(IV) Лингвемная синтагмема как синтагмообразная семантическая структура синтезированных микрокомпонентов позиционного, логико-категориального, модификационного или функционального, контенсионального порядка. Это ступень семантизации формы лингвемы главным, собственным семантическим комплексом. Обычно с ним связывают лексическое значение или семантическое содержание языковой единицы. Однако лингвистическое толкование и понимание «лексического значения» в силу разнообразия точек зрения стало настолько размытым и неопределенным, что использовать его для характеристики природы языкового и речевого знака уже не представляется возможным. Было бы удобнее и понятнее говорить о неком структурированном семантическом комплексе. Здесь мы вводим понятие синтагмемы – синтагмообразно организованной семантической структуры, компоненты которой имеют вертикальное ярусное строение и взаимосвязаны друг с другом линейно. Первый ярус всех последовательно организованных компонентов занимают структурно-позиционные признаки (С – П), соответственно – исходные, промежуточные, смежные, замыкающие. Второй ярус представляют межкомпонентно взаимодействующие друг с другом логико-семантические признаки (Л – С): субстанциальность, реляциональность: акциональность, трансмотивность, посессивность и др., локальность, темпоральность, квалитативность, квантитативность. Третий ярус обслуживают модификационные и функциональные признаки (М/Ф), определяющие характер отношения логико-семантических признаков, например, одушевленность, агентивность, инструментальность и т. д. Четвертый ярус заполняют контенсиональные признаки (К), которые «ответственны» за содержательное наполнение синтагмемных компонентов и характеризуются конкретностью и неподвластностью к дальнейшей унификации. Данные признаки как раз и составляют основу лексической, словарной эквивалентности разноязычных вербальных знаков. Контенсионалы эквивалентов могут различаться как по объему, так и по качеству.

Синтагмема вербального знака является границей между языком и сознанием. Через нее осуществляется выход на мыслительные понятия, обозначаемые с помощью данной лингвемы. Неполнота, несформированность синтагмемы в языковом сознании ведет к частичной или полной блокировке понимания у слушающего. Ущербность синтагмемы в языковом сознании говорящего препятствует правильному речевому оформлению мысли.

Итак, более или менее полно мотивированная акустема семантизируется на последующем этапе синтагмемными признаками (рис. 18).

Рис. 18. Связь мотивированной акустемы с синтагмемой

Здесь С – П, Л – С, – типы семантических признаков синтаг-М/Ф, К мемы (соответственно: структурнопозиционные, логико-семантические, модификационнные и/или функциональные, контенсиональные). Ср.:

печник (1) «тот, кто» (С – П – исходная позиция; Л – С – субстанциальность; М/Ф – одушевленность/ агентивность; К – человек, имеющий профессиональные навыки по кладке печей);

(2) «осуществляет деятельность, совершает действие, создает» (С – П – промежуточная позиция; Л – С – акциональность; М/Ф – целенаправленное/фактитивное действие; К – кладет кирпичи, используя раствор и специальные инструменты и т. д.);

(3) «что-то» (С – П – замыкающая позиция; Л – С – субстанциальность; М/Ф – неодушевленность/фактитивная объектность; К – печь для отопления помещения).

Упрощенная структурная цепочка – (1) ЗВУКОВАЯ ОБОЛОЧКА – (2) АКУСТЕМА – (3) МОТИВАЦИОННЫЙ КОМПЛЕКС – (4) СИНТАГМЕМА символизирует, в первую очередь, модель языковой морфотемы, т. е. морфотемную организацию лингвемы как языковой единицы. Блокировка понимания как следствие недостаточной языковой компетенции часто наступает на этапе синтагмемизации акустемы. Как правило, иноязычное слово имеет иной объем синтагмемного содержания и лишь частично пересекается с эквивалентом родного языка даже в главном, собственном лексическом значении, ср. Он едет в Москву – Er fährt nach Moskau. Он ездил в Москву – Er war in Moskau.

(V) Обозначаемая концептема. На данной ступени лингвема как языковой знак получает статус речевого знака, или локутемы (она моделируется как речевая морфотема) при наличии соотношения с обозначаемыми взаимосвязанными мыслительными понятиями, которые представляют собой концептему, ср. (1) ЗВУКОВАЯ ОБОЛОЧКА – (2) АКУСТЕМА – (3) МОТИВАЦИОННЫЙ КОМПЛЕКС – (4) СИНТАГМЕМА – (5) КОНЦЕПТЕМА (рис. 19).

Рис. 19. Соотношение синтагмемы с концептемой в акте репрезентации

Здесь П1, П2, П3, П4  – комплекс обозначаемых взаимосвязанных мыслительных понятий, или концептема; концептема представляет собой когнитивную модель со всеми характерными признаками – фрагментарностью, неполнотой.

Представим характеристики лингвемы в совокупной модели в виде рис. 20.

Рис. 20. Процессы объективации (семантизации и формантизации) мыслительных понятий. Формирование абсолютной, языковой морфотемной структуры лингвемы

Здесь (I) Признаки, синтезированные с АКУСТЕМОЙ:

ФОН – фонетические признаки, мотивированные и немотивированные звукоподражательно;

КСП – категориально-семантические признаки базовой номинации, например, грамматические признаки рода и числа и др.

НСП – номинационно-семантические признаки;

ДСП – детерминативно-семантические признаки;

СЛП – словообразовательные, архитектонические признаки;

АСП – ассоциативно-семантические признаки;

(II) Признаки СИНТАГМЕМЫ:

С – П – структурно-позиционные;

Л – С – логико-семантические;

М/Ф – модификационнные и/или функциональные;

К – контенсиональные.

(III) Взаимосвязанные мыслительные понятия (Концептема):

П1, П2, П3, П4 и т. д.

Стрелка под цифрой 1 символизирует процессы семантизации мыслительных понятий.

Стрелка под цифрой 2 символизирует процессы формантизации семантизированных мыслительных понятий.

В плане репрезентации единство синтагмемы и концептемы обусловливает переход лингвемы в локутему. Локутема уже не повторяет лингвему, так как представляет собой иное, измененное языковое качество и одновременно выражаемое мыслительное содержание, вернее – их синтез. Используя традиционные термины, можно было бы сказать, что слово в языке и слово в речи – это не тавтологичные единицы. Они могут сохранять определенную степень тождества, но это уже разные слова.

Традиционное понятие «речевой знак» может также ввести в заблуждение, так как «речь» в большинстве случаев по привычке относят к сфере языка вообще как инструментального явления. На самом деле язык никогда не выступает в роли средства общения. Коммуникативную функцию выполняет, если пользоваться традиционной терминологией, речь. Однако речь – это уже не язык. Речевая единица – это не языковой знак в традиционном смысле. Поэтому, точнее было бы использовать предложенную выше терминологию, в соответствии с которой локутему целесообразно определить как интеркатегориальную интегративную единицу, а именно как речемыслительное единство.

В этом случае необходимо отказаться вообще от применения термина «знак». Мы сознательно называем локутему не знаком, а единицей, т. е. указываем на ее сущность как на единство языка и мысли. Функцию обозначения выполняет лингвема до тех пор, пока не превращается в локутему, т. е. в вербально-мыслительное произведение (рис. 21).