Он был обнаружен при раскопках остатков Верхней столицы Бохая.

Это был язык, на котором составлялись официальные документы и даже язык поэзии и литературы

- Что? А разве в Бохае была поэзия и литература? Я думал, что это были дикие люди, умеющие только совершать набеги и драться!

- Ты не прав! Это было великое государство, в котором было все! Когда в Бохае появился буддизм, появились религиозные книги, а также буддийские храмы и пагоды.Бохайцы очень много переняли из культур других стран.

Но, Бохай также оказывал немалое воздействие на культуру соседних стран, что можно увидеть на примере нашей страны – Японии. В 822 году бохайцы прибыли в Японию и приняли участие в соревновании по верховой игре в поло.

Театральное представление, на которое так любила ходить твоя мама, когда жила на родине, я говорю о представлении Боккайгоку, тоже было привезено из Бохая.Боккайгоку переводится как музыка Бохая.

Ты что Токагава? Почему ты так напрягся?

- Да, нет! Мне видимо показалось! Рассказывай, пожалуйста, дальше!

-   Бохайцы любили поэзию и музыку.  Бохайские послы, приплывшие с дарами в Японию состязались с японскими придворными поэтами и музыкантами.

- Дядя, ты слышал? Мне показалось, что какие-то звуки доносятся из комнаты Енеко и Си.

- Нет. Тебе показалось.

- Да. Наверное, показалось. Дядя, я вот все думаю, а почему второй уровень открылся именно мне? Я же обыкновенный мальчик. За что же мне такая честь?

- Расскажи подробнее, что было прежде того, как ты нашел второй уровень.

- Я не понимаю.

- Случилось ли что-нибудь необычное по дороге к тому месту, где все произошло?

- Нет. А, впрочем, было! Я отстал от Павла и Андрея. Устал с непривычки. И так как вокруг ничего не было подходящего, оперся на камень.

- Какой камень?

- Ну, тот, о котором все говорят! Похожий на голову птицы!

- Ну-ну, рассказывай дальше! Это уже что-то!

- Ну, оперся я на него, чтобы отдышаться! А меня пронзила дрожь с пяток до макушки. Я аж заорал от неожиданности. Ребят испугал. Они быстро вернулись. А у меня уже все прошло. Я стою, как дурак, и не могу объяснить, что же произошло.

- А, мне все понятно! Значит говоришь камень-птица?! Бохайцы представляли душу человека в виде волшебной птицы, которая жила в черепе человека. Когда человек умирал, для него сооружали на дереве что-то похожее на гнездо. Шаманы рода долго выбирали дерево, которое станет родовым. Умершего располагали в гнезде на дереве и через какое-то время птица-душа взлетала с этого дерева и улетала в царство душ. Проходило время, и душа-птица возвращалась назад, и набравшись сил, перелетала с верхних веток на нижние, а потом опускалась на землю и вселялась в тело новорожденного ребенка. И так до бесконечности. Заботясь о душе умершего, шаманы заботились о продлении своего рода, надеясь, что когда придет их время, они тоже смогут возродится вновь и произойдет это именно в их племени.  Камень в виде птицы, к которому ты нечаянно прикоснулся, вмещал частичку души человека, который по какой-то причине не смог уйти в мир мертвых, в буни, то есть находящийся под землей загробный мир.   Не знаю, какова была причина, но совершенно очевидно, что много веков подряд камень ждал именно тебя. И ты пришел. Отсюда и вся остальная цепочка событий. Ну, тебе все понятно?

-  Да. Кажется, понятно. Не все, но…  Слушай, дядя, а давай утром попробуем вылечить Си. Ты же помнишь, что вибрация этого листа излечивает!

- Хорошо. Ну, а теперь клади лист на место и давай спать. Уже скоро утро, а мы еще и не спали.

Утром дядя и племянник проснулись очень рано, несмотря на то, что легли поздно. Девочки еще спали. Токагава маялся возле дверей детской, пока не перехватил удивленный взгляд дедушки. Тогда мальчик решил взять себя в руки и пошел назад в свою комнату, но тут же услышал голос Енеко.

- Заходи уже. Сколько можно топтаться под дверью. Мы уже давно встали и оделись.

- А откуда ты узнала, что это я?

- Оттуда! Конечно же Си подсказала! Ну, заходи уже!

- Сейчас, только дядю позову!

Когда Кенрю и Толи вошли в комнату девочек, первое, что они увидели, это лицо Си, обращенное к ним с надеждой!

