5 сентября в связи с упразднением должностей командующих направлениями фронты стали подчиняться непосредственно Ставке, командующим Ленинградским фронтом был назначен Ворошилов, а Попов стал начальником штаба фронта. Но очень скоро Попов по личному указанию Сталина был отозван в Ставку, и на его место опять был назначен Городецкий. Отзыв самого грамотного и отлично знающего обстановку под Ленинградом военачальника не мог не отразиться отрицательно на обороне города и, в частности, его укрепрайонов. Вот как описывал Попова знающий его еще в качестве командующего 1-ой Ударной армией на Дальнем Востоке генерал П.Г. Григоренко: «Комкор Попов Маркиан Михайлович, заядлый спортсмен, подтянутый, с благородными чертами лица, выглядел совсем юным. Характер имел общительный, весёлый, то, что называют рубахой-парнем. К людям относился тактично, чутко. В армии его любили – и офицеры, и солдаты. Ум имел быстрый, логического склада. Но в войну ему не повезло. Не то чтобы не было военного счастья на поле боя. Этого счастья долго ни у кого не было. Не в этом дело. Он был куда более умным командующим, чем многие другие, но его в кругах, близких к Сталину, а может, просто сам Сталин, недолюбливали». Как видно, у Жукова была личная неприязнь к человеку, имевшему высшее военное образование.

Жуков, назначенный 27 августа 1941 года первым заместителем Верховного главнокомандующего, писал: «Сталин не принимал решения по вопросам организации операций, не посоветовавшись со мной». С этим заявлением Жукова я совершенно согласен: на большинство военных событий и особенно на события под Ленинградом Сталин смотрел глазами Жукова. Также отмечаю, что все назначения Жукова на различные должности с 27 августа 1941 года были дополнительными обязанностями к основной его обязанности первого заместителя Верховного главнокомандующего. Командующий фронтом Попов мог командовать только теми силами, которые ему выделяло командование Северо-Западного направления или Ставка. Когда же командующим Ленинградским фронтом стал Жуков, то ему, как первому заместителю Верховного, подчинялись все вооружённые силы Советского Союза. Напоминаю, что когда отозвали Попова, Мга, Шлиссельбург и все пригороды Ленинграда находились в наших руках. Под нажимом превосходящих сил, умело обороняясь, нанося противнику громадные потери, наши войска отступали к укрепрайонам пригородов Ленинграда. Но Сталин и Жуков ставили Попову в вину эти отступления. Войска Ленинградского фронта героически отражали удары войск группы «Север», находившейся в то время в зените своей силы. Когда же Жуков стал командующим Ленинградским фронтом, то он в кратчайшие сроки сдал ослабленным войскам группы «Север» всё, что только немцы имели возможность захватить, не нарушая приказа Гитлера не штурмовать Ленинград. Для оправдания своих ошибок Жуков стал винить наши войска в трусости и издал свой знаменитый приказ № 0046 от 17 сентября 1941 года. По этому приказу при оставлении позиций без письменного разрешения командования все отступившие подлежали расстрелу с репрессиями всех их ближайших родственников. Но ведь Попов именно этими войсками командовал в гораздо более сложной обстановке, но он не винил их в трусости, считая, что они делали всё, что было в их силах. Жуков же, как и сам Сталин, думали, что войска могут стойко держать оборону только под угрозой смерти при отступлении, грозящей не только им, но и всем их родственникам. Оба они не верили в высокий морально-патриотический дух советского народа. Поэтому так распространены были репрессии в Красной армии: массовые расстрелы по приговорам военных трибуналов, просто расстрелы на месте без суда и следствия (что особенно часто производил Жуков); кроме того, провинившихся по малейшему поводу посылали в отряды смертников – штрафбаты, где отступавших расстреливали заградотряды.

Сталин не знал (а может быть, делал вид, что не знал?) об изменившихся планах Гитлера, он по-прежнему думал, что немцы будут пытаться захватить штурмом Ленинград, с падением которого наше положение значительно ухудшится. По одной версии, 11 сентября Сталин, мягко говоря, недовольный тем, что Ворошилов не доложил ему о падении Шлиссельбурга, а он узнал об этом из немецких радиосообщений, приказал Жукову принять у Ворошилова командование Ленинградским фронтом, непосредственным командующим которого Ворошилов был всего восемь дней – с 5 по 12 сентября 1941 года. Но Василевский пишет, что ранее в его присутствии Ворошилов по телефону сам попросил Сталина заменить его более молодым командующим. Сталин, после некоторого уговора остаться, удовлетворил его просьбу.

