Джонни швырнул стул в ноги Оби, перевернулся и вскочил.

Оби кинулся на него с кулаками, но Джонни ударил каблуком по стопе Оби, над пальцами, размалывая кости. Оби пошатнулся, из широко разинутого рта не вырвалось ни звука - боль не заставит Оби кричать.

Бен Фрэнд кинулся к Оби и придерживал его сзади от падения. Оби потянулся к револьверу, но Джонни выбил его из рук Бена.

- Будьте благоразумны, пожалуйста! Это ужасно! - просил Бен, в то время как Оби пытался оттолкнуть его, прыгая на одной ноге и беззвучно вопя от боли. Бен повернулся к Джонни:

- Оружия больше нет. Мы можем поговорить. Если с тобой все в порядке, проблем не будет.

- Убей сукина сына! Убей его! - прохрипел Оби, словно в легких его не осталось воздуха. Он вырвался от Бена, попытался встать на разбитую ногу, но рухнул навзничь.

Джонни поднял "беретту". Оби полз на четвереньках к ружью.

- У тебя есть причины убивать меня? - спросил Бен Фрэнд тихим голосом. - Я старался не давать поводов меня ненавидеть.

Джонни увидел спешащего к ружью Оби. Держа Бена Фрэнда на прицеле, Джонни подбежал к стулу, схватил ружье за ствол и высоко его подкинул. Несмотря не ужасную боль, Оби встал и вытянул руки, чтобы поймать ружье на лету.

Оно рухнуло, как секира. Минуя руки, приклад врезался в лоб и треснул. Оби Хиндз, мертвый, упал на спину.

Бен и Джонни посмотрели друг на друга. Она выхода из апартаментов были слишком далеко для побега.

Бен Фрэнд знал, что умрет. Он тихо взывал, но не к Джонни, а к Богу. В его жизни было многое, в чем он раскаивался, и многое, чем гордился. В этом мире, где так сложно найти правильный путь, он старался быть просто человеком, хорошим другом.

Джонни шел к нему.

Бен улыбнулся.

- Я не смогу оплатить пари, но могу оценить, через сколько тебя возьмут. Ровно три дня.

Джонни уткнул "беретту" в тело Бена и застрелил его.

Джонни закрыл дверь квартиры и спустился вниз. Проходя мимо бара, он увидел Фредди Миллера, облокотившегося на автомат. Линда с Кэт играли на двух других.

На стоянке он нашел автобус. Тот постепенно наполнялся, отовсюду к нему спешили люди.

Водитель на входе проверял билеты. Ни на что, кроме билетов, он внимания не обращал. Джонни сел рядом со счастливцем, пересчитывавшим пачку долларов.

- Слушай, парень, я их обыграл, - сказал он. - У тебя как дела?

- В порядке, - ответил Джонни.

Через пару минут автобус прибыл в аэропорт. Стюардесса проверяла имена по списку и собирала билеты. Джонни назвался Фредди Миллером и забрался в самолет.

За три дня он убил четверых. Японец умер только потому, что видел Джонни. Оби Хиндз, Бен Фрэнд и Луис Мерфи умерли потому, что старик приказал их убить. Джонни чувствовал себя опустошенным.

Взревели моторы, завертелись пропеллеры, и самолет побежал по взлетной дорожке. Пассажиры в большинстве были тихими, разбитыми и несчастными. Только некоторые, вроде соседа-счастливчика, радостно шумели. Половина пассажиров была пьяна, некоторые сразу уснули. Стоял запах перегара вперемешку с табаком, запах усталости и бесполезных сожалений.

Он чувствовал себя сводником. Он не торговал женщинами, он торговал жизнями ради денег.

Когда он убивал Луиса Мерфи, он этого не ощущал. Он был ослеплен риском, возбужден опасностью убийства среди тысячи спешащих по тоннелю.

Если бы только он обнаружил Джулиано внутри себя, пустоты бы не было. Джулиано убивал, и ради денег. Но то было по другому.

Джулиано скрывался от полиции, убегая через горы и неделями живя в лачугах. Но у Джулиано была гордость.

Самолет, набитый кающимися и пьяницами, летел над горами, а Джонни Колини пытался найти основания для гордости.

Он вел себя по-мужски с Кромлейном, Мусией и Мулом, с Майком Сантанджело, Мороженым. Он вел себя по-мужски с теми двумя, опозорившими женщину по его вине.

Но не было ничего мужественного в убийстве краснолицего толстяка.

Ни маленького коричневого человечка, ни человека, встретившего смерть, как истинный верующий.

Сводник смертей. Столько же отваги требуется, чтобы стащить кошелек у старушки на улицах Палермо.

