Мамчич. Верное слово вы употребили – «волновать»!.. На «самом верху» хотят знать, как вы поступите, когда станет известно имя любовника вашей жены…

Антон. Жены и свояченицы?Мамчич. Да, конечно!..

Антон залпом выпивает все, что осталось в стакане.

Антон. Маразм какой-то!.. Мою интимную жизнь обсуждают на «самом верху»!.. Мрак!..

Мамчич. Антон Дмитриевич, ситуация не простая, но, при определенном раскладе и доброй воле, поправимая… Ни в коем случае нельзя допустить эмоционального срыва… Иначе…

Антон. Успокойтесь!.. Я его не убью!..

Мамчич. Я вам верю!.. Но беда в том, что вы человек гордый и амбициозный…

Антон. Да ладно вам!..

Мамчич. Вы ведь тоже обитаете на «самом верху»…Антон. Вы меня так тщательно готовите… Это кто-то из «небожителей»?… А, собственно, что это меняет?… Ладно, говорите!.. Я готов!!!

Мамчич ставит свой бокал на столик и достает из бокового кармана маленький листок бумаги.

Мамчич. Вам о чем-то говорит фамилия Храмов?… Храмов Юрий Всеволодович?…

Антон. В первый раз слышу!.. Кто он?…Мамчич. Ветеринар!.. Тот самый, которому ваша жена и ее сестра доверяли драгоценное здоровье своих любимых собак… И, как оказалось, не только…

Антон встает и начинает быстро ходить по комнате. Делает он это чисто механически – его мысли в это время мечутся где-то в кладовых памяти.

Шувалов. Ты о нем слышал?

Антон. Я его видел!!! Маленькое, лысое чмо с волосатыми руками… Ах ты, черт!!! Помню, я еще подумал, что с такими руками, должно быть, очень удобно работать ветеринаром – зверушки принимают за своего…

Шувалов (Мамчичу) . А как вы на него вышли?…

Мамчич. У нас ведь большие возможности – проверили эсэмэски, звонки с мобильного, поговорили с людьми…

Антон. И как долго это у них продолжалось?…

Мамчич. У вашей жены – чуть больше шести месяцев, а у ее сестры – почти год…

Антон. На этот раз малышка все-таки обскакала сестричку!.. И где же это все происходило?…

Мамчич. Они ездили к нему – у него частный кабинет на территории зоопарка…

Антон. Они ездили в зоопарк?!

Мамчич. Да! У каждой был свой день… Простите за подробности!..

Антон. Не тушуйтесь – я сам напросился!.. А мой свояк уже в курсе?…

Мамчич. Нет!.. Он занят организацией похорон…

Антон. Чьих?! Ах, да!..

Шувалов (внимательно наблюдая за Антоном, обращается к Мамчичу). И что же дальше?…Мамчич. Мы допросим этого ветеринара завтра утром… Пока мы его не трогаем… Хотим подготовиться, не поднимая лишнего шума… Антон Дмитриевич, любезность за любезность – вас убедительно просят воздержаться от встречи с этим человеком… Хотя бы до завтрашнего вечера… Репортеры вас «пасут»… Если они что-нибудь пронюхают… Вы меня понимаете?…

Антон молчит, опустив голову.

Шувалов. Он вас понимает!..

* * *

Шувалов. Я не знаю, что сказать…

Антон. И не надо!.. Не надо ничего говорить!.. По крайней мере, не сейчас!..

Шувалов. Ты хочешь побыть один?…

Антон. Да!..

Шувалов. Я ухожу!.. Но…

Антон. Что «но»?…

Шувалов. «Парус» возвращается завтра к обеду… Все ответы должны быть готовы!.. И постарайся не наделать глупостей!..

Антон. Спасибо тебе!.. Я постараюсь!..

...

