Внезапно в тесном помещении пахнуло озоном, будто после хорошей грозы. Женщина нахмурилась, молясь про себя, чтобы пришли за ней не сейчас, чтобы выиграть ещё хоть немного времени. По стенам мастерской разбежались тончайшие тёмные нити слабого прикрытия, и она облегчённо вздохнула. Осталось только закончить некоторые дела и можно уходить. Откинулась крышка тяжёлого сундука, и на свет появился тщательно связанный узел с самыми необходимыми вещами. Линнея повесила его на руку и, тихонько ступая, подкралась к двери. Дверь каморки открываться не желала, её заперли, и она совершенно точно знала, кто это сделал.

А ведь по всем проверкам, которые её не однажды проводили, и на кровь в том числе, тёмной составляющей в её роду не было. Абсолютно чистая светлая, светлее некуда. Значит, всплыло прошлое. То, о чём она молчала столько времени, стараясь уберечь дочь. Ладно хоть сегодня вместе с деньгами к ней в мисочку будто совершенно нечаянно упала чёрная деревянная пуговица с тремя дырочками. Это означало только одно – Кира в безопасности в тёмной империи. Теперь можно было побеспокоиться и о себе.

Презрительно усмехнувшись, женщина сняла с полки, пристроенной над самым косяком, небольшой пузырёк, отступила на столько, на сколько ей позволили размеры помещения, и с силой метнула хрупкую посудину в дверь. Тонкое стекло лопнуло, и на дощатой поверхности осела зеленоватая, растекающаяся слизь, буквально пожирающая старое дерево. Тяжёлый табурет отправился туда же, пробивая мгновенно истончившуюся створку.

Снаружи послышались торопливые шаги. Тасмина торопилась проведать неожиданно взбунтовавшуюся узницу.

Агентесса точно знала, что её подопечная не боевой маг и не артефактник, просто ремесленница, а, значит, противопоставить что-то серьёзное ей не сможет. Пусть её владение магией ограничивалось мелкими огненными шарами, но всё же это настоящий огонь, могущий нанести серьёзные ожоги

- Куда собралась? – агентесса застыла в дверях, поспешно разминая пальцы.

- Думаю, что мне пора перестать тебя стеснять, ведь столько лет ты давала мне кров над головой, - Линнея пыталась вести разговор в любезном тоне, продумывая путь безопасного отхода.

- Тебе не кажется, что невежливо меня бросать? - Тасмина собой загородила и без того узкий выход. - К тому же за тобой сегодня и так придут. Не стоит заставлять инквизиторов бегать за таким ничтожным созданием как ты.

Нервы сдали, и мастерица просто кинулась на агентессу, надеясь вышвырнуть её в коридор. Встречный удар оказался куда сильнее - Линнея отлетела назад, роняя узел и ударяясь о тумбочку. На верстаке лежали ножи, с которыми она работала, вырезая кожу и ткани для своих изделий. Проследив её взгляд, Тасмина издевательски расхохоталась.

- Ты просто не дотянешься до них, не успеешь. Да и что сможет сделать мне, профессиональному агенту инквизиции, какая-то нищая рукодельница?

Женщина тяжело поднималась с пола, опёрлась рукой о тумбочку и тут же схватила и прижала к груди два оставшихся веера. До ножей не дотянуться – верно, да и не приходилось ей как-то бросать ножи.

В пальцах агентессы заиграло яркое пламя. Она не собиралась убивать эту наглую дрянь, которая осмелилась попытаться сбежать и таким образом лишить её вознаграждения. Всего лишь оглушить, а уж как поволокут мастерицу в застенки инквизиции – это её не волновало.

Огненный шар полетел в сторону сразу подобравшейся Линнеи и погас, впитавшись в вовремя раскрытый веер.

- Вот как… - Тасмина поначалу озадачилась, но потом, списав всё на слабый заряд, метнула второй шар.

Она целилась в голову, но и этот огненный сгусток зашипел и погас, перехваченный вторым раскрытым веером.

- Вот за что ты меня так ненавидишь? – Линнея не торопилась складывать собственноручно созданную защиту.

- Только деньги, дорогая. Ничего личного, - агентесса зло оскалилась, вытаскивая из-за спины цепь. Самую обычную, кованую, с острыми крючьями на конце. - Жаль, что ты такая строптивая, придётся слегка покалечить. Могла бы уважить, ведь я столько лет предоставляла тебе крышу над головой.

