Результатом титанических усилий коллектива, возглавляемого Юзом, стал пуск домны в апреле 1871 г. Однако первый блин вышел комом — через три дня работа печи была остановлена, поскольку выяснилось, что она не держит нужную температуру. Требовалась серьезная переделка конструкции, которая повлекла за собой дополнительные капиталовложения и временные затраты. На этом переломном этапе, грозившем крахом всему предприятию, Джон, не сомневаясь в успехе, начал работу с самого начала.
Вторично домна была пущена 24 января 1872 г., и с этого времени завод не останавливался ни на минуту несколько десятилетий. Все это время Юз вместе со своими английскими инженерами настойчиво работал над усовершенствованием технологического процесса выплавки чугуна. Он добился оптимального режима работы печи, значительно улучшил состав шихты, научил рабочих регулировать дутье. Но его главный успех заключался в том, что впервые в российском металлургическом производстве было использовано минеральное топливо — кокс.
Одновременно со строительством домны возводился железоделательный и рельсопрокатный завод с подсобными цехами: механическими и кузнечными мастерскими, водокачкой и водонапорной сетью. Рельсовый завод был пущен в 1873 г., с этого же момента была начата карьерная разработка камня, извести, глины и производство огнеупорного кирпича. В следующем году предприятие Юза приступило к выпуску сортового железа, в 1876 г. была пущена вторая домна, а спустя три года начался выпуск марганцевого чугуна. В том же 1879 г. сварили первую мартеновскую сталь и уже в следующем году были произведены стальные рельсы, качество которых не уступало английским аналогам.
«Новороссийское общество» имело 15 собственных паровозов и 35 вагонов, а также владело самостоятельно построенными железнодорожными путями широкой колеи, которые были связаны с новой Екатерининской веткой. Завод, все его мастерские и главные железнодорожные переезды освещались электричеством. По соседству с Юзовским возникло несколько мелких литейных и механических заводов, получавших уголь, чугун, железо и сталь от головного предприятия.
В конце XIX столетия Джон Юз активно приобретал в собственность дворянские имения, расположенные в Екатеринославской губернии. Это были земли, богатые залежами первоклассной железной руды, которая стала основным сырьем для предприятия. Семье английского предпринимателя принадлежали и земли в Верхнеднепровском уезде под общим названием «Кривой Рог». На эти закупки тратились громадные средства. Так, например, только на покупку двух имений (Е. А. Лариной и Л. И. Смоляниновой) было потрачено 255 тыс. рублей серебром.
В конце XIX в. доменные цеха «Новороссийского общества» насчитывали 6 печей объемом от 3288 до 13440 куб. футов, производительность которых достигала 70 тыс. пудов в сутки. Местная железная руда, употреблявшаяся в первое время исключительно для выплавки чугуна, не потеряла своего значения и впоследствии. Она шла в дело вместе с более богатой криворожской рудой, что только улучшило качество конечного продукта. Пудлинговое железо производилось в двадцати обыкновенных печах, сталь отливалась в двух мартеновских, а в начале следующего столетия ее начали плавить и бессемеровским способом. Общая производительность железопрокатного отдела в это время достигала 10 млн пудов в год, а листопрокатного и кровельного — до 2,7 тысяч. На заводе действовало 494 коксовальные печи с возможной выработкой до 25 млн пудов кокса в год. Рельсопрокатный цех прокатывал в сутки до 75 тыс. пудов рельсов. «Новороссийское общество» имело свои представительства в различных городах Российской империи — Петербурге, Москве, Харькове, Варшаве, Клеве, Ростове-на-Дону, Вильно, Баку, Мариуполе и др.
Хронология становления и расширения предприятия говорит о том, что Россия в лице Юза приобрела не только талантливого инженера, но и энергичного предпринимателя, в сжатые сроки успешно организовавшего производственный процесс многопрофильного железоделательного комбината. В историю отечественной металлургии английский бизнесмен вошел как первый специалист, организовавший обширную выплавку чугуна из местных руд на местном минеральном топливе и переработку его в железо и сталь.