«В полутемном зале ночного клуба в самом разгаре пятничная дискотека: девушки и парни, подчиняясь какому-то непостижимому „стадному“ инстинкту, почти синхронно выполняют все команды молодого диджея – дружно поднимают руки, дружно образуют „паровозик“, дружно двигаются в ритме музыке по кругу, наступая друг другу на ноги, сметая неповоротливых и медлительных, дружно приседают и подскакивают…

Музыкальный ритм ускоряется до предела.

Команды диджея становятся почти неприличными и, тем не менее, все с восторгом и одержимостью их выполняют…

Диджей Антон Макарский делает свою работу с упоением!..»

Родительская квартира Антона.

Тишина.

В свете лампочки, забившейся под купол абажура, серьезные лица отца и матери Антона.

Мать. Ты должен оставить свои «подработки» и вернуться к учебе!.. Завалил экзамен – ничего страшного!.. Ты подготовишься и пересдашь!..

Голос Антона. Я этого делать не стану!..

Мать. Что ты говоришь, сынок?!

Голос Антона. Я не буду «простым советским инженером»!..

Отец. А кем же ты будешь, позволь узнать?!.

Голос Антона. Это не имеет значения!..

Отец. Тогда, что для тебя имеет значение?…

Голос Антона. Кем бы я ни стал – управлять мной не будет никто!.. Я – да!.. Мной – никто!..

Мать. Так не бывает, сынок…

Голос Антона. А по-другому мне не надо!.. И будь, что будет!!!Отец. Я скажу тебе, что будет – настанет день и ты будешь горько плакать!..

* * *

...

Титр: «Воскресенье. 9.45»

...

«В руке у Антона большой молоток.

Он неспешно направляется к двери, на которой написано:

„Доктор Айболит. Ветеринарная клиника“.

Долго жмет кнопку звонка над входной дверью.

В ответ тишина.

Тогда он берется за ручку и… дверь со скрипом открывается.

Антон входит внутрь и решительно устремляется на шум, доносящийся из глубины бесконечного, темного коридора.

Там вдали он видит яркий свет и слышит голоса…

Через мгновение Антон оказывается на пороге большой светлой комнаты: в центре на операционном столе лежит обнаженная Аня; над ней склонился маленький, лысый человечек.

Аня тихо постанывает, и можно подумать, что она пребывает в эротической истоме.

Антон почти вплотную подходит к лысому черепу ветеринара…

В праведном гневе рука с молотком вздымается над блестящей поверхностью…И вдруг, голос Ани, полный смешанной мольбы и нежности, вплывает в его мозг: „Не делайте этого, Антон Дмитриевич!.. Он хороший!.. Он не виноват!..“»

Антон стоит под большим, с развесистой кроной, деревом, что растет прямо у вольера с обезьянами, и, как зачарованный, смотрит на маленький флигель, белеющий в пятидесяти метрах от него. Вернее, он не может оторвать взгляда от таблички – «Доктор Айболит. Ветеринарная клиника».

Вокруг шумно и весело – сегодня воскресенье и, несмотря на густой туман, в зоопарке много детей и взрослых.

В радостной суматохе и толчее мальчик, пытаясь совместить сразу два удовольствия – увидеть обезьяну и съесть пирожное, влезает всей пятерней в крем. Осмотревшись и не найдя ничего лучшего, он, не долго думая, вытирает руку о первый попавшийся подходящий предмет – брюки Антона.Раздается пронзительный женский крик: «Что ты натворил, балбес?! Простите, ради бога, молодой человек!.. Я его накажу!..»

Антон (думая о своем). Не надо… Он не виноват… А главное – мне нечего ему сказать…

Антон разворачивается и направляется к выходу из зоопарка. Сделав несколько шагов, он замечает в открытом темном окне припаркованного в стороне автомобиля нацеленную на него видеокамеру.

Человек, держащий камеру, не ожидает такого развития событий и не успевает отстраниться – удар Антона приходится в торчащий из окна объектив.

Камера рикошетит и острым углом впивается в подбородок оператора.

Кровь начинает заливать его светлую замшевую куртку, он машинально выпускает из рук видеокамеру и лишь потом быстро закрывает окно автомобиля.Антон, не оглядываясь, идет к выходу.