Подойти к безоружному пожилому человеку, который пощадил его, который смотрел на него с сожалением и шутил, зная, что умрет, уткнуть в него пистолет и застрелить - тут нечем гордиться. Это стыдно.

Туристический рейс приземлился в аэропорту Бербанк примерно в то же время, когда девушка в спальне Оби снова проснулась. Недоумевая по поводу тишины в квартире, она решила выпить. Ико сделает ей две или три "кровавых Мери", и, если Оби ушел, она снова уснет.

Она нашла Ико в холле и подумала было, что это Оби его вырубил, но тут увидела торчащий изо рта, как пурпурная слива, язык. Завизжав, она распахнула двери и выскочила на лестнице, длинноногая девушка в короткой ночнушке, - Оби любил таких.

Первым подоспели охранники. Они обнаружили тело Бена Фрэнда и рядом гильзу. Они нашли тело Оби с проломленным лбом в луже липкой крови. Неподалеку валялось сломанное ружье.

Недели в Лас-Вегасе хватило, чтобы девушка осознала, что её ждут жестокие времена.

Бедный Ико, его дело закончилось простой констатацией убийства. Ради Оби Хиндза будут вовлечены все силы охраны Стрип, полиции Лас-Вегаса и Невады и ФБР - ФБР из-за источников доходов Оби и из-за вероятности, что убийца быстро покинет Неваду.

Ради Бена Фрэнда все жители Лас-Вегаса, даже те, кто уже ими не был, выйдут из дома, чтобы поймать убийцу.

Охрана вызвала в небоскреб полицию Лас-Вегаса за четыре минуты. Шеф прибыл тремя минутами позже. Через восемь минут Лас-Вегас был блокирован: все автострады, железные дороги и автобусные линии, аэропорт. Это была блокада категории "А", разработанная и отрепетированная на случай крупного ограбления. Через двадцать минут после вызова полиции никакой автобус не покинул бы Лас-Вегас без основательной проверки.

Полиция штата проверяла дороги. Они требовали не только водительские права и страховку. Каждого мужчину, одного или с женщиной, или в компании, обыскивали вне машины. Особенно тщательно - тех, кто был в костюме, при галстуке или без.

Полиция Лас-Вегаса начала с казино, баров, отелей, железнодорожных касс. По тайной линии - лучшей в стране - барменов, официанток, коридорных, шлюх, сутенеров передавалось: идет война внутри мафии или против мафии. Кто был рядом, был ли грохот, вспышки света прошлой ночью?

Глаза камер прощупывали Фримант-стрит и Стрип в поисках любых известных лиц, которые давно не появлялись и вдруг вернулись. Особенно парни из Нью-Йорка, Чикаго, Майами.

Специальный агент местного отделения ФБР немедленно связал дело с Луисом Мерфи. Кроме проживания в Лас-Вегасе, у Бена Фрэнда и Оби Хиндза только одно было общее. Они состояли в мафии. Луис Мерфи был юристом мафии.

Спецагенты в Лос-Анжелесе, Сан-Франциско, Чикаго, Канзас-сити, Сент-Луисе, Детройте, Кливленде, Нью-Йорке, Майами и Новом Орлеане кинулись проверять файлы на компьютерах или отправились на встречу с информаторами. Если в мафии началась война, главные полигоны будут там.

Многочисленная в Лас-Вегасе налоговая полиция начала собственную деятельность. Люди из мафии были денежными людьми, и агенты цеплялись за каждую трещинку в броне мафии, чтобы увидеть, где деньги и сколько их. Они заморозили известные депозиты Оби Хиндза, Бена Фрэнда и его семьи, так же, как и всю бухгалтерию отеля Бена. Они заморозили все известные чековые, долгосрочные и комиссионные счета этих людей. Они арестовали семь тысяч наличными в квартире и четыре тысячи в бумажнике Бена. Ничто из этого не будет возвращено, кроме счетов отеля, пока не будут доказаны источники и оплачена налоговая декларация.

Галстук, аккуратно срезанный в шеи Ико, гильзу, ружье, разбитую мебель, "кольт" забрали в лабораторию после того, как все тщательно сфотографировали.

Полиция Чикаго обратилась с запросом на Бена Фрэнда; полиция Сент-Луиса, Пеории и Спрингфилда - на Оби Хиндза. Бен был арестован четырежды, все четыре раза в молодости как букмекер. Оби был арестован за нападение, нападение с холодным оружием, нападение с покушением на убийство, непредумышленное убийство, убийство, изнасилование, соучастие в беспорядках, продажу спиртных напитков, вождение в состоянии опьянения, превышение скорости и парковку в неположенном месте. В молодости он был осужден за продажу спиртного и нападение, один раз провел четыре месяца в тюрьме графства Сангамон.