На дворе стоял апрель, но в душе у нашего мечтателя кошки скребли. Накануне он поссорился с девушкой, которую, как казалось, любил. С Алисой, тоже студенткою ЧНУ, молодой человек был знаком еще с первого курса. Дама посещала лекции на историческом факультете и роман их длился все годы учебы. Поначалу отношения складывались очень хорошо — парень души не чаял в голубоглазой брюнетке. Но позднее ее вспыльчивый характер и ревность довели, честно говоря, до ручки. Алиса требовала беспрекословного подчинения, хотя и была дурашливым, милым «ребенком».

«Что, разве я обязан ублажать эту своенравную тигрицу?! — злился, задетый за живое, бедняга. — Фиг тебе, а не семейная „идиллия“, где придется пахать, вроде сельского трактора! Заявила, что порвет отношения, коли не смирюсь с положением безгласного подчиненного! Ну и рви себе на здоровье, плакать ни за что теперь, да и вряд ли, буду! Поговаривают же, что нашла какого-то гораздо старше меня, с классной зарплатой! Вот, блин, и качает права, так как есть сейчас из кого выбирать!..»

Товарищ подошел к зданию БГМУ, открыл массивную дверь, поднялся на второй этаж. Только что окончилась пара и студенты-медики с шумом выходили из аудиторий. «А тут симпатичные девчонки! — отвлекся от удручающих мыслей Евгений. — А сколько темнокожих, странных „представителей“! Вон негр, будто сажею измазан, толстогубый с белыми ладонями! Интересно, из какой парень страны?.. Вероятно, африканец. Но говорят, тут учатся и из Индии и даже из самого Китая!».

Подойдя к кафедре физиологии, Малену вошел туда, надеясь увидеть Бойкевича. И столкнулся нос к носу с молоденькой мулаткой, которая как раз выходила из двери. «Извините, пожалуйста!» — бросил он и прошел дальше, не обращая более никакого внимания. Тогда как барышня быстро отвела глаза, смутившись при этом ну просто до невозможности!

— Александра Ивановича можно увидеть? — спросил у лаборантки. Но неожиданно вместо нее ответила темнокожая дивчина.

— Она путет черэз десят минута… Я тоше пришел к нэй, нато ждат чут-чут.

«Ага! Тебя не спросили! — удивился „повеса“, но ничего не сказал. — Красивая, экзотичная мулатка, правда немного худая, н-да…».

Молодые люди вместе вышли из кабинета и уселись рядом на кушетку. Кушетку с зеленым дерматином, что стояла у входа на кафедру.

Помолчали, ожидая прихода непоседливого доцента. А тот почему-то все не шел и не шел. Словоохотливый Евгений, ради интереса и от скуки, неожиданно для себя, тоже заговорил:

— А вы, собственно, по какому делу к Александру Ивановичу?

Мадама сильно застыдилась, и «краснея» ответила:

— Плоко ошен понимай русский ясык… Что твоя спрашивает моей сэчас кой-чего?

— Спрашиваю, что нужно-то от Бойкевича? Какой-то учебный вопрос?

— A-а! Понимай! Принес к ней курсовая, фисиолокия! Кур-со-вая! Да-да!

— А по-английски вы говорите или нет? Do you speak English?

— Oh, yes, yes!.. — обрадовалась собеседница. — My native language is almost English! (Родной мой язык почти что английский!).

— How you come from, if I may ask? (А откуда приехали, если не секрет?).

— Botswana, Africa, Gaborone city. (Из Ботсваны, Африки, из города Габороне.).

Конечно, Малену владел английским не в совершенстве, но изъяснятьс, более или менее сносно мог. Далее, для удобства понимания, приведем разговор двух молодых людей на русском языке.

— Да, очень любопытно! — поразился романтик. — А почему приехали именно сюда, в Черновцы?

— У меня здесь дальняя родня. Кроме того, в ВУЗы Габороне или Претории трудно поступить. Иначе говоря, там конкурс большой.

— Но Претория — это же столица Южно-Африканской республики?

— Да, но от нашей столицы она совсем недалеко. Каких-то 400 километров.

— А как же граница? A-а, понимаю, там граница вроде Украины с Румынией. То есть, проблем особых, собственно, не возникает.

— Совершенно верно. Поэтому я пробовала поступать и в Габоронский университет, и медицинский колледж Претории в ЮАР.

