(II) Идеальное представление лингвемы в вербально-понятийном сознании. Это ступень идеального представления, образа материальной формы лингвемы. Данный макрокомпонент морфотемы также является комплексным.

Материи звука в языковом сознании соответствует акустема (образ звуковой оболочки). «Отношение материального и идеального в языке выступает, во-первых, как отношение комплекса речевых звуков и их слухового образа. Речевые звуки являются первичным, а слуховые образы этих звуков – вторичным, слуховой образ является отражением реального звучания. При речевом общении …происходит «превращение» материальных факторов в идеальные, звуков в акустические образы» [33, 4]. Графическому изображению соответствует графема; позиции и движению речевых органов – кинема. В идеале предполагается, что в акустеме, графеме и кинеме носителя языка отражается весь набор обязательных признаков. В противном случае мы имеем дело с ущербным усвоением материальной формы знака. Такое положение дел чаще наблюдается у людей, изучающих иностранный язык без должного внимания, например, к фонетической стороне знака. Ущербное усвоение формы слова влечет за собой ее ущербное восприятие. Если говорящий на иностранном языке вместо полного набора обязательных признаков закрепил в своем сознании только половину из них или и того меньше (ср. b, d), он не будет в состоянии различать знаки иностранного языка. Блокировка понимания произойдет уже на стадии восприятия звуковой формы знака, так как иноязычный звук не найдет себе адекватного резонанса в языковом сознании слушающего (полное, частичное отсутствие звукового образа, «засоренный слух»). Ущербно сформированная кинема еще более коварна, но уже в плане говорения. Неправильно поставленное произношение или отсутствие его существенных признаков безобидно только на первый взгляд. Усвоение звуковой материи осуществляется благодаря не столько качественным характеристикам акустемы, сколько кинематическим признакам. Запоминание начинается с артикуляции (с положения губ и языка). Нестабильное произношение – это не сформировавшиеся двигательные нервно-физиологические константные связи. Слова иностранного языка «не приходят на ум» в акте иноязычной коммуникации как раз потому, что не сложился прочный кинематический комплекс признаков.

Итак, восприятие звуковой формы лингвемы, к примеру, зависит от качества воспринимаемого звука (говорящий может реализовать полный набор обязательных формальных признаков, но может и воспроизводить звук ущербно, ср. диалектальную речь, детскую речь, а также речь с дефектами); от качества акустемы в сознании слушающего (оно может приближаться к адекватному, полноценному или, наоборот, быть недостаточным, неполноценным). Полноценная акустема в сознании слушающего обеспечивает ему понимание не только нормативно правильного, но и ущербного звукового лингвемного комплекса. Ущербная акустема в сознании слушающего приведет к ущербному восприятию или полному невосприятию исходного звукового комплекса лингвемы (рис. 15).

Рис. 15. Соотношение звуковой оболочки лингвемы с полноценной, качественной акустемой

Здесь A, B, C, D – условные обязательные звуковые признаки, закрепившиеся в языковом сознании.

Как было показано выше, акустема может быть дефектной, если некоторые обязательные звуковые признаки не нашли своего отражения в языковом сознании в силу различных причин. В отношении иностранного языка – это обычно неустойчивое, некачественное произношение, отсутствие автоматизированности (рис. 16).

Рис. 16. Соотношение звуковой оболочки с неполноценной, дефектной, неправильно структурированной акустемой

Здесь A, C – условные обязательные звуковые признаки, закрепившиеся в языковом сознании;

F – признак, фиксирующий дефектное, искаженное произношение; квазипризнак.

Понимание лингвемы может блокироваться, таким образом, уже на этапе акустемизации живого звука, если формирование звукового образа имеет дефектный характер. Он не в состоянии «опознать» звук. Поэтому последующая правильная знаковая цепочка просто не актуализируется в его языковом сознании или она заполняется псевдопризнаками.

(III) Синтез идеального образа лингвемы с мотивационными признаками. Ступень слияния акустемы с несистемными, отдельными и системными, категориальными признаками лингвемы.

К таким признакам относятся:

(а) фонетические признаки, как акустемные части, семантизированные или мотивированные экстралингвистически (сюда относятся формы слов, в которых отдельные звуки или слоги имеют звукоподражательную природу (ФОН), ср. zischen – шипеть);

(б) грамматические признаки базового имени (ГРАМ) – часть речи, род, число, падеж, склонение, время, наклонение, спряжение, лицо и др. (das Mädchen – девочка; kommt, kam, käme – идет, придет, пришел, пришел бы);

(в) номинационно-семантические или детерминативно-семантические признаки (Н-С/Д-С), закрепленные за корнем базового имени, совыражаемые в номинативном акте, а также ассоциативно-семантические (имплицитные) признаки (А-С) (ср. Tischler – столяр; Schachspieler; ручной мяч; bellen; каска);

(г) словообразовательные интралингвистические признаки (С_О) (значения аффиксов – префиксов и суффиксов), входящие в состав базового имени и детерминирующие его семантически (значение диминутивности, субъектности, инструментальности у суффиксов, ср. Büchlein – книжечка; Leser – читатель; Bohrer – сверло).

Незнание данных признаков, т. е. их незакрепленность за образом материальной формы приводит к блокировке понимания, а также к затруднениям в говорении – в использовании этих форм в речи. Формальные категориальные признаки могут быть семантизированными, т. е. соотнесенными с какими-то мыслительными понятиями концептуального сознания (ср. мужской род – мужской пол, ср. der Junge – юноша, мальчик; женский род – женский пол, ср. Stute – кобыла). Некоторые из них могут, однако, выполнять лишь классификационную функцию, не имея аналога в концептуальном сознании (например, средний род имен существительных, ср. das Weibchen; полотенце).

Формальные системные, категориальные признаки являются каналами связи с главным семантическим комплексом лингвемы. Таким образом, акустема лингвемы в сознании человека не пребывает в чистом виде, она существует только как фонетически и кинематически «опризначенная» идеальная сторона звука. На акустемные признаки наслаиваются разного рода мотивационные признаки – грамматические, словообразовательные, номинационные, детерминативные и ассоциативные. В совокупности они представляют собой мотивационное значение, интралингвистическое по характеру. Это можно изобразить в следующем рисунке (рис. 17):

Рис. 17. Мотивированная акустема

Здесь ФОН, ГРАМ, – признаки, синтезированные с акустемой, Н – С, Д – С, т. е. мотивационные признаки (соответА – С, С_О ственно: звукоподражательные, грамматические, номинационно-семантические, детерминативно-семантические, ассоциативно-семантические, словообразовательные).

На ступени семантической мотивации акустемы также возможны блокировки или сбои понимания. Чаще всего они происходят вследствие различий указанных выше интралингвистических признаков, соотносимых в акте межкультурной коммуникации, ср. Schere (ед. ч.) – Scheren (мн. ч.) и ножницы (только мн. ч.); Schlitten – санки (диминутивность), сани; Büchlein – книжка, книжечка, книжонка; Fischei (букв. яйцо рыбы) – икринка; Rotkehlchen – малиновка, зарянка.