Россия стала для Джона Хьюза второй родиной. Его жена Элизабет, дочь Сара-Анна, сыновья — Джон, Артур, Айвор, Альберт и многочисленная прислуга навсегда покинули родные места Южного Уэльса и переселились в рабочий украинский поселок, возникший буквально на пустом месте. Работники предприятия знали своего хозяина как энергичного, целеустремленного и предприимчивого человека с трезвым расчетом и умением предугадывать перспективу. Мало кто догадывался, что в глубине души Юз был фантазером. Он мечтал, что наступит время, когда русский каменный уголь будет конкурентоспособным на Средиземноморских рынках, а русский чугун станет пользоваться таким же успехом, как и английский.
В 1889 г. «Новороссийское общество» выплавило 17,7 млн пудов чугуна, число заводских рабочих достигло 7 тыс., а горняков — около 6 тыс. человек. Из 17 металлургических предприятий, действовавших на юге России в период промышленного подъема 1890-х гг., Юзовский завод был крупнейшим. Английский бизнесмен строил далеко идущие, но вполне реальные планы, собираясь довести ежегодную добычу каменного угля до 45 млн пудов, а выплавку чугуна — до 15 миллионов. С целью заключения новых договоров с правительством летом 1889 г. он отправился в Петербург. Там, в гостинице «Англетер» Джон Хьюз внезапно заболел и 17 июня скончался.
Сыновьям знаменитого предпринимателя досталось хорошее наследство: 90 тыс. фунтов стерлингов личных сбережений, великолепно работающий завод и растущий промышленный поселок, который носил имя их отца. Юзовка росла на глазах: если в конце XIX столетия в ней проживало вместе с рабочими 25 тыс. человек, то уже в 1911 г. она насчитывала 50 тыс. жителей. В городе существовало несколько банков (в том числе отделение Госбанка), имелась почтово-телеграфная станция с международным сообщением, гостиницы, а также большое количество всевозможных буфетных, пивных баров и трактиров, в которых торговали водкой. Уличенных в пьянстве местных работников безжалостно рассчитывали, а иностранных специалистов высылали на родину. Родной город Юза, Мертир-Тидвил, откуда набирался главным образом инженерный персонал завода, прославился большой текучкой кадров на почве любви к алкоголю.
«Новороссийское общество» располагало собственным Александровским имением, которое удовлетворяло нужды рабочих и служащих, а также сбывало свои продукты на рынок, где можно было приобрести товары по ценам не выше, чем в Харькове. На ферме «Пески» Общество разводило племенной скот, а кроме того, имело конный и пивоваренный заводы, паровую мукомольную мельницу. Заводоуправление выстроило на безопасном для завода расстоянии бойню, отбросы от которой ежедневно сжигались в деструкторе. В магазинах Юзовки продавались продовольственные товары, за доброкачественностью которых следил врач. В летний период рабочие бесплатно получали чай, а также холодную газированную воду. При заводе была построена бесплатная больница на 100 коек, которая располагалась в четырех зданиях. Кроме того, имелись благоустроенные платные (вход — 5 коп.) общественные бани с мужским и женским отделениями.
Другим не менее важным достижением «Новороссийского общества» стала организация начального образования для рабочих, для чего были построены четыре школы. Плата за обучение равнялась 5 рублям в год, причем дети вдов и сирот от нее освобождались. Кроме того, имелась одна английская и несколько частных школ. Благоустройство территории завода и города также находилось в центре внимания заводоуправления. В Юзовке был разбит общественный парк с искусственным прудом, в котором рабочие и жители города могли удить рыбу, купаться в специально выстроенных плавучих купальнях и кататься на лодках. Летом в парке постоянно играл любительский оркестр, в городе существовал книжный склад и библиотека.