Объективационная часть анализа имеет своей целью показ отложившегося в языке в виде знаковых единиц и категорий ретроспективного мышления, описание закономерностей его вербализации и оречевления.

Репрезентационная часть анализа – это описание способов использования языковой системы для речевого обозначения актуальной мысли и определение тенденций развития речемыслительных процессов и соответственно структурного преобразования функционирующей языковой системы на синхроническом этапе развития.

Было бы упрощением сводить объективацию и репрезентацию к анализу, направленному «от содержания к форме», пусть даже от «мыслительного содержания к языковой форме». Имеется еще более тривиальное понимание данной формулы как анализа «от языкового содержания к языковой форме». (Это издержки унилатеральной и билатеральной концепции языкового знака; как уже отмечалось выше, первая концепция отождествляет языковое содержание с мыслительным содержанием, а языковую форму представляет как пустую звуковую оболочку; вторая концепция отделяет лингвистическое содержание от экстралингвистического, но не решает проблему их взаимоотношения.)

Языковая форма в морфотемной концепции понимается как совокупность значимых (семантических), так и незначимых (формально-классификационных) сторон языковой единицы. Иначе говоря, под языковой формой понимается сама целостная языковая единица.

Объективация как исторически обусловленная морфотемизация мысли – это, прежде всего, языковая категориальная семантизация мысли, которая последовательно перерастает в форматизацию семантизированной мысли по соответствующим фонетическим и лексико-грамматическим каналам.

На первом этапе объективации динамичная мысль застывает в статической семантической структуре, организованной синтагмообразно. Таким образом, синтагмема является семантической основой морфотемы. Это синтагмообразно организованная семантическая структура языковой единицы. Синтагмема является результатом процесса семантизации мыслительного понятия – его перехода в статус языкового значения. Синтагмема состоит из ряда линейно взаимосвязанных четырехъярусных семантических компонентов, ср.:

столяр – (1) «тот, кто» —

(2) «делает» —

(3) «столы и другую мебель» —

(4) «из какого-то материала» —

(5) «для определенных целей» – ….

Каждый синтагмемный компонент конституирован признаками четырех ярусов.

Первый ярус всех последовательно организованных компонентов занимают структурно-позиционные признаки, соответственно – исходные, промежуточные, смежные, замыкающие:

Исходный, ср. (1) «тот, кто»;

Промежуточный, ср. (2) «делает»;

Замыкающий, ср. (3) «столы и другую мебель»;

Смежный, ср. (4) «из какого-то материала»…

Второй ярус представляют межкомпонентно взаимодействующие друг с другом логико-семантические признаки, ср.:

Субстанциальность (предметность, материальность), ср. стол, столяр, дерево, камень, вода;

Локальность (внутреннее или внешнее пространство), ср. дом, шкаф, море, берег;

Реляциональность (активное или статическое отношение, напр. Акциональность, Трансмотивность, Посессивность), ср. писать, бить, бежать, лететь, принадлежать, относиться;

Темпоральность (время, длительность), ср. зима, час, день, длиться, продолжаться;

Квалитативность (качество, свойство), ср. белый, белизна, краснота, чернеть, зеленеть;

Квантитативность (количество, множество), ср. группа, стая, рой, груда.

Так, в синтагмеме слова столяр компоненты воплотили в себе следующие логико-семантические признаки, ср. (1) Суб – (2) Акц – (3) Суб – (4) Суб ….

Третий ярус обслуживают модификационные и функциональные признаки, определяющие характер отношения логико-семантических признаков, например, одушевленность, агентивность, инструментальность и т. д., ср.:

столяр:

– (1) Агенс (активно действующий одушевленный предмет);

– (2) Воздействие;

– (3) Множественный создаваемый в процессе деятельности объект, или Фактитив;

– (4) Объект-материал, из которого что-то изготавливается, или Фабрикатив;

– (5) Утитив (предназначенный для определенных целей).

Четвертый ярус заполняют контенсиональные признаки, которые «ответственны» за содержательное наполнение синтагмемных компонентов и характеризуются конкретностью и неподвластностью к дальнейшей градации. В слове столяр контенсионал присутствует дважды, а именно, в номинационном признаке «стол» (= «предмет мебели в виде столешницы на четырех ножках, изготовленный из дерева» и т. д.) и в целостной базовой номинации столяр («человек по профессии столяр, работающий на фабрике, где производят мебель; или работающий при каком-то домоуправлении»).

Данные признаки как раз и составляют основу лексической, словарной эквивалентности разноязычных вербальных знаков. Контенсионалы эквивалентов могут различаться как по объему, так и по качеству. Ср. нож и кинжал имеют одинаковую логико-семантическую принадлежность и функциональную нагрузку – это предметы, использующиеся в качестве инструментов (Суб_Инстр). Однако они различаются по контенсионалу – имеют разную форму, в частности, «нож» заточен с одной стороны, а «кинжал» – с двух сторон, предназначаются соответственно (преимущественно) для того чтобы «резать» и «колоть» и др.

На втором этапе морфотемизации синтагмема акустемизируется, т. е. облекается в соответствующую звуковую форму. Кроме того, она получает соответствующую графическую форму. Параллельно она закрепляется за совокупностью движений речевого аппарата. Однако данный этап морфотемизации не выходит за рамки психического состояния, идеального представления. Материи звука в языковом сознании соответствует акустема (образ звуковой оболочки). Графическому изображению соответствует графема; позиции и движению речевых органов – кинема.

Идеальное представление, образ материальной формы языкового знака не является «чистым», абстрагированным от других формальных признаков, например, номинативных, словообразовательных и грамматических. К примеру, акустема как центральное звено формантизации синтезирована полностью или частично с категориальными признаками языковой формы, маркирующими ее принадлежность к тому или иному классу языковых значений.

Формальные категориальные признаки могут быть семантизированными, т. е. соотнесенными с какими-то синтагмемными признаками как прототипами мыслительных понятий («мужской род» – «мужской пол»: парень, мальчик, петух; «женский род» – «женский пол»: женщина, девочка, слониха). Некоторые из них могут, однако, выполнять лишь классификационную функцию, не имея аналога в синтагмеме и концептуальном сознании («средний род» – «женский пол»: Mädchen, Fräulein; «женский род» – «одушевленный 1федмет/неодушевленный предмет»: синица, куропатка; тетрадка, парта; «мужской род» – «одушевленный предмет/неодушевленньгй предмет»: карп, соловей; лес, овес; «средний род» – «неодушевленный предмет»: полотенце, окно).

Процесс форматизации – это способ облачения синтагмемных компонентов в разноуровневые формальные средства – специализированные (специально предназначенные для выражения категориальных признаков) и неспециализированные (совыражающие), формально-классификационные (несогласующиеся с логико-мыслительным планом) и семантизированные (согласующиеся с логико-семантическим уровнем).

К процессам формантизации или завершающей стадии становления языковой единицы относятся следующие уровни.