Сюжетное обновление происходит на основе изучения художественной литературы:

Подобным образом расширяется образный состав «садистских стишков», вместо маленьких мальчиков и девочек появляются литературные персонажи, герои сказок, мультфильмов:

1. Когда и почему появились «садистские стишки»?

2. Можно ли выделить жанровые особенности подобного образования?

3. Почему иногда идет речь о произведениях, относящихся к «черному юмору»?

4. Почему некоторые исследователи относят «садистские стишки» к стихотворным страшилкам?

5. Почему у «садистских стишков» такая обширная аудитория?

6. Как соотносятся фольклорные и литературные формы?

7. Можно ли выделить «садистские стишки» в составе литературного текста или идет речь о фольклорной обработке текста?

8. Как определить структуру «садистских стишков»?

9. Возможна ли рифмовка в «садистских стишках»?

10. Какова образная система «садистских стишков»? Какие новые персонажи и почему в нее вводятся?

11. Почему в «садистских стишках» фиксируется бытовая и социальная среда? Можно ли говорить об изменении (движении) составляющих ее реалий?

12. Как происходит формирование садистских стишков? Приведите примеры.

«Основные понятия: общность форм, уровни взаимодействия, использование приемов детского фольклора писателями.

Общность функционирования фольклора и массовых форм культуры особенно четко проявилась в XX веке, когда многие фольклорные формы стали бытовать в составе массовой культуры. Музыковеды неоднократно указывали, что анонимное и коллективное бытование массовой музыки во второй половине XX века позволяет рассматривать ее как явление типологически параллельное фольклору[287]. Бытующая как в концертно-зрелищной, так и в обиходной форме музыка сочетается с определенным типом общения, характером поведения людей и их взаимоотношений. Став средством взаимной идентификации членов общества, музыка выполняет адаптационную функцию, которую до нее выполнял фольклор.

Особенно многопланово взаимодействие фольклора и массовой культуры проявляется в детской аудитории. Исследователи неоднократно отмечали влияние массовой культуры на детский фольклор и, в частности, игры.

Структура многих игр меняется под воздействием изменений в окружающей детей культурной среде. Петербургские исследователи отметили, что детские игры «Светофор» и «Летает – не летает», появились как переосмысление традиционных игр с мячом и «съедобное – не съедобное».

Развитие технических средств привело к появлению в детских играх героев популярных мультфильмов и боевиков – Робокопа, Бэтмена, Терминатора. Массовое производство игрушек, жевательной резинки с вкладышами и стикерсов, выполненных по мотивам произведений массовой культуры, также способствует их фольклоризации.

Раньше других на массовую культуру отреагировали такие жанры, как считалки. Появились тексты, составленные по традиционным моделям, но с участием новых персонажей:

Сохранились только традиционный зачин и последняя строка.

Иногда считалка строится на основе контаминации нескольких традиционных текстов:

Иногда считалки образуются посредством присоединения традиционного рефрена:

Отсутствие связи между строчками создает иллюзию зауми, также проявляющуюся и в считалке – основе:

Многочисленные записи подобных текстов свидетельствуют о высокой жизнеспособности детского фольклора, который в состоянии адаптировать и соединять в единое целое столь разно-стадиальные образы.

Воздействие массовой культуры особенно четко проявляется в таких жанрах, как школьные пародии. Известны многочисленные варианты пародийных переложений массовых песен («Катюша»), а также авторских стихотворений.

Наиболее показательно частое обращение школьников к стихотворениям В.В. Маяковского. Поэт создавал многие тексты по канонам массовой поэзии, что и предопределило их последующее использование в качестве лозунгов и надписей на плакатах. Позже произошла фиксация их в детской среде:

Видимо, данное восприятие представляет собой массовую реакцию на многочисленные публикации запрещенных ранее литературных произведений. Явление было отмечено еще Ю.Н. Тыняновым, который писал (применительно к пародиям XVII–XIX веков), что «пародирование служит средством легчайшего введения злободневного материала в литературу»[289].

Исследователи отметили данное явление в 30-е годы, когда начали записывать многочисленные фольклорные переделки красноармейских и солдатских песен. Основным способом была замена части текста новым материалом, соответствующим ритмической структуре оригинала.

Б.П. Кирдан отмечает, что в годы Отечественной войны «десятки тысяч произведений возникали по горячим следам событий, устный репертуар обновлялся вслед за изменяющейся обстановкой»[290]. Традиция подобных переделок сохранилась и в настоящее время, причем в текстах могут соединяться реалии разных исторических периодов, разделенных десятилетиями:

Современные переделки отличаются преобладанием скатологической и эротической тематики, употреблением нецензурной лексики.

Применительно к детскому фольклору можно отметить и обратное влияние – использование писателями поэтики и приемов традиционных жанров. Одной из первых проблему соотнесенности фольклора с литературой на современном этапе затронула О.Ю. Трыкова, усмотревшая в детских текстах своеобразный «строительный материал». Она отмечает, что к страшилке одним из первых обратился А.Н.Толстой в рассказе «Фофка» (1918), «точно и тонко зафиксировавший структуру и образный строй детской страшной истории»[291].