- Она все знает, - сказала Енеко, - и ждет, что бы вы ее вылечили!

Но слишком сильна была магия киданей, лишившая Си голоса, поэтому у Кенрю и Токагава ничего на этот раз не получилось!

После завтрака Кенрю засобирался в катакомбы в надежде найти свою книгу. Когда он уже был возле двери, то услышал возглас Енеко.

- Дядя, вернись! Ты не найдешь книгу!

- Почему?

- Потому что у тебя нет своей книги!

- Что?

- В прошлой жизни ты был Да Цзожуном. И тебе принадлежит кое-что более ценное, чем книга.

- А что это?

- Ларец с тремя бесценными буквами.

- О, Будда! Я видел этот ларец. Это было совсем недавно! Или не было? То, что я видел вокруг себя, было более реальным, чем-то, что я вижу сейчас! Я велел отнести эти буквы и с почестями уложить их в ларец! Я…Что же это такое? Я схожу с ума? Почему вы молчите?

- Дядя, кто мы такие, чтобы судить тебя? Мы знаем только одно: ты наш любимый дядя, которого мы уважаем и которому верим!

- Но как же так? Я видел этот ларец, я сам велел резчикам по хрусталю вырезать его за одну ночь. Когда буквы уложили в ларец, я сам закрывал крышку. Буквы были теплыми, даже горячими на ощупь. Но если все это правда, то тогда… Боже мой! Я все время путаюсь! Кто я, археолог Кенрю или Да Цзожун? Если я, Кенрю, то… То, тогда я больше не увижу свой ларец! То место, где спрятан ларец, охраняется высшими силами. Эти силы по моему приказу призвал мой придворный астролог. И после этого… Послушайте, а может быть я все-таки смогу достать ларец? Ведь если в прошлой жизни я был. Да Цзожуном, что-то должно остаться?

- Дядя, - сказал Толи, - я не совсем понимаю, о чем речь! Что должно остаться?

- После того, как были призваны духи, к ларцу не смел прикасаться даже астролог. Доступ к нему имел только я. Понимаете, я!

- Да, дядя, - согласилась Енэко, - мы понимаем. Более того, Си подтверждает, что так все и было! Видите, вот она написала об этом. Си пишет, что тоже находится между двумя жизнями, реальной, сегодняшней и той, прошлой, в которой она была принцессой Пион.

- Племянники, - обратился вдруг после недолгого молчания Кенрю, - мне так плохо! Болезнь, по-моему, опять возвращается! Я начал видеть реальность с двух разных сторон. С одной стороны - это место, где я велел спрятать книгу, с другой - место, где она лежит сейчас! Тогда, много веков назад это была…не могу сразу придумать название, просто легкая матерчатая палатка. Буквы в ларце не переносили замкнутого пространства. Несколько деревянных дворцов чуть не сгорели дотла, пока я не догадался, чего именно хотят буквы. Буквам нужен был воздух. Много воздуха! И поэтому стены палатки даже не были скреплены между собой, но, тем не менее, даже в самую лютую стужу в тряпичном домике было безумно жарко, не говоря уж о летних месяцах. Поэтому я приходил к буквам только поздней осенью или зимой.

- Дядя, - перебил Токагава, - а где сейчас буквы? Где-то здесь, неподалеку? В городе?

- Здесь. Неподалеку. В городе. Но мне до них не добраться! На том месте, где стояла палатка, сейчас сопка. Мы уже стояли на вершине этой сопки вчера, когда приняли бой с шаманом киданей. Но, к сожалению, никакие подземные ходы к ней не ведут.

- Да, - машинально потерев то место, где была рана, полученная в битве, подтвердил Токагава, - я был у подножия и не видел никаких ходов вниз!

- Как же так? - вмешалась Енеко, - ты был великим Да Цзожуном и не смог сберечь буквы!

- Пока я был жив, все было в порядке! После моей смерти бохаем правили мой сын Да Уи, и внук Циньмао. Что произошло во время их правления, я не знаю.

- Дети, - в комнату вошла Кан-Ин, - там вас спрашивает какой-то маленький мальчик. А ты, Кенрю, должен больше отдыхать. Ты перенес такую сложную болезнь. Дети, пожалуйста, уходите из комнаты. Что же вы стоите? Я же сообщила вам о приходе гостя, неужели вы будете стоять здесь и молчать, в то время, когда вас ждет человек?