул. – Все началось в ковше одной катапульты…