Крутанув кистью, она подняла руку, чтобы с размаху обрушить своё оружие на застывшую, как столб, мастерицу. И тут же застыла сама, давясь собственной кровью. Из пластин резко хлопнувшего сложившегося веера вылетели тонкие ядовитые иглы, пронзая незащищённое горло. Цепь выскользнула из разжавшейся ладони, и Тасмина, хрипя, повалилась на затоптанный пол.

- Ничего личного, - задумчиво повторила Линнея. - Но я очень хочу встретиться с собственной дочерью, и никому не позволю мне мешать.

Она снова подхватила узел и двинулась к выходу. За шторками, задёрнутыми на окнах аптеки, виднелись нетерпеливо перемещающиеся тени. Инквизиторы… Пока ещё они просто ждут, но, если ожидание затянется, вполне могут выломать дверь. Оставался только один выход – через чёрный ход. Хотя, где гарантия, что её не ждут и там. В коридоре послышались еле слышные шаги, а потом чья-то ладонь зажала ей рот. Женщина снова уронила узел и перевернула веер, готовясь выпустить второй заряд игл.

- Тш-ш, Линни, - её уха коснулся тихий и такой родной шёпот.

Линнея мысленно ахнула и чуть не уронила заряженный веер. Хавсан! Здесь! Наконец-то можно прекратить все эти прятки и совершенно спокойно зажить в тёмной империи. Ноги подогнулись, и старый колдун вынужден был просто подхватить её, чтобы не дать упасть.

- Линни, давай-ка собирайся, - мужчина слегка встряхнул мастерицу. - Лучше скажи, где у вас здесь тёмные прячутся, а то на улицы патрули выпустили. Мне поисковой магией в таком случае воспользоваться сложно.

- Здесь недалеко, - одними губами шепнула женщина - Есть сарайчик, заваленный мусором, у него сбоку доска отодвигается. Но оттуда прямого выхода нет, только через улицу, а на ней полно стражи.

В дверь уже барабанили, не особо считаясь с тем, что стоит ночь, и многие устраиваются на отдых. Мнения благополучных горожан никогда не спрашивали, мотивируя тем, что беспокоятся об их безопасности.

Хавсан отрицательно покачал головой и потянул Линнею не к чёрному ходу, а к боковому окну, выходящему в узенький проход между домами.

На улице стемнело, и Кира, откровенно маясь от безделья, снова вышла в сад. Тёплый ветер колыхал ветки голубого барвинка, увивающего крыльцо. Где-то ухали сычики.

Присев на лавку, девушка перевела взгляд на браслет, который неярко продолжал светиться. Если свечение есть, значит тот, кому принадлежит второй, жив. Второй? А когда это интересно рин Дамир эре Лерс-Шанги успел натянуть на себя такой же? Она попыталась припомнить, когда видела его полураздетым в спальне. Вот была у него на руке похожая вязь или нет? Память съезжала куда-то не в ту сторону, припоминалась совсем не рука. Залившись смущённым румянцем, Кира перевела взгляд на калитку, выходящую на улицу.

Неясная тоска прихватила сердце, но только она поднялась с лавки, как от ограды донёсся приглушённый женский всхлип. Кто-то плакал совсем недалеко.

Даже не вспомнив о том, что Сархас просил её не выходить одну без охраны, девчонка бросилась туда. Опрометью выскочив из калитки, она не заметила троих парней, скрывающихся в густой тени от лунного света. Резкий рывок за руку отбросил в сторону, дальше от ограды. Пробежав несколько шагов, Кира затравленно оглянулась. Перед ней стояли ребята-охотники из её же школы. Скинув капюшоны коротких плащей, они торжествующе усмехнулись.

- Ну что, артефактница, вот и закончилась твоя свобода, - издевательски протянул один из них. - Не хотела добром идти, значит, порталом перебросим. А коль сопротивляться надумаешь, так будь уверена – наши клинки при нас.

Кира потёрла руку, рукав сполз, открывая запястье, и браслет помолвки засиял в лунном свете.

- Так ты решила ещё и подстилкой для тёмного стать? – негромко расхохоталась единственная женщина в их группе. Капюшон тоже съехал назад, и магичка попятилась. Перед ней стояла преподавательница по боевой магии из Школы.