— И не поступили, значится. Это не беда. У нас образование ничуть не хуже чем в Южной Африке, как полагаю.

Девушка смутилась, однако ничего в ответ не сказала.

— А как вас зовут, прекрасная незнакомка?

— Джессика Гордон. А вас?

— А меня Евгений Малену. Очень приятно. Знаете…

Но тут подошел Александр Бойкевич, которого ждали оба. Доцент улыбнулся, услышав разговор юной пары. Парень покраснел, а дивчина — так вообще хотела провалиться под землю. Но пожилой мужчина, не подавая виду, пригласил барышню пройти с ним на кафедру.

— А ты немного подожди. Разберусь с дамой, затем о дипломной работе погуторим.

…Услыхав странную песенку, группа капитана Нолта невольно пришла в изумление и тревогу. Кто бы это мог быть?.. Уж не сам ли бог леса Рималанк прогневался на дерзнувших потревожить его мореходов?! Послал одного из своих слуг, чтобы напугать и дезориентировать команду?! Стейт даже прочитал молитву Даргару, дабы образумил разошедшегося подчиненного. Ясное дело, что молодежь ведь «ни за что» прикончила проклятого овце-свинорога! Вот Рималанк и бесится, пытаясь доказать, якобы, свою правоту… А может, главные боги Арседеи — Мабрак, Фрубий и Воракус, объединили усилия во что бы то ни стало воспрепятствовать вторжению отряда в их владения? Ибо горные вершины, ветер, реки и земля сполна принадлежат сварливой, горделивой троице!

И тем не менее, набравшись храбрости, сподвижники решили взглянуть — что это за нечисть так безобразно запутывающая ни в чем не повинные души? Песенка звучала гантах, наверное, в сорока от их местонахождения и даже не думала, в общем-то, прекращаться. Крадучись, герои стали пробираться сквозь кусты и, наконец, средь подлеска… увидели объект своего суеверного ужаса. Местный житель, лет от силы тридцати пяти, весело пританцовывал, напевая себе при этом полную галиматью!

Однако как бедолага, или как его назвать, был неряшливо одет! Вместо штанов на нем висели гнусные подштанники; грязная рубаха, измазанная сажей, разорвалась в нескольких местах. Длинные спутанные волосы достигали аж до самых плеч, а безумный взгляд смешил и одновременно пугал, как, собственно, и вся печально залихватская песня…

— Однозначно, это не прислужник грозного Рималанка! — прошептал пораженный оснеец.

— По-моему, у него серьезные проблемы с головой. — Устало заключил разочарованный кэп. — Давайте подойдем и спросим, откуда этот парень, да и что здесь делает на утренней зорьке. Может что-то и дельное выдаст, но думаю добиться вразумительного ответа все равно не удастся.

Команда отважных храбрецов с достоинством вышла из скрывающих кустов. Впрочем, вызывающий вид вооруженных мореходов не испугал развеселого песенника.

— О-у-у-у! О-у-у-у! Мальчишки отняли дориакушку! — вдруг запричитал весьма неординарный молодец. И тут же расцвел в очаровательной, лучезарной улыбке — А-а-а-а! А у нас гости дорогие!.. Вы тоже пожаловали к торжественному празднику?!

— О чем это он? Ничего не понимаю. Сдается мне, что несколько странноватый тип! — до сих пор не врубился неопытный Эдгар.

— Потеря памяти сильно повлияла на тебя, сынок! — немного с досадой проворчал рассерженный капитан.

— А вы принесли подарки? Без подношений на нашем празднике, думаю, не обойтись!

— Подарки?.. Что этот весельчак несет? — Стейт, как и парень, не понял насущного вопроса.

— Да-да, богатые подарки! Неужели забыли, что они нужны в честь господина и повелителя, Великого Свинорога?! Представляете — Джун и Крилк начисто съели осьминогов в Досифее, а это грубо и неслыханно, более того — преступно!!!

— Какая-то несусветная чушь! — Не на шутку взбунтовался оснеец, шрам на щеке которого побагровел. — Ты того, дядя, говори, да не заговаривайся слишком, а то ненароком отхватишь кой-чего. Понял, да?!

Командор жестом остановил рассвирепевшего помощника.

— Молодой человек, кто ты и откуда будешь? Из Авены?