12 сентября Жуков вместе с генерал-лейтенантом М.С. Хозиным и генерал-майором И.И. Федюнинским прибыл на самолёте в Ленинград и в тот же день принял командование у Ворошилова. Ворошилов при сдаче дел Жукову сказал: «Отзывает меня Верховный. Нынче не гражданская война – по-другому надо воевать. А в том, что разобьём здесь фашистскую сволочь, ни минуты не сомневаюсь! Они уже, высунув язык, к городу лезут, собственной кровью захлёбываются». Это показывает, что Ворошилов в отличие от Сталина не сомневался, что Ленинград не будет сдан. Своим заместителем Жуков сделал Федюнинского, который вскоре стал ещё и непосредственным командармом 42-ой армии, действующей на правом фланге обороны. Хозин был назначен начальником штаба Ленинградского фронта, но вскоре он был назначен вместо маршала Г.М. Кулика командармом 54-ой армии, действующей со стороны внешней обороны Ленинграда в районе Мга – Волхов. Кулик был отстранён от командования 54-ой армией Сталиным по представлению Жукова за то, что он был якобы недостаточно активен при попытке деблокировать Ленинград. На самом деле Жуков хотел иметь на этом месте лично преданного ему человека. Ни Хозин, ни Федюнинский ничего выдающегося при командовании войсками под Ленинградом не совершили, но были безропотными исполнителями воли Жукова, даже когда Жуков перестал непосредственно командовать Ленинградским фронтом.

В нашей печати широко рекламируется утверждение (и сам Жуков в своих мемуарах «Воспоминания и размышления» на это намекает), что только принятие командования у «бездарного» Ворошилова спасло Ленинград от захвата. С этим, в силу ранее изложенного, нельзя согласиться. Гитлер к этому времени окончательно решил не штурмовать Ленинград, а взять его измором. Напоминаю, что до 5 сентября командующим Ленинградским фронтом был Попов, а Ворошилов был командующим Северо-Западным направлением. С 5 сентября Ворошилов стал командующим Ленинградским фронтом, а Попов почти сразу отозван в Ставку. Это произошло непосредственно перед тем, как немцы начали штурм укрепрайонов и южных пригородов Ленинграда. 12 сентября командование Ленинградским фронтом принял Жуков, который заменил начштаба Городецкого на Хозина. Таким образом, было заменено всё высшее командование Ленинградского фронта вновь прибывшими людьми, которые, конечно, не могли вникнуть во все тонкости обороны Ленинграда. В нашей печати пишется, что в момент смены командования Ленинградского фронта бывшие его военачальники были в полной растерянности и плохо знали обстановку на фронте. Но всё это ничем не подтверждённые слова. А на самом деле эта быстрая замена руководителей вновь прибывшими, не знающими обстановки людьми вызвала полный развал обороны Ленинграда. После отзыва Попова пали Мга, Шлиссельбург, Синявино и левобережье Невы от реки Тосны до Ладожского озера. После принятия командования Ленинградским фронтом Жуковым были сданы в течение одной недели Красногвардейск (Гатчина), Красное Село, Петергоф, Стрельна, Пулково, Павловск, Пушкин и господствующие над Ленинградом высоты, позволяющие вести артобстрел Ленинграда. Немцы вышли к Финскому заливу, разделив оборону Ленинграда на две части. Всё это факты, а не словоблудие жуковских защитников. И если Ворошилов и Попов были такими бездарными командующими, то почему Лееб не захватил Ленинград до 21 июля, как ему приказал Гитлер? На 10 июля войска группы армий «Север» превосходили войска Северо-Западного направления: по пехоте – в 2,4 раза, по орудиям – в 4 раза, по миномётам – в 5,8 раза, танкам – в 1,2 раза, в авиации – в 9,8 раза. В середине августа в составе Ленинградского фронта всего было не более 300 тысяч человек. Да, задержать наступление на Ленинград удалось только благодаря самоотверженной отваге армии и флота, малообученным и плохо вооруженным дивизиям народного ополчения, а также благодаря умелому руководству командующего Ленинградским фронтом талантливого полководца Попова, на которого обрушилась вся мощь группы войск «Север». Но удалось не только задержать, но во многом и переломить все планы блицкрига Гитлера. И от того факта, что главнокомандующим Северо-Западного направления в это время был Ворошилов, а командующим Ленинградским фронтом Попов, не уйдёшь. И весьма сомнительно, что если бы Жуков принял командование раньше, то обстановка под Ленинградом была